Как всегда, лучше всех в управлении энергией проявили себя Марта и Ян, созданные ими завитки, на взгляд Альберта, были безупречны. Сорхе только сдержанно кивнула. У остальных линии либо выходили слишком толстыми, либо расплывались, либо узор никак не желал задерживаться дольше пары секунд. Для самого Альберта такие задания становились пыткой: его энергия так и рвалась свистеть вихрем и крушить преграды, а это мелкое, кропотливое изменение формы прямо-таки противоречило всей его природе! Вновь и вновь пытаясь обуздать поток, Альберт совсем не чувствовал себя одарённым и мало чем отличался от бедняги Леофа, который не продвинулся дальше создания бледного светящегося комка, больше похожего на эфирный свет, чем на горячий огонь.
– Что-то я устал учиться, – жалобно простонал Леоф, ложась головой на парту, когда после обеда ученики начали подтягиваться в класс боевой магии.
Все учебные аудитории выглядели похоже: ряды парт смотрели на кафедру и доску за ней, у одного из высоких окон ютился учительский стол, а где-нибудь в углу – шкаф с книгами или наглядными пособиями. Кабинет боевой магии будоражил двумя отличиями. К стене позади парт примыкали пять полукруглых купелей: три в центре были наполнены водой, землёй и огнём, а две по краям выглядели пустыми, но подразумевалось, что в одной из них воздух, а в другой – эфир. Но главное – два ряда парт жались вдоль стен, а посередине между ними прямоугольное углубление в полу образовывало площадку с невысокими бортиками. В бортиках тускло блестели латунные цилиндры, бывшие, вне всякого сомнения, артефактами для автоматического создания барьера. Неужели вот-вот начнётся то, ради чего он и пришёл учиться магии?
Пока Леоф притворялся спящим – или правда спал? – остальные ученики болтали в ожидании преподавателя и начала урока, и Альберт с удивлением узнал, что далеко не все разделяли его энтузиазм по поводу боевой магии.
– Это же тот же преобр, – разводил руками Ян. – Просто более узкое его применение.
– Но в этом и суть, – возражал Альберт. – Если на тебя нападут – ты что, завитушку в воздухе нарисуешь?
– Очнись, Альберт, – встряла Уна, – кто на тебя нападёт? Жрец Артура с проповедью? Тогда и правда хватит показать, что ты высший маг, чтобы он передумал спасать твою душу. Или ты на границе служить собрался?
Вообще-то, именно это Альберт и намеревался делать, когда закончит школу, но в ответ на такой насмешливый тон делиться планами не захотелось.
– Насчёт завитушек ты не прав, – добавил Томар как бы неохотно. – Мы ведь учимся и направлять энергию, придавать потоку любые формы. Делаешь его максимально плотным и острым, как клинок, – вот тебе и боевое заклинание.
– А если уж вводить отдельный предмет для каждой области применения магии, – не отставал Ян, – то почему нам не читают магию цветоводства или архитектурную магию?
Дверь кабинета открылась, прервав разговор. Сидевшие на партах Томар и Бренги тут же спрыгнули на свои стулья, Леоф нехотя оторвал голову от парты, все изобразили готовность внимать. И только потом увидели, что вместо Сорхе, которая вела боевую магию у всех предыдущих поколений, в класс вошёл учитель истории.
У Альберта смешались все мысли. Это ещё что значит? Кабинетом ошибся?
Дженкинс, как всегда, не глядя по сторонам, прошёл за кафедру и принялся раскладывать на ней принесённые с собой бумаги.
– А мы вас сегодня уже ви-и-идели, – осторожно протянул Ве.
Учитель рассеянно кивнул, не поднимая головы:
– Расписание так себе.
– А – где госпожа Сорхе? – раздался робкий голос кого-то из девушек.
– Без понятия, – ответил историк, не отвлекаясь от бумажек.
– Вы будете нашим постоянным преподавателем? – решил прояснить Ян, любивший точность.
Дженкинс наконец оставил бумажки в покое и поднял на него взгляд.
– Да. Ещё вопросы?
