— Даже часть — это уже хорошо, — вернулся отец к газете, а потом, внезапно для меня, отложил её в сторону. — Я общался по твоему поводу с герром Кальбом, директором Дурмстранга. Сложностей с зачислением не возникло. Я уже передал всю необходимую информацию, оплату и документы. Но, конечно же, он хочет поговорить с тобой лично.

Пожимаю плечами.

— Не вижу каких-либо сложностей. Наверное во время разговора и распределение по направлению проведём?

Эмерик с улыбкой кивнул.

— Да. Хотя я уже сообщил герру Кальбу, о твоём таланте к магии Жизни. Почти наверняка пойдёшь на Вспомогательное, если, конечно, сам не пожелаешь иного.

Удобно быть сыном барона, особенно такого, как мой отец. Можно пинком открывать все двери, как натуральный мажор. Интересно, как скоро я к такому привыкну?

— На Боевое точно не хочу, — усмехнулся в ответ, — я «маг поддержки», а не передовой линии.

— Радует, учитывая наши таланты, — подняв взгляд к потолку, неспешно произнёс он. — А то современная молодёжь чего только не откалывает…

— Даже не вздумай намекать на возраст! — шикнула на него Юлианна, — мы и сами ещё молоды душой и телом, так и знай!

Эмерик рассмеялся, а потом вновь посмотрел на меня, показывая, что разговор не окончен.

— Поговорим с герром Кальбом после затмения, — с хорошо читаемым намёком, сказал мужчина. — Ты не передумал присутствовать на этом мероприятии? Хоть приглашение и было от самого Повелителя, но он поймёт, если… у тебя не получится. Верность Германии можно дать на следующий день.

— И пропустить такое событие? — скрещиваю руки на груди, задирая нос, — да ни за что!

Отец гордо кивнул.

— Тогда давай лучше, если у тебя ещё остались силы, разберём кое-какие ритуалы. Ты изучил память, которую я тебе выдавал на последней встрече, ещё в Англии?

— Конечно изучил. И ты знаешь, что силы у меня есть всегда. Даже когда их нет, — улыбаюсь я, — что-то задумал?

— Ну вот, — вздохнула Габриэла, — а когда мы будем обсуждать свидание с твоей вейлочкой?

— Да-да, — поддакнула Юлианна, — когда приведёшь её знакомиться? И не переживай, мы её даже пальцем не тронем, — последнюю фразу она буквально пропела.

— Сразу, как у нас будет что-то более весомое, чем простая прогулка и посиделки в кафе, — едва уловимо развожу губы в улыбке.

— Поспеши, Вольф, часики-то тикают, — со смехом, растрепала мне волосы мать, а потом покинула гостиную, вместе с Юлианной.

— Отец, так как ты говорил, женился сразу на двоих? — скрещиваю я руки на груди, — сейчас-то уже можешь расколоться.

— Всё благодаря моему обаянию, — рассмеялся мужчина, — разве можно не полюбить такого красавчика?

— Боюсь, я не особый мастер в оценке внешности мужчин, — качаю головой.

— Но ты ведь признаёшь, что мы похожи внешне? — он колдует зеркало и встаёт рядом со мной, положив руку мне на плечо. По росту я ниже его почти на полторы головы. Но чувствуется, года через два сравняемся ростом.

— Похожи, — соглашаюсь я. Особенно это было бы заметно, оставь я старое лицо. Некоторые черты, такие как родинки, и не очень (как по мне) эстетичные складки кожи, были мною убраны. Но даже так… даже так…

— Разве ты не считаешь себя красавчиком? — подмигивает Эмерик, — и разве тебе этого никто не говорил? Кроме меня с мамой, аха-ха-ха!

— Хорошее настроение? — изгибаю я бровь, — неужто продвинулись в лаборатории? Я вот… тоже… А по внешности — говорили, конечно.

Валери говорила. И Мелинда тоже. Я помню её руки, которые держали мои плечи. Насколько они сейчас холодны? Ползают ли внутри неё черви? Откладывают свои личинки в её чрево? Поедают девственную плеву? Рвут на части сердце и лёгкие? Цикл жизни пошёл на новый круг.

Могу ли я забрать её? Тело… это ключ ко многому. Душу тоже можно вернуть. Не так уж и сложно. А если и нет… я могу взять память. Свою и её родителей. Остальных людей, которые её знали и видели. Сумею ли я на основе этой памяти запрограммировать очищенную душу, чтобы она осознала себя Мелиндой?

