– Поэтому ты поехала с Чарли и с тех пор с ней путешествуешь? – спрашивает Мейсон.

– Чарли – моя лучшая подруга, – отвечаю я, крутя пальцами браслет, как я часто делаю, когда нервничаю. – Мы поддерживаем друг друга.

– Ты чертовски хорошая подруга, Пайпер.

Мейсон немного расслабляется, кажется, он успокоен тем, что я вне опасности. Его взгляд перемещается на тревожные движения моих рук.

– Это Чарли подарила тебе этот браслет?

– Угу.

Я кладу левую руку на диван рядом с собой – подальше от его пытливых глаз.

– Слушай, если допрос окончен, можно я пойду? У меня сегодня смена в ресторане.

Мейсон встает, но все еще перегораживает мне проход.

– А в каком ресторане? – спрашивает он и ждет ответа, прежде чем дать мне выйти.

– В ресторане Скайлар. Им больше всего нужна помощь.

Мейсон поджимает губы. Кажется, он расстроен. Потом он меня выпускает. Я начинаю двигаться к выходу, но его голос меня останавливает:

– Кстати, о Скайлар. Она должна была пойти со мной на благотворительный вечер, который «Джайентс» устраивают в эти выходные, но не сможет. У Гриффина какая-то грандиозная фотосъемка, и он хочет, чтобы Скайлар к нему присоединилась. Можешь меня выручить и сходить со мной на этот вечер?

Я смотрю на него так, словно у него выросла вторая голова.

– Я не хожу на свидания, Мейсон. И, насколько я знаю, ты тоже.

– Именно поэтому мне и нужно, чтобы кто-нибудь со мной пошел. Ну ты понимаешь, чтобы на меня не вешались всякие девицы. Соглашайся, Принцесса, вечеринка будет очень скромная.

Я ухмыляюсь:

– Кажется, мы договорились, что ты больше не будешь так меня называть.

Мейсон смеется:

– Не помню, чтобы мы об этом договаривались. Но я скажу тебе вот что: если ты со мной пойдешь, то обещаю, что буду называть тебя только по имени.

Не могу поверить, что я вообще об этом размышляю. О свидании с Мейсоном.

Нет, не о свидании. Если сначала с ним должна была пойти Скайлар, значит, речь точно не о свидании.

Потому что Мейсон не ходит на свидания.

Как и я.

Никогда.

– А в пользу какой благотворительной организации? – спрашиваю я, медля с ответом.

– Кажется, вырученные деньги пойдут на оплату усыновлений парам, у которых не хватает на это денег.

Сердце гулко стучит у меня в груди. Я закрываю глаза и набираю в легкие воздух.

– Ладно, – говорю я, выходя из спорткомплекса и думая о том, во что только что ввязалась.

Я подъезжаю к краю тротуара, ненадолго паркуюсь и выхожу из машины. Когда я закрываю дверцу, мне приходится схватиться за крышу машины, чтобы не потерять равновесие. Вот она, ждет на крыльце таунхауса Гриффина. Я наблюдаю, как она неуклюже ищет что-то в сумочке. Сегодняшний апрельский вечер не очень теплый, но ладони у меня тут же потеют, а дыхание становится неровным.

Мне хватит пальцев на руках, чтобы сосчитать, сколько раз я ее видел. Она всегда неплохо выглядела в спортивной форме или в смелых рубашках с расклешенными рукавами и в джинсах. Но при виде такой Пайпер у меня просто перехватывает дыхание.

На ней светло-голубое платье – никогда бы не подумал, что она наденет платье такого цвета. Могу предположить, что это платье ей одолжили. Наверное, одна из ее сестер специально подобрала Пайпер платье под цвет моих глаз. Оно не облегает каждый изгиб ее тела. Нет, все гораздо хуже. Это платье заставляет вас гадать, что скрывается под ним. Подол чуть-чуть не доходит ей до коленей, обнажая ее стройные ноги, а скромный вырез лишь слегка обнажает зону декольте. Это платье притягивает, но как бы ненамеренно. Оно совсем не в ее стиле, и я стараюсь сдержать смешок, когда вижу, как она неловко переминается с ноги на ногу на высоких каблуках.

Я точно знаю, что о ней будут говорить на вечере. Она будет выделяться среди всех, как белая ворона. Но не по очевидным причинам, а потому, что она совсем не похожа на самовлюбленных женщин, которые там в основном будут. Пайпер словно обладает вечной красотой – она молода, но в то же время искушенна и практична, – я бы мог сказать то же самое о ком-нибудь вроде Одри Хепберн или Джеки Онасис[7].

