Литмир - Электронная Библиотека

Эльвира Еникеева

Ни пуха ни пера

Ни пуха ни пера,

или Вместо пролога

Петух Гриша Гребешков, блогер-путешественник, не любил зиму, но Новый год уважал – за мандарины, за ёлки и особенно за подарки. Главное, чтобы подарком не становились мандарины и ёлки, не то праздник будет испорчен.

Так думал Гриша, прогуливаясь по белой от пушистого снега улице и любуясь праздничными вывесками и украшенными к Новому году витринами магазинов – всё было в разноцветной мишуре, манекены примерили красные шапочки с белыми помпонами, а около красивых столов и кресел стояли фигуры козликов-Дедов Морозов с подарками в копытах.

Вдруг к Грише подошёл живой Дед Мороз в синей шубе (наверно, рекламщик, решил Гриша) и потряс своей длинной белой бородой:

– С наступающим!

– И вас, – вежливо отозвался петух.

– А рюкзак-то за спиной, небось, полон подарков? – лукаво прищурился Дед Мороз.

Гриша насторожился: странный какой-то рекламщик.

– Нет, я путешественник, и там мои вещи…

– Ах, путешественник?

– Да, я скоро уезжаю в…

– Ну, ни пуха ни пера!

И ушёл. Снег захрустел под его валенками.

Гриша стоял с минуту, ничего не понимая, и смотрел козлу в спину. Когда же Дед Мороз скрылся за углом, петух помотал головой в красной шапочке и пошёл своей дорогой, бурча:

– Ни пуха ни пера… Это он, что, выщипать меня хотел? Эпиляцию мне посоветовал? Так это летом хорошо… Когда жарко… И все того… на пляж… А не перед Новым годом… Но, поломав над его словами голову так и этак, записался на эпиляцию перед самым отъездом. Пока сидел в очереди, познакомился с одним престарелым медведем, который пришёл на педикюр. Оказалось, он всего неделю назад вышел на пенсию, а раньше работал в колледже в другом городе.

– Вы не представляете, какой мне сделали рождественский подарок на прощание… – даже прослезился он.

– А вы не знаете, какие мне истории про Новый год в путешествиях рассказывали! – перебил Гриша. – Вот одна утка из Кэтбриджа поспорила с сосе…

– Всё началось с одной лекции, – вдохновенно продолжал медведь. – Я описывал двадцатый этап становления птиц как полноценных граждан мира… Вы, конечно, знаете, о чём я?

– Разумеется, – серьёзно ответил петух, хотя понятия не имел, о чём вообще речь.

– Молодец, юноша, свою историю надо знать. Так вот, я стоял на кафедре и говорил: «Птицам тоже ничто звериное…»

Ни пуха ни пера - _0.jpg

Душка-Какадушка, или история про урок истории

– …Птицам тоже ничто звериное не чуждо. Какаду Карла, вы записали?

Какаду оторвалась от прочтения жизненно важной записки воробья с передней парты и кивнула:

– Да, конечно!

– И про что я говорил?

– Про историю птичьей культуры.

– Нет, это предмет наш – история птичьей культуры. А тема какая?

– Птичья культура.

– А что мы сегодня проходим?

– Птичью! Культуру! Профессор Буревестник, вы страдаете амнезией?

Группа взорвалась хохотом. Учитель – никакая не птица, а престарелый бурый медведь по фамилии Буревестник, задрожал от гнева. Карла невинно похлопала глазами с крашеными ресничками и принялась за написание ответной записки.

С тех пор, как красавица с белыми перышками стала частью сплоченного коллектива первого курса колледжа (семейство какаду из-за работы отца переехало аж из Новой Гвинеи в этом году), недостатком внимания Карла не страдала. Какадушку стали называть «душа компании». Записочек она получала столько, что даже подумывала заняться сдачей макулатуры. А сейчас, под Рождество, их количество увеличилось раз в пять. И потому гнев преподавателей казался и ей, и одногруппникам сущей мелочью.

Обстановка в колледже итак не способствовала учебе: аудитория вся сверкала от разноцветной мишуры и гирлянд, а с уголка маркерной доски, как раз над грозной надписью «ВОПРОСЫ К ЭКЗАМЕНУ» оптимистично свисал елочный шарик.

