В левое зеркало заднего вида были видны остальные машины кортежа и поднимаемая ими пыль. После небольшого моста огоньков на горизонте стало немного больше, да и поехали быстрее.

Дорога плавно поворачивала на северо-запад. Через несколько минут Виктору всё-таки пришлось полуобнять Леру и прижать её к себе, иначе угомонить её не получалось. Довольная, она прижалась к нему.

«Какая она тепленькая, сладенькая и родная», — парня накрыла романтическая сентиментальность. — «Но всё-таки изменять Анжелике не буду, неправильно это, да и Лерочке не хочу давать никаких надежд. Не говоря о том, что у меня и резинок с тобой нет».

После часа езды впереди, в свете фар, на възде-выезде из небольшого поселка Осиповка, показались несколько тракторов, которые напрочь перегородили проезжую часть.

— Вот долбоящеры — поставили прямо на въезде в деревню! Хрен их объедешь, — недовольно прокомментировал Сашка.

Начали притормаживать. Виктор с легкой тревогой смотрел в заднее зеркало и переживал, чтобы Лада, которая была за рулём прокурорского японца, не въехала им в зад.

Остановились вполне благополучно. Раздался звонок — это Лерке звонила Лада.

— Сергеев, — Сашка полуобернулся в салон, — а ну-ка выйди и разберись с этими охламонами — пусть убирают свои трактора с дороги!

— Сию минуту, господин капитан!

Раздался звук открываемой двери салона.

— Я не знаю, Лада — какