Но Сэмпл упрямо замотал головой.
— Потому что вы не можете тягаться со львами, вот зачем. Вы многого не понимаете, мистер Кейлер. Мне очень жаль, но я вас отсюда не выпущу.
Джини нырнул вперед, но Сэмпл нанес ему увесистый удар по голове, отчего у Кейлера сразу зазвенело в ушах. Он покачнулся, однако, устояв-таки на ногах, ловко увернулся от следующего удара, укрывшись за одним из кресел. Мужчины тяжело дышали и, напрягая мускулы, внимательно следили за каждым движением противника.
Внезапно Джини подхватил легкое кресло и швырнул его прямо в голени французу, а потом прыгнул и навалился на Сэмпла всей своей тяжестью. На какой-то миг Сэмпл обмяк, и этого мгновения с лихвой хватило Кейлеру, чтобы выпрыгнуть за дверь и скрыться в темноте.
Сэмпл отшвырнул кресло и рванулся вслед за Джини. Тот не успел и пикнуть, как француз припер его к стене в тесной буфетной.
— Вы совершили ошибку, — задыхаясь, прохрипел Сэмпл. — Вы не уйдете отсюда. Мне очень жаль, мистер Кейлер, но это так.
А потом что есть силы ударил Джини прямо в живот. Кейлер согнулся пополам от безумной боли и упал, ударившись плечом. При этом он чуть было не напоролся на собственную винтовку.
— Ну а теперь поднимайтесь, мистер Кейлер, — приказал Сэмпл. — И пожалуйста, без фокусов. А если будете шуметь, разбудите львиц.
Стоя на коленях, Джини судорожно хватал ртом воздух. Рука его вдруг нащупала винтовку. Выждав несколько секунд, он вскоре заметил, что Сэмпл слегка расслабился. Надо было действовать решительно. И как можно быстрее. Чтобы Сэмпл не успел сообразить, что происходит.
Кейлер сосредоточился. Быстро сосчитав про себя — пять, четыре, три, два, один — он сунул винтовку прямо под нос Сэмплу. И нажал на курок.
Заряд был холостой, но взрыв пороха на какое-то время ослепил и оглушил француза. Дико закричав, Сэмпл грохнулся на пол и закрыл глаза руками.
Джини с грохотом швырнул винтовку на кафель и бросился прочь из буфетной. Времени оставалось в об- рез^ и уж если львицы проснутся, ему просто несдобровать. Надо было как можно быстрее выбраться из поместья.
Кейлер подбежал к кухонной двери и, рванув ее обеими руками, очутился в большом зале. Парадная дверь была от него всего в трех шагах. Три засова, один замок — и Джини на свободе. Кейлер захлопнул кухонную дверь и кинулся дальше.
Первый засов отошел с удивительной легкостью. Второй оказался попрочнее. И вот когда Кейлер возился с ним, он услышал сзади странные звуки. Кто-то приближался, и Джини безошибочно почувствовал страшную угрозу для своей жизни. Кто-то царапал когтями по дереву.
Джини оглянулся. В нескольких ярдах находилась лестница, ведущая наверх, к витражному окну. Вот по этой-то лестнице и спускались сейчас Лори и миссис Сэмпл. Гибкие и бледные, совершенно обнаженные, на четвереньках, как и подобает настоящим человекольвам. Их золотистые волосы растрепались, а глаза сверкали холодом, совсем как у того льва, которого они видели с Лори в цирке. Обе оскалились, обнажив острые клыки.
Шаг за шагом, пригнув головы, они спускались по ступенькам, а потом, рыча и мотая косматыми гривами, потрусили по кафелю зала. Желтоватые зубы угрожающе обнажились, и Кейлер совершенно отчетливо осознал, что в этих существах не осталось ничего человеческого. И никто теперь не в состоянии остановить их.
Глава восьмая
Адреналин разрывал его жилы, и Джини, мгновенно отодвинув оба засова, повернул ключ в замке. Эти действия не ускользнули от львиц. Лори приготовилась к прыжку.
И она прыгнула, но Джини успел отскочить в сторону. Лори тяжело опустилась на пол и царапнула когтями кафель, как промахнувшаяся кошка. Джини распахнул дверь и ринулся в темноту, на ходу задев ключ и выдрав из рукава здоровенный кусок ткани.
Кейлер мчался по гравиевой дорожке. Да, так резво бегать ему не приходилось уже давно.