Воскресить её?

Но будет ли получившийся суррогат ею?

Это наводит меня на мысли о моих будущих экспериментах создания собственной копии личности. Копии души. Лишь имея копию души, я буду оставаться тем же самым Вольфгангом. Остальное — тлен. А значит, Лин уже не вернуть.

Или… камень воскрешения, который есть у Реддла. Что если… что если создать личность на основе этого слепка? Что это, образ из… памяти мира? Из некой изнанки? Души можно призывать?

Надо бы изучить этот процесс.

— Ну вот и отлично, — довольно щурится Эмерик, — вот мы и выяснили, что являемся красавчиками. Так что дерзай. Я уверен, что эта птичка не долго будет держать свои пёрышки целыми.

С Фридой мы погуляли вполне хорошо. Девочка поначалу была зажата. Будто бы и не было той беседы на пару часов, прямо в моей комнате. Однако, разговорить свою цель пустой болтовнёй я умею мастерски. И вот, от лёгких анекдотов мы перешли к теме школы, где я позволил ей рассказать мне про Дурмстранг, нагло пользуясь тем, что притворился не знающим о принципе факультетов и распределения волшебников.

— Кое-что слышал, — сделал рукой неопределённый жест, — но без подробностей. А потому, прошу вас, фройляйн, поведайте мне истину.

— Кхм, — Альтенбург аж глазами по сторонам покосила, но никто на нас не смотрел. Так, время от времени бросали взгляды, но не останавливались, спокойно проходя дальше.

Тем не менее, я по инерции коснулся своего амулета защиты от физических атак. Воспоминания о такой же «самой обычной прогулке», моментально всплыли в памяти. Жаль, что он не помог мне по время последнего нахождения в Косом Переулке. Тогда численность противников была слишком высока. Да и магами они были, а не маглами…

Хех, у меня уже целая коллекция разных амулетов! Родовое хранилище, защита от физики, от шарма, кольцо от яда, от слабой магии, уничтожающее выпадающие волосы, отключённые артефакты защиты от легилименции… Развешан, как новогодняя ёлка!

И вот, проболтав порядка часа, неспешно гуляя по улице, мы добрались до Нижнего двора, где вейла провела мне небольшую экскурсию по задворкам, до которых мы с Габриэлой попросту не добрались.

— Здесь кучу всего интересного можно найти, — аж загорелись её глаза, — если знать, конечно же, где искать, — высоко задрала нос.

— Показывай! — её ладонь всё ещё в моей руке. Но я не удерживаю её там на постоянке, нет, действую хитрее. Время от времени, во время разговора, начинаю использовать руки, чтобы что-то показать или просто активно жестикулировать. В эти моменты наш контакт разрывается и… потом я снова, как ни в чём не бывало, беру её за руку.

Это заставляет её с каждым разом всё проще и проще к этому относиться. Девочка привыкает. Пару раз, под конец этого импровизированного свидания, Фрида даже брала мою ладонь сама. Прогресс!

И вот, ещё через пару часов, мы, уже порядком уставшие и голодные, добрались до «Комедии Амми».

— Никогда тут не была, — задумчиво смотрит юная вейла на вывеску, — что это?

— Мне рекомендовали это заведение, но… — пожимаю плечами и хитро улыбаюсь, — без подробностей. Зайдём?

— Зайдём, — ответно улыбается девушка.

Почему-то на миг я подумал, что там внутри будет розово-приторная обстановка, разные сердечки и «атмосфера для парочек». Это было бы неприятно. Тогда, скорее всего, я бы не ждал реакции моей новоявленной подруги, а первым бы извинился и предложил сменить место на более простое. Но нет, это было очень приличное кафе.

Широкое, явно расширенное чарами помещение. Уютная атмосфера лёгкого полумрака. Когда вроде бы всё прекрасно видно, но будто бы уже опустились сумерки. Над каждым столиком горели несколько магических свечей, которые не капают воском. Стены были отделаны деревом и прямо на нём были вырезаны и частично, — специально, как я понял, — окрашены разные сценки и картины. Это придавало атмосфере определённый шарм.

Помещение было разделено тонкими, бумажными перегородками, сквозь которые было видно лишь нечёткие силуэты соседей, позволяя оставаться, как бы со всеми, но при этом лишь своей компанией. Также было видно, что при желании, перегородки легко сдвигались.