– Убей Сороку, если не послушается твоих слов. Или птичку тебе тоже жалко? Не забывайся: это бандиты, жадные до шиллетов отморозки с улиц. Не жалей подобную погань. Один из них твою Софию не пожалел.
Вдали блестела бронзовая шляпа Фрэнсиса Эливайнна, основателя знаменитого рода и самого Дарнелла. У его ног пританцовывала ожившая фарфоровая фигурка из музыкальной шкатулки, наигрывая на дудке простую мелодию. Пышная юбка с цветочным узором покачивалась в такт, светлые локоны прикрывала шляпка. Плетёная корзина, украшенная пожелтевшими листьями и ягодами рябины, так и подначивала закинуть в неё парочку шиллетов. Вблизи Виктор с удивлением узнал в уличной музыкантше Сиршу; её нынешний образ совсем не походил на ту женщину-ласку, кусачую и опасную, к которой он успел привыкнуть. Сирша заметила их, однако довела маленькое представление до конца. Сыграв последнюю ноту, она в реверансе поклонилась своим немногочисленным слушателям.
– Где ты забыла свою шарманку с ручной обезьянкой? – Катерина небрежно похлопала, не скрывая издёвки в голосе.
– Может, они уже здесь, милая Ирма.
Обменявшись любезностями, Курьеры перешли к делу. Катерина передала Виктора на поруки Сирше, которой было приказано отвести его к Сорокам – теперь официально. Со словами: «Танцуй-танцуй, куколка, пока ножки не треснули» Катерина на прощание бросила шиллет в корзину и ушла, её силуэт тут же слился с толпой рабочих в похожих комбинезонах.
– А вы, я вижу, хорошо спелись. – Сирша подхватила корзинку и потянула Виктора за локоть в сторону лесопарка. – Пусть некогда общий цвет мундира не дурачит твою голову: Ирма не тот человек, с кем выгодно строить союзы.
– И совет этот дан, конечно же, из лучших побуждений.
– По-другому у меня и не бывает. Она пережуёт тебя и выплюнет, так и знай.
Надоело. Достало. Опротивело. Виктор словно застрял в серпентарии. Остро не хватало общения с человеком, который не имел на него никаких замысловатых планов, как когда-то было с Софией. Нет, неудачный пример. Хоть София и не думала им манипулировать, ведь он и так выполнял любое её желание, их общение нельзя было назвать равным.
Извилистая тропа вела Курьеров через парк, к разноцветным шпилям шатров «Фестиваля чудес Мугнус». Никто в цирке посетителей не ждал – цепь надёжно сковала створки ворот. Пришлось идти в обход, мимо зоны содержания животных. Клетки и вольеры пустовали, но в некоторых ещё остались звери: забавно стриженные псы, ашвайлийские обезьяны, белоснежный тигр с разбитой головой, а в самой большой и массивной клетке – устрашающий горный медведь. Животные спали и выглядели измождёнными. Виктор наделся, что спали. У одной из клеток копошился работник, размешивая в ведре с водой желтоватый порошок.
– Владик, Владик! Что произошло? Что с хвостатыми? – рабочий чуть не перевернул ведро, когда Сирша кинулась ему на шею.
– Чтоб тебя… Шкатулочка! – несмотря на ругань, циркач обнял её тонкую талию. – Что, что… как всё зверьё из города схлынуло, так у этих тоже в мозгах переклинило. Такое творилось! Выли, кричали, о прутья бились. Кто-то до смерти убился, кто-то покалечился, кого успели – опоили и спать заставили. Да только лучше зверью не становится, едва в себя придут – снова убиться пытаются.
Сирша охнула, прикрыв ладонью рот, и метнула взгляд на пустые клетки.
– Уже несколько дней прошло… они так долго не проживут.
– Не проживут, Шкатулочка, в том-то и дело. А сжалишься, выпустишь – охотники шустро перестреляют диковинную дичь, если те сами к зиме не подохнут. Другие цирки наших животных брать не хотят, боятся, что бешеные. Пока держимся на плаву за счёт продажи шкур, мяса, кто что купит. Майр подумывает уйти с этого места, начать с чистого листа…
Сирша старалась поддержать циркача добрым словом, но их ждали другие дела, о чём Виктор напомнил тихим покашливанием. На почерневшем небе уже загорались звёздные искры. Первым появилось созвездие Золотого скорпиона, символа императорской династии Аргеллов, оно сияло прямо над домиком главной Сороки. Сирша замерла у порога и оглянулась через плечо.