Надеюсь, что моя попытка провести с ней время не возымеет обратного эффекта. На секунду я задумываюсь о том, чтобы пропустить прием, уговорить Пайпер пойти со мной в уединенный ресторанчик, где я смог бы узнать ее получше. Куда-нибудь, где ей будет уютнее, чем в толпе фанатов и папарацци, охотящихся за каждым нашим шагом. Если я хоть что-то знаю о Пайпер Митчелл, так это то, что она не любит привлекать к себе внимания. Не знаю, о чем я думал, когда ее приглашал. Я сказал, что там не будет ничего особенного. Но дело в том, что это вечеринка «Нью-Йорк Джайентс», и даже несмотря на то что она будет скромной, все равно привлечет прессу и назойливое внимание со стороны.

Пайпер замечает меня, когда я подхожу к ней по тротуару. Потом она хватается за поручни, чтобы спуститься по лестнице. Я перепрыгиваю через две ступеньки, чтобы поддержать ее, пока она не свалилась со своих каблуков на безжалостный асфальт тротуара. Я протягиваю ей руку, но ее колкие слова останавливают меня:

– Я в состоянии самостоятельно преодолеть несколько ступенек, Мейсон. Это не свидание, если ты забыл.

Я убираю руку, но остаюсь рядом, готовый поймать ее, если она оступится.

– Да, точно. Не свидание. Ну конечно.

Надеюсь, что у меня не загорятся сейчас штаны, потому что, если верить биению моего сердца и тесноте в брюках, это самое настоящее свидание, а я просто наглый врун.

Пайпер, может, и не позволит мне помочь ей спуститься с крыльца, но я ни за что не позволю ей самой открыть дверцу машины. Я опережаю ее и качаю головой, заметив ее хмурый взгляд:

– Сделай мне одолжение, ладно? Я нацепил фрак, а ты… ну, ты выглядишь просто потрясающе. И мне не важно, свидание это или нет, я все равно придержу для тебя эту чертову дверцу. И буду это делать на протяжении всего вечера. Так что привыкай к этому, Принц… э-э-э… Пайпер.

По ее лицу пробегает тень улыбки, и она кивком разрешает мне открыть перед ней дверцу. Она неловко усаживается в низком кресле, следя, чтобы платье при этом не задиралось. Когда Пайпер наконец устроилась, я беру ремень безопасности и наклоняюсь, чтобы ее пристегнуть.

Пайпер останавливает меня рукой и забирает ремень у меня из рук.

– Я не ребенок, Мейсон. Я в состоянии сделать это сама.

– Прости, просто сила привычки, наверное.

Я закрываю дверцу и позволяю ей пристегнуться. Я солгал ей уже второй раз за сегодняшний вечер. Это не сила привычки, это была лишь отговорка, чтобы прикоснуться к ней, почувствовать ее запах. В ту секунду, когда я засунул голову в машину – всего в нескольких сантиметрах от нее, – у меня в венах словно начался фейерверк. Меня все еще окружает ее чистый женственный аромат, тонкий шепот живых цветов щекочет мне ноздри.

По пути к музею, где проходит благотворительный вечер, мне трудно следить за дорогой. Пайпер распустила волосы, ее темные волнистые локоны доходят ей до ключиц. Они кажутся такими мягкими, и я на секунду представляю, как они упадут мне на грудь, когда Пайпер сядет на меня верхом. Я ерзаю, надеясь, что она этого не заметит. Пайпер не замечает. Она смотрит в окно. Интересно, она когда-нибудь делает что-то еще, когда едет в машине?

Я включаю музыку, чтобы сгладить пронизывающее молчание, и мы почти всю дорогу не произносим ни слова. Пока я не замечаю, что она крутит пальцами браслет. Думаю, она всегда это делает, когда нервничает. Я пытаюсь разогнать ее страхи:

– Большое спасибо за то, что согласилась мне помочь, Пайпер. Ты меня очень выручила. Я профессиональный спортсмен, поэтому мне приходится посещать некоторое количество мероприятий, но я почти всегда выбираю самые незаметные. Тебе не о чем беспокоиться, мы там пробудем всего пару часов. Все, что тебе нужно делать, – это стоять рядом со мной и делать вид, что ты хорошо проводишь время.