Джесин вздохнул и взял за руку Джайну. Услышав свистящий звук из узкого проулка, двойняшки оглянулись.

Бесформенное серо-зеленое существо - гранитный слизень - таращилось на них своими прозрачными глазами на студенистых черенках. При движении оно пачкало камни мостовой мутно-прозрачным веществом, похожим на зеленые сопли.

Слизень подполз ближе - двойняшки попятились. Из подбрюшия слизня вывернулась неровная щель - трепещущий безгубый рот. Рот причмокнул и со свистом затянулся сырым воздухом.

Джайна шагнула навстречу чудовищу: настала ее очередь быть заблудившимся детенышем бантха.

- Мы заблудились,- пожаловалась она.- Пожалуйста, помогите нам найти наш дом.

В ответ на это слизень сначала встал на дыбы, затем медленно выпустил воздух, размяк и снова превратился в комковатую лепешку.

Лепешка потекла направо, сунулась в разрушенный проход и стала удаляться от них в темноту, издавая ритмичное "чмоки-чмоки-чмоки".

Неожиданно налетел порыв ветра, и слизняк встревоженно нырнул в одну из боковых улочек.

Джесин взглянул вверх и увидел острые, похожие на мантию крылья совонетопыря, который устремился вниз, вытянув свои железные когти.

Слизень попытался зарыться в ржавом металлоломе, но совонетопырь сел на груду ржавых обломков и принялся разгребать ее ужасными когтями. Треугольный клюв поршнем ходил вниз и вверх до тех пор, пока совонетопырь не нащупал свою жертву. Перехватив слизняка кинжалами когтей, хищная тварь расправила перепончатые крылья и мощными толчками вознеслась в небо, унося с собой извивающуюся добычу. Лица перепуганных детишек снова обдало ветром.

Джесин и Джайна проводили взглядом совонетопыря, переглянулись и продолжили свой трудный путь по преисподней Корусканта.

- Надо срочно поднять тревогу, Чубакка, - предложил Трипио. Но казалось, что вуки до сих пор не хочет признаться себе в том, что они действительно потеряли двух малышей.

Они оставили бедолагу ботана лежать в глубоком обмороке в одной из диорам, а сами направились по облицованному белым кафелем коридору, ведущему к киоскам с прохладительными напитками и сластями. Трипио представил себе, что почувствует служака-ботан, когда он очнется и увидит себя лежащим внутри опутанной паутиной берлоги паука-людоеда с Дуроса.

Дройд-ремонтник закончил с починкой турболифта и снял табличку "Не работает". Его головы дуэтом замурлыкали какой-то нехитрый мотивчик: результатом своего очень ответственного и очень умственного труда дройд был явно доволен.

Чубакка показал на дройда-ремонтника, но Трипио вознегодовал:

- Чем может помочь недоразвитый дройд-ремонтник в такой сложной ситуации? Эти модели дройдов мало чем отличаются от примитивных грузчиков.Но мохнатая рука вуки уже волокла его к дройду.- Ну хорошо, если ты настаиваешь.

Подбежав к роботу, Чубакка встал на его пути. Автоматические датчики приказывали роботу свернуть то в одну сторону, то в другую, но Чубакка заставил его остановиться. Дройд-ремонтник сконфузился и недоуменно заверещал.

Трипио вежливо поклонился.

- Простите,- сказал он и выдал длинную серию бинарных вопросов. Ремонтный дройд отвечал звуками, напоминающими паровой гудок. Трипио повторял вопросы, но получал те же самые ответы.

- Я тебе говорил, что от него толку не добьешься,- проговорил Трипио.Дройды-ремонтники не запрограммированы на запоминание посторонней информации. Они просто занимаются ремонтом и ждут очередных команд.

Чубакка недовольно промычал в ответ, тряся волосатой головой.

Трипио возмутился:

- Тихо, ты… половик ходячий, я ведь говорил недолго! Кроме того, ты обязан своей жизнью Хэну Соло.

Ремонтный дройд, ставший свидетелем их перебранки, отправился восвояси. Трипио подумал, что надо бы ему упростить свою программу, с тем чтобы ничего не знать о жизни Галактики. Он чувствовал, как перегреваются его контуры по мере того, как он начинает осознавать возможные последствия печальных событий, обрушившихся на его бедную золотую голову.

- Хозяин Соло, возможно, демонтирует мои ноги и заставит меня пересмотреть и привести в порядок все неразобранные файлы имперского информационного центра.

Захламленная улица несколько расширилась, и в призрачном свете подземного мира Джесин различил двигавшегося впереди дройда.

- Смотри, - сказал он Джайне, - дройд.

Дети побежали к нему, размахивая руками, надеясь привлечь его внимание. Но дройд невозмутимо продолжал свой путь по тропе, проторенной через мусорный завал. Двойняшки остановились.

Этот дройд был просто ископаемым по сравнению с дройдом, ремонтировавшим лифт. У него были суставы, квадратный корпус. Его компоненты скрепляли большие болты. С неуклюжим торсом, большими руками и угловатой шестигранной головой дройд мало чем отличался от тележки с инструментами. Вдоль его шеи и позвоночника проходила толстая плетенка кабелей. Все они были поражены коррозией и покрыты пылью и грязью. Бока дройда начали обрастать мхом. Сбивчивость его движений говорила о том, что он нуждается в смазке.

Вдоль улицы тянулся неровный ряд заскорузлых и покосых металлических столбов. Они были приблизительно на метр выше детей. На верху каждого столба размещался странный осветительный кристалл, снабженный увеличительными линзами, но мерцавшая в них мертвенно-серая муть не нарушала темноты, а напротив, делала ее еще более плотной и опасной.

Дройд-ремонтник прошкандыбал в конец улицы, затем остановился и, скрежеща шестеренками, кое-как дотянулся до осветительного кристалла. Дройд осторожно вынул его из гнезда с помощью сегментированных щипчиков. Затем, уложив неисправный кристалл на тележку, он вынул из ящичка новый. Следуя командам сложной программы, дройд установил новый кристалл на верху столба и включил его.

Новый кристалл оставался таким же мертвым и бесцветным, как и его предшественник, но, казалось, дройд не замечает этого. Он перешел к следующему столбу, повторив весь процесс сначала.

Джесин подошел к дройду и обратился к нему, подражая интонациям отца.

- Мы заблудились, - сказал он.