Он слышал, как его настигают женщины из племени убасти. До ворот было рукой подать, однако Джини прекрасно понимал, что ему не успеть. Он явно уступал львицам и в силе, и в проворности. К тому же они были рождены, чтобы убивать.
Джини работал ногами, как мог, легкие его просто разрывались от боли. Дубы по обеим сторонам аллеи мелькали, словно частокол. Свернув за угол, Джини разглядел высокие кованые ворота.
Однако через пару секунд Кейлер заметил рядом с собой бледную тень. Одна из львиц нагнала его и теперь бежала сбоку, не отставая ни на шаг. Другая настигала сзади. Дыхание львиц заглушало все посторонние звуки.
В отчаянии Джини попытался было сквозь высокую траву прорваться туда, где он впервые взбирался на ворота в поисках Лори. Если удача улыбнется ему, то Джини обнаружит и ту самую веревку, по которой совсем недавно карабкался в это проклятое поместье. Кейлер прекрасно сознавал, что еще чуть-чуть, и он не выдержит. А если веревки на стене не окажется, львицы в два счета покончат с ним. Джини метнулся в заросли вереска и, продираясь сквозь него, выбрался на лужайку. Бледная тень сопровождала его слева. Повернув голову, Джини с ужасом обнаружил, что и вторая львица настигла его. Теперь она вровень с Кейлером мчалась с другой стороны. Они гнали Джини так же, как делают это львицы в Африке, охотясь на зебр или антилоп. И пока Джини судорожно соображал, куда ему бежать, львицы хладнокровно преследовали его, руководствуясь лишь собственными инстинктами.
Джини вдруг понял, что стену ему не одолеть. Он задыхался от быстрого бега, ноги стали свинцовыми и готовы были вот-вот отказать. А лужайка, как нарочно, резко пошла вверх. Джини покачнулся и сбавил скорость, а львицы тем временем только входили во вкус погони.
И вот совсем рядом зашуршали опавшие листья. Джини инстинктивно поднял руку, закрывая лицо. Лори прыгнула на него слева, и от удара Джини повалился на усыпанную осенней листвой траву. Не рассчитав сил, Лори перекатилась через него. А Джини так и остался лежать на земле.
Он зажмурил глаза и с ужасом ожидал, когда же острые зубы вопьются в его тело. Он слышал, как тяжело и возбужденно дышит Лори, как сглатывает она набегающую слюну. Кейлер чувствовал и тяжесть ее тела. Вокруг стоял нестерпимо резкий запах зверинца.
Джини осторожно приоткрыл глаза. Лори заметила это и слегка отпрянула от Кейлера. Не сводя с него своих прекрасных кошачьих глаз, она отползла от Джини и, припав к земле, замурлыкала. Внезапно из-за деревьев вынырнула ее мать. Теперь они вдвоем уставились на свою жертву. И так они смахивали на настоящих львов, что Джини стало не по себе. Трудно было даже представить себе, что совсем недавно эти львицы имели человеческое обличье. А ведь Джини танцевал с Лори, сопровождал ее на вечеринки, они вели светские беседы и даже смеялись над чем-то. И вот теперь Лори стояла на четвереньках, в застывшем от холода ноябрьском лесу, и, оскалившись, не сводила с него звериного взгляда.
Похоже, они просто стерегли его. Джини не сразу понял это. Они и не думали убивать его. Еще бы! Ведь Джини предназначался для иной цели — его должен был разорвать лев. Жертва сыну Баста, который, кстати, с минуты на минуту должен был присоединиться к их живописной компании, чтобы совокупиться с Лори. Нет, эти львицы никогда бы не осмелились убить Джини. Ведь благодаря ему у Лори появятся все шансы доказать, что она достойна своих предков.
Джини чуточку приподнялся в траве.
— Лори, — тихонько позвал он. — Ты слышишь меня?
Лори тряхнула головой и ничего не ответила. Так лев отгоняет назойливых мух.
— Послушай, Лори, — продолжал Джини, не зная, с какого края подойти к жене. — Ты должна понять, что никогда не сможешь этого сделать. Полиция уже на полпути к вашему дому. Точно говорю. Я успел ее вызвать, и очень скоро они будут здесь. А если тебя схватят, то посадят в тюрьму, причем на долгий срок. И никаких львят у тебя не будет, Лори. Если ты сейчас же не дашь мне спокойно уйти, они запрут тебя в клетку и отберут детеныша. Но скорее всего они его утопят.