Если кто-то что-то и спросил, Альберт этого не слышал. Он слышал только оглушительный треск, с которым рушились опоры его душевного спокойствия. Если Дженкинс – боевой маг, то это ещё одно сходство… Стоп, стоп. Спокойно. Не нужно спешить с выводами. Ещё ведь ничего не известно, правда? Мало ли кто что преподаёт. Чтобы стоять и говорить, высшим магом быть не обязательно. А будет ли он делать что-то ещё? Альберт не отрывал взгляда от учителя.
Дженкинс стоял, облокотившись о кафедру и глядя на свои сплетённые пальцы, как будто сам ощущал свою неуместность в этом кабинете.
– В общем-то, – начал он тем же блёклым голосом, каким с утра вещал им про мирные договоры и создание Альянса, – основные необходимые навыки вы получили – и продолжаете получать – на курсе преобразования энергии… – В этот момент Ян повернул голову и выразительно посмотрел на Альберта – мол, что я говорил, – но тому было не до споров. – Разница – в условиях. В частности, в том, с чем взаимодействует ваша энергия. В случае с обычной трансформацией это?..
Он обвёл класс пустым взглядом своих жутких глаз-ледышек.
Альберт не мог сосредоточиться на сути вопроса, потому что был весь поглощён тревожным ожиданием: владеет Дженкинс боевой магией, или ещё может быть какое-то другое объяснение?.. Остальные тоже несколько секунд молчали, наконец Бренги неуверенно развёл руками:
– Ничего?.. Когда мы просто берём энергию и придаём ей форму…
– Либо стихия, – добавил Томар. – Когда это воздействие своей энергией на стихию, находящуюся вовне.
– Стихия всегда вовне, – прикопался Дженкинс. – Но, в общем, верно. На преобразовании вы учитесь контролировать энергию, менять её и направлять. Задавать форму, плотность, скорость потока. С прошлого года – воздействовать энергией на стихию и вплетать стихию в сам поток. На что направлена энергия в боевой магии?
– На противника? – предположил Ян.
– В идеале.
– Ну или на его энергию – чтобы нейтрализовать созданное им заклинание. Отразить атаку или наоборот преодолеть щит.
– Более вероятно. В связи с этим вас ждёт много теории…
Альберт встрепенулся: вот оно! Дженкинс просто будет читать им теорию. А практика… наверное, практика будет с Сорхе.
– …Кто ваш противник, что он умеет и чего от него ждать. Как использовать свои преимущества, окружающее пространство, – учитель скучающе закатил глаза, – и прочее. Но сначала самое простое. Как вообще защититься от атаки, кое-что зная о преобразовании энергии? Зоя?
– Поставить щит, – пожала плечами девушка, – сконцентрировав необходимое количество силы на пути атакующего потока…
– Необходимое – это сколько?
– Ну, – растерялась Зоя, – это зависит от силы атаки…
– Зависит. А как атаковать, Уителл?
Леоф вытянулся в струнку, как будто это помогло бы ему с ответом.
– Сконцентрировать, – он облизнул губы, – необходимое количество силы. И – ну – направить… вперёд.
Дженкинс смотрел на него, не мигая. На помощь товарищу пришёл Бренги:
– Придав сгустку энергии максимально высокую плотность и ускорение!
– Такая базовая атака, – добавил Ян, – называется «снежок», потому что работа с энергией похожа на то, как, к примеру, снег сжимается в твёрдый комок. Но форма может быть и любая другая, и размер тоже…
– Мы делали «снежки» на преобре, – вспомнила Лотта, – и бросали с разной силой…
– Хорошо, – прервал их учитель. – Я не знаком с вашими магическими умениями, так что посмотрим, с чем мы имеем дело. – Он сверился с лежащим на кафедре листком. – Ве, Айдер, выйдите в центр.
– Это будет вроде поединка? – Ве послушно начал вылезать из-за парты, но не торопился, с сомнением косясь на Марту.
– Вроде.
– Тогда почему я против женщины?
Дженкинс поднял брови в немом вопросе, и Ве пояснил:
– Общеизвестно, что у женщин от природы меньше запас энергии и слабее атака. В чём смысл поединка, когда противники изначально неравны?
– Интересная теория, – заметил учитель. – Что о ней сказала госпожа Сорхе?
Раздались сдавленные смешки, Ве небрежно передёрнул плечами, но покрывшая его бледность ясно говорила о том, что он скорее умрёт, чем поделится с госпожой Сорхе подобными теориями.