— Надеюсь, там не обручальное кольцо? — хохотнул я, — это… было бы, как минимум, внезапно.

— Кхм, — посмотрел он на меня с некоторой укоризной.

— Ну прости, не удержался, — придерживался я с отцом строго определённой линии поведения — эдакого умного и магически сильного раздолбая. Я ведь подросток из сиротского приюта, а значит должен соответствовать. Из неё немного выбивался лишь наш первый разговор, но там можно списать на шок. Всё для того, чтобы меня недооценивали, ибо доверия ни к кому из фашистов я не испытываю. Нет, я не про то, что все они «плохие, прям ну вообще». Нет-нет, было бы глупо так считать. Это большая масса людей. Там есть хорошие, плохие и вообще, абсолютно разные.

Вот только слишком уж много всякого рода зверств и гадостей немцы творили на войне, чтобы потом просто прикрыться фразами: «А мы не знали», «Это всё Гилтер, Гриндевальд и остальные, мы не при делах вообще», «Просто выполняли приказы и старались продвинуться по карьерной лестнице». Хех, конечно, из моих уст такие речи звучат несколько лицемерно, но это так. Я не испытываю комфорта, работая с теми, кто без всяких угрызений совести может меня утилизировать. Вот чуть попозже, когда достигну бессмертия, уже буду вести себя так, как захочу. Пока же… играем роль.

Эмерик вздохнул.

— Это подарок. Флакон с памятью родовых знаний, — он гордо улыбнулся, заметив, как изменился мой взгляд — единственное, что я не сумел проконтролировать. — Тут не всё, но основы по нашему ключевому направлению — Ритуалистике.

— Очень ценный подарок, — медленно произношу в ответ, осторожно взяв коробочку. Слегка приоткрыв, замечаю там небольшой флакон с нитью памяти. — Спасибо, отец.

— Знал, что ты оценишь, — кивает он, после чего смотрит в окно, — вот и приехали.

Знакомое местечко, прикинул я, выходя из машины и осматриваясь. Чисто механически отмечаю сидящего на лавке неподалёку, мужчину, с газетой. После Реддла-старшего на таких «седоков» у меня аллергия. Сразу нахожу их взглядом и не упускаю из вида.

Одновременно с этим убираю коробочку в свой амулет, висящий на шее. Пространства там достаточно, хоть кое-что уже закинул: аптечка с самыми разными зельями, запас еды, денег: магловских и магических, недавно купленная метла, один из резервных порт-ключей, все мои Сквозные зеркала… В общем, разного рода вещички, о которых вспоминаешь в экстренной ситуации и осознаёшь, что под рукой-то нужного нет!

Теперь есть.

После случая с неудачным покушением я озаботился тем, чтобы всегда иметь всё необходимое под рукой.

— Долго думал, — говорит отец, махнув рукой швейцару, стоявшему перед дверью ресторана, — что именно тебе подарить. Артефакты? Сейчас не та ситуация, когда тебе было бы что-то действительно нужно. Дарить же вещь, которая не принесёт должного толка, посчитал ниже своего достоинства.

— Присматриваешь за мной? — чуть шире растянул я улыбку. Ага… не «следишь», а именно — «присматриваешь». Нужно правильно расставлять акценты. Мы же, хе-хе, родственники! В таком деле нужно доверие. С его стороны.

— Краем глаза, — оценил он мой оборот речи, указав головой за столик у стены, куда мы и сели. — Не бывал здесь раньше? — маг поднял руку и рядом тут же нарисовался официант, выдавший меню, правда только одно. — Ещё одно, пожалуйста, для моего сына, — вежливо произнёс Эмерик, указав в мою сторону.

Свою тонкую книжицу моментально получил и я.

— Именно здесь — нет, — покачал головой, наскоро осматривая выданное меню, — но в подобных заведениях — доводилось.

— Я рад, что нахождение в приюте Вула не сильно повлияло на твою жизнь. Талантливый волшебник, если это у него в крови, всегда сможет подняться на вершину, в какую бы яму он не попал.

— Может я просто попал в не столь глубокую яму? — закончив с выбором, закрываю меню и откладываю в сторону.

— Давай не будем это проверять, — посмеялся отец, — не хочу вновь терять сына и ожидать, пока ты преодолеешь новые испытания.

Мы немного помолчали, но вскоре подошёл официант и принял заказ, уведомив, что в течение получаса всё будет готово.