– Скажу без утайки, дядя-Хранитель: мы с мистером Мугнусом – старые знакомые, и благодаря именно моим усилиям держится хрупкий мир между Сороками и Курьерами. Ты понял, к чему я веду, да? Не любят Сороки Хранителей, стоило о тебе заикнуться, как мистер Мугнус взбеленился весь. Кое-как уверила, что со мной ты будешь покладистым, как голодный котик, – сказала она с хрипотцой. – Молчи, пока не спросят, и будь душкой.
– Я и есть душка.
Виктор пропустил Сиршу вперёд и поднялся за ней на второй этаж. Права была ласка, стоило показать себя максимально благожелательным. Заодно поладить бы с напарником, но… Катерина и её просьба. Что важнее: дружба с ней или с Сороками? Взвешивая все за и против, Виктор вошёл в уже знакомый кабинет. В помещении было не так накурено, как в прошлый его визит, хотя Мугнус даже сейчас не расставался с трубкой. Чёрно-белый костюм необычного покроя, придающий ему схожесть с настоящей сорокой, был небрежно расстёгнут. Полулёжа на подушках, он выглядел довольным жизнью, лишь синяки под глазами и нездоровый цвет лица могли намекнуть, что дела идут далеко не так радужно. Рядом в кресле сидела леди Удачи, она покачивала в руке бокал с вином. На её красивых губах играла слегка хмельная улыбка.
На краю стола вальяжно расселся третий гость. Невольно вспомнилось расхожее мнение «все айрхе на одно лицо» – этот тип мало чем отличался от тысячи своих собратьев: мелкий, смуглый, волосы и раскосые глаза были как углём нарисованы, а сама рожа – наглая и хитрая. Однажды Виктор видел листовки с пропагандой, актуальной для давних лет, когда маленькие дикари массово нахлынули в Тормандалл, манящий своими перспективами. Сорока этот был точь-в-точь как карикатурное, нарочито отталкивающее изображение айрхе с листовки. Только без обезьяньего хвоста, но невольно казалось, что вор спрятал его в штаны.
– Мир вашему дому, – Сирша сняла шляпку и отвесила шутливый поклон. – Не серчайте за опоздание, сами понимаете, как трудно теперь передвигаться по городу.
– Мы нашли, чем скрасить тоскливое ожидание, – Мугнус покачал в воздухе полупустой бутылкой вина. – Присоединяйся, мне есть что передать Гаруспику. Шейрт, будь добр, забери этого, – у Виктора глаз дёрнулся от того, насколько неприязненно Мугнус выделил последнее слово, – отсюда. Всё, что хотел сказать тебе в напутствие, я уже сказал, дальше поступай по своему усмотрению.
– Не беспокойся, начальник, устрою в лучшем виде, – подмигнув, айрхе спрыгнул со стола и приблизился к Виктору с протянутой рукой. – Эйнан из рода Шейрт, моё почтение.
Виктор представился и подал руку в ответ, маленькие пальцы айрхе едва смогли обхватить его ладонь. Кивком Шейрт позвал следовать за собой. Он был невероятно суетливым: то волосы взъерошит, то дёрнет ворот укороченного пальто, то бросит на Виктора прищуренный взгляд. Нервничает. Выйдя на улицу, он глубоко вдохнул чистый воздух, пахнущий хвоей, а не табачным дымом.
– Наслышан о вас, мистер Раймонд, – Шейрт вскинул голову, словно пытаясь казаться выше. – Хранитель и Курьер. Жгучее сочетание. Нехило даёт по мозгам, да?
Виктор приподнял бровь. Он догадывался, куда клонит маленький человек, но помалкивал.
– Майр предупреждал, что вы можете стать… неадекватным. Опасным. На ваше счастье, я не пальцем деланный, меня не так-то легко запугать, – Шейрт говорил дерзко, но Виктор чуял опасение, скрытое за его словами. – Однако согласитесь, мирное сотрудничество принесёт нам больше пользы.
– Я вполне себя контролирую, – процедил Виктор, – и согласен с вашими словами. Надеюсь, это также означает, что мне не придётся беспокоиться о содержимом своих карманов.
– Вы не выглядите как человек, чьи карманы могут меня заинтересовать, – весело усмехнулся Шейрт и задрал нос ещё выше. – Я, знаете ли, предпочитаю охотиться только на крупную рыбку и хорош в этом. Иначе Майр не предложил бы мне взяться за Дар Квадранты.