– Нет, извини, – ответила Ивета. Ее это немного взволновало, нечасто она получает подобные предложения, но чувство почти сразу прошло. – У меня дела сегодня.
– Ну… – Ламберт замялся. – Может завтра? Не думаю, что у них такая прогулка будет всего одна.
– Завтра тоже не могу, к нам после уроков гости приезжают.
Никаких гостей, разумеется, не предвиделось.
Было видно, что мальчик собирается сказать еще что-то, но ему не дала этого сделать вышедшая из класса Алиса. Уйдя по-английски от своего собеседника, Ивета направилась следом за подругой по коридору, ведущему к лестнице.
Подруга молчала, но было видно, что ее просто разрывает от нетерпения, поэтому девочка сделала ей услугу и спросила:
– Ну, что вы там?
– Мы договорились встретиться сегодня в полшестого вечера в Центральном парке…
После она начала что-то быстро тараторить, и Ивета почти перестала ее слушать, просто иногда кивая головой. Спустившись на первый этаж здания, они прошли к главному выходу и покинули школу.
Как раз в этот момент девочка увидела поворачивавшую на подъездную дорогу серебристую машину отца.
– За тобой приехали, – озвучила факт Алиса, прервав рассказ о своих планах на вечер.
– Мне пора, – кивнула девочка и пошла вперед.
– Созвонимся часов в девять вечера?
– Хорошо, – обратившись вполоборота, согласилась Ивета.
Преодолев четыре невысокие ступеньки, девочка через десять секунд уже взялась за дверную ручку отцовского автомобиля. Сев внутрь на переднее пассажирское место, она сразу же пристегнула себя ремнем безопасности к сидению.
– Добрый день, милая леди, – в шуточной форме приветствовал ее отец. – Ну что, готова?
– Не то слово, – кивнула девочка.
– Тогда едем. Расскажешь, как прошел день в школе, или помолчим?
Сняв машину с ручника, он вырулил с парковочного места.
– Все нормально, – посмотрев в пассажирское окно, ответила Ивета. – Почти ничего не делали. Ты же знаешь, как это бывает перед каникулами.
– Да, знаю, – подтвердил мужчина. – Раньше это был один из моих любимых периодов года. Предвкушение полной свободы. Ну, почти. С учетом позволения твоих бабушки и дедушки, конечно.
– Жаль, что я их никогда не видела. Судя по тому, как ты говоришь, они были хорошие.
– Да.
Артур некоторое время молчал, а потом спросил:
– Ты голодная?
– Не то, чтобы очень, но да, – согласилась Ивета. Затем повернулась к отцу. – А что?
– Да я вот думал, может заехать в кафе и купить молочный коктейль? Но у тебя зуб болит, так что холодное лучше не брать, так что тебе можно заказать что-нибудь вроде горячего шоколада. Чтобы немного перебить голод, пока мы не вернемся домой. В качестве компенсации могу взять тебе тот дорогой, с зефиром и… еще чем-то там, не помню.
– Я не против, – согласилась девочка, чувствуя, как появившаяся легкая дрожь в руках начала проходить.
Подобная взятка была ей по душе. Недостаточно, конечно, чтобы полностью избавиться от страха, но все же немного ослабить его таким способом было можно.
Когда они остановились на парковке больницы, Ивета успела осушить половину напитка. Держа скрученный из плотного картона стакан своими тонкими длинными пальцами, она чувствовала тепло, исходившее от жидкости. Ожидания не обманули. Девочка уже несколько раз пила «Какао По-Королевски», но она все равно каждый восхищалась его потрясающим вкусом, который даже ненадолго убрал боль из нижнего зуба.
Но когда Артур заглушил мотор, она сразу же вернулась, как и дрожь в руках, с которой тепло напитка уже было не в состоянии совладать.
– Приехали, – уведомил ее отец.
У него всегда была дурная привычка озвучивать очевидные факты.
– Ага, – кивнула Ивета.
Вставив стаканчик в одну из двух ячеек специальной подставки, она выбралась наружу и непреднамеренно хлопнула дверью. Обычно папа в таких случаях начинал браниться, но в этот момент он или не обратил внимания, или (что было вероятнее) сделал вид, что не заметил.
– Идем, – сказал он и направился к главному входу небольшой клиники.
Вытерев ноги о коврик (явно сделанный на заказ) с подписью «Заходи, не дрейфь!», они вошли внутрь здания, и перед их глазами предстала стойка администрации. Оглядевшись кругом, девочка увидела небольшую уютную «зону ожидания». С левой стороны вдоль стены стоял прямой кожаный диван с пышным сиденьем, спинкой и подлокотниками, и был обращен к висевшему на противоположной стене плазменному телевизору, под которым располагался кулер с водой.
– Добрый день, – поздоровалась с ними приятным голосом коротко стриженая женщина, облаченная в темно-голубой халат со знаком частной зубной поликлиники. Она не стала дожидаться, когда они приблизятся и сразу же спросила. – Вы на прием?
– Да, – ответил отец.
– Имя пациента? – кивнула женщина и открыла учетную книгу в черном мягком переплете.
– Ивета. Ивета Йорн, на половину четвертого.
– Присутствует такая.
Она взглянула на девочку.
– Возьмите бахилы из автомата и проходите в соседнюю комнату, – женщина указала своим немного кривоватым (видимо, когда-то сломанным) пальцем в сторону двери, находившейся от них по правую руку. – Доктор уже ждет вас.
Отец достал две пары бахил и передал одну дочери.
Нацепив эти синие чехлы себе на купленные месяц назад кроссовки, Ивета направилась в кабинет, собрав всю свою смелость в кулаки и намереваясь отмучиться как можно скорее. Толкнув не до упора запертую дверь и пройдя в следующую комнату, первое, что ей бросилось в глаза – кресло, стоявшее так ровно посреди кабинета, словно те, кто его устанавливали, специально с мерными лентами и угольниками в руках проводили диагонали и искали место их пересечения.
Потом она обратила внимание на стол со всякими «штучками-для-адских-пыток» вроде бормашины, и в конце уже заметила врача в белом халате, сидевшего к ним спиной и что-то печатавшего на компьютере. Судя по быстрым щелчкам клавиш и шустро перемещающемуся по экрану курсору, оставлявшего позади себя десятки букв за считанные секунды, доктор набирал не первую тысячу слов.
То ли по дуновению воздуха, то ли еще по какому-то сигналу он узнал, что клиенты вошли к нему в кабинет, и врач на мгновение отвлекся от своего занятия, чтобы сказать:
– Добрый день. Проходите и устраивайтесь на кресле, я подойду через минуту.
После он отвернулся и продолжил что-то быстро печатать.
Приблизившись к сидению для пациентов, Ивета встала на невысокую подножку и устроилась на кресле. Когда она полностью опустила свой малый для четырнадцатилетнего возраста вес (всего лишь сорок два килограмма) на поверхность, то почувствовала, как из-под кожаных волн выходит немного воздуха, тем самым подстраиваясь под ее осанку. Очень удобно.
Закончив примерно спустя минуту, как и было обещано, врач закрыл текстовый документ и встал со стула. Приблизившись к ним с опущенным до подбородка верхним краем маски, Ивета увидела мужское лицо и поняла, что незнакомец, вероятнее всего, младше ее отца.
– Еще раз приветствую, – подойдя, сказал он. – Я доктор Юн. А вы Ивета?
Девочка кивнула.
– А это?..
– Мой папа.
– Артур, – сам представился мужчина и пожал еще не облаченную в перчатку руку доктора.
– Ну что же, молодая леди, – мужчина взял со столика антибактериальный спрей, обработал руки, а затем вытащил из пачки новые перчатки, – рассказывайте, что беспокоит и где.
Описав тип боли и указав на нижний правый ряд, Ивета откинула голову и позволила стоматологу осмотреть больное место. Тот, включив фонарь, потратил около двух минут на осмотр.
– Кариес тридцатого зуба, – сказал доктор Юн, а затем посмотрел на Артура. – Нужно удалять его и ставить пломбу.
– Конечно, – кивнул отец девочки, давая свое разрешение. – Доктор, а из-за чего вообще появляется кариес? Сколько лет живу, не припомню, чтобы он у меня был.
– Он возникает из-за ряда причин, – отвечая, доктор Юн поднялся со своего места и отошел к расположенному неподалеку шкафу. – Всегда из-за того, что в ротовой полости создаются благоприятные условия для бактерий. Происходит это из-за избытка углевода, отсутствия гигиенического ухода, или попросту из-за сниженного иммунитета. Если честно, я удивлен. Обычно кариесом болеют почти все на нашей Земле хотя бы раз в жизни.