— Как поживает мать? — откинулся я на спинку мягкого диванчика и вытянул ноги, — у неё всё хорошо?

— У Габриэлы всё отлично, — прикрыл Эмерик глаза, — хм… не хочешь её навестить?

— Почему бы и нет? Думаю, что после войны будет отличный момент, — сохраняю я вежливо-нейтральное выражение лица, но мысленно улыбаюсь.

— Война… ты говоришь о ней так уверенно, — качает он головой, — а хочешь, я открою тебе тайну? Скорее всего, никакой войны не будет.

Вопросительно приподнимаю одну бровь.

— Что же так? Мэтр Гриндевальд подал в отставку, но в газетах ещё не успели опубликовать эту информацию? Или заметка была столь маленькой и незначительной, расположенной где-то на втором десятке страниц, что я просто этого не увидел?

— Ха-ха! Чего не отнять, так это твоего чувства юмора! — сложил отец руки в замок и ухмыльнулся.

— Не даром же я пишу статьи, — пожимаю плечами не отводя взгляд.

У Эмерика были хорошо заметны защитные артефакты: несколько колец, медальон, те же часы, непонятного назначения брошь, переливающиеся чем-то бирюзовым запонки… Сомнительно, что это сплошь простая бижутерия или даже обычные драгоценности.

Наверняка артефакты, причём качественные. А значит, шанс даже подобраться к его мыслям будет крайне мал. Не хочу рисковать и давать ему о себе лишние знания.

Безусловно, я уверен, что начни он наводить обо мне справки, если уже этого не сделал, то легко и непринуждённо узнает о талантах к магии Разума, но одно дело знать о официальном уровне «Новичок», а другое ощутить тонкое прикосновение к защите собственного сознания. Это… сразу покажет мой, несколько более высокий, уровень.

Мужчина вздохнул и бросил взгляд в сторону кухни. Оттуда как раз вышел официант, несущий наш заказ. Расставив на столе тарелки и пожелав приятного аппетита, работник ресторана быстро ушёл.

Отец налил вина себе в бокал и бросил на меня вопросительный взгляд.

— Воздержусь, — приподнял я руку, ладонью вперёд. Специально для этого заказал себе графин сока.

— Как знаешь, — он взболтнул кроваво-красную жидкость и пригубил её, довольно улыбнувшись. — Маглы делают очень качественные напитки. Намного более разнообразные, чем волшебники. И это с их ограниченными ресурсами. Представляешь, что можно сотворить, владея всем, что имеем мы?

— Очень интересный риторический вопрос, — приподняв голову, отвечаю я, — как хорошо, что на него не нужно отвечать.

Эмерик погрозил мне пальцем, после чего, неожиданно для меня, продолжил ранее затронутую тему, на которую, как я уже думал, так и не получу ответа.

— У Германии есть некоторое… скажем так — «оружие». Сейчас оно на этапе подготовки, но уже на финальной стадии. Скоро мы продемонстрируем его всему миру. И тогда… остальным останется лишь два пути: примкнуть к нам и принять новые правила игры или умереть. Иного выбора не будет.

— Звучит как абсолютно нереалистичный вариант, — я наклоняюсь к нему чуть ниже, — ты же понимаешь, отец, что будь это действительно так, то аналог этого «оружия» уже изобретался бы во всех остальных странах?

В голове возникли мысли про ядерную бомбу, которая была придумана и собрана в конце Второй Мировой. Повторили её крайне быстро, так что… гегемонии не будет, как бы вы не старались. Плюс, я конечно утрирую, насчёт ядерки, ведь не думаю, что маги изобрели нечто подобное… Или, скажем, какой-то волшебный её аналог? Да не… не-не-не. Ха-ха… вы серьёзно? Фашисты, которые создали вундерваффе?! Это натуральный моветон! Да и, в конце-то концов, немцев ведь как-то запинали в каноне? Я пока не настолько сильно на него повлиял, чтобы что-то кардинально изменить!

До этого момента канон нигде не подводил меня, так что… сомнительно, что события крупнейшей в истории войны пойдут по другому пути.

Что уж там, я даже историю специально для этого читал! И магловская один в один повторяет события моего прошлого мира! Значит, абсолютно всё идёт по стандарту… Добавилась только магия, но и её история, которую я знал, пока что не отличается от канона. Правда знал я очень мало, ибо в книгах и фильмах о Гарри Поттере, этот период слабо освещался.