– Кар-р-рла! – взревел медведь. – Я задам вам вдвое больше вопросов на экзамене, и ваши праздники будут наполнены пересдачами!

И хлопнул лапой по столу.

Вот тогда-то какаду и поняла, насколько все серьезно.

– Плохи твои дела, – шепнул Карле воробей после занятий.

– И не говори, – вздохнула та. – Что же делать?

– Задобри его хорошим рождественским подарком, – посоветовал воробей. – Он и простит.

– Что, интересно, может быть хорошим подарком для такого брюзги?

– Понятия не имею. Мне третьекурсники рассказывали, что проще голодать все Рождество, чем сдать Буревеснику с первого раза.

– Да ладно? – присвистнула Карла.

– Ага. Так что удачи тебе! – развел крыльями воробей.

– Эй-эй! Куда пошел?

– А что?

– Ты мне помогать будешь. Подарок выбирать. Твоя же идея.

– Да в смысле?

– Инициатива наказуема! Давай, идем в магазин! Не бросишь же ты даму в беде?

– А у меня есть выбор? – с надеждой спросил воробей.

– Вообще-то нет, но ты можешь согласиться.

Ни пуха ни пера - _1.jpg

И какаду потащила его в ближайший торговый центр.

– Сначала посмотрим сладкое, – заявила Карла. – Все любят конфеты!

Продавщица-кошечка в костюме эльфа любезно предложила упаковку ярко-красных лакричных трубочек:

– Вот, отличный вариант для подарка! Коробка очень красивая, с золотой ленточкой. В подарок чашка с Сантой Страусом!

– Эти трубочки я-то прожевать не могу, – пробормотал воробей. – А прикинь, Карла, профессор попробует – ему ведь пасть склеит.

– Тогда карамельные трости! Пакетик очень интересно оформлен. В подарок кружка с оленем!

– Зубы сломает, – сказал воробей. – Он все-таки старенький.

– Отличный вариант – зефир! – не сдавалась кошка. – Зефир в металлической коробочке! В подарок сухое растворимое какао!

– Ну как? – спросила Карла.

– Я зефир вообще не люблю, – пожал плечами воробей. – Кстати, этот по дате просроченный.

– Да что ж такое! – пробурчала под нос продавщица, но с очаровательной улыбкой протянула медовые пряники в шуршащей фольге: – А это?

– А что идет в подарок? – оживилась какаду.

– Ничего не идет. Но они почти свежие. Срок годности только завтра вечером выйдет.

– Но завтра только двадцатое, – напомнил воробей.

– Да неважно, я беру! – махнула крылышком Карла.

Дело было за несладким подарком. Тут все было намного сложнее. Птицы пересмотрели с десяток деревянных щелкунчиков, пластиковых балерин и глиняных колокольчиков. Воробей устал, хотел есть и уже начал грозиться избавиться от пряников, из-за чего Карле пришлось скупить все, что было, по одному экземпляру. А заодно праздничный пакет. Обошлось ей это недешево, но – что не сделаешь ради легкой сдачи экзамена!

На следующий день (пока не испортились свежие пряники) какаду постучалась в кабинет профессора Буревестника и весело произнесла:

– Здравствуйте!

Мрачный медведь сидел над какими-то бумагами. Увидев Карлу, он спустил на нос очки и сухо поздоровался:

– Добрый день. Что вы хотели?

– А я пришла поздравить вас с наступающими праздниками!

И сунула ему в лапы пакет.

Буревестник посмотрел на какаду так, как будто она резко позеленела, но все-таки глянул внутрь.

– Пусть этот год будет для вас наполнен радостью, счастьем, здоровьем! Простите меня, что я такая неусидчивая.

Медведь медленно снял очки и промокнул глаза большим клетчатым платком. Потом громко высморкался и поблагодарил:

– Это самое милое, что мне когда-либо говорили мои студенты! Спасибо вам большое!

Карла, окрыленная успехом, одним духом выпалила:

– Пусть ничто не омрачает вашего настроения! Даже такие нерадивые студентки, как я!

– Не волнуйтесь, – растроганно улыбаясь, успокоил Буревестник. – Вам это точно уже не светит.

1
{"b":"842986","o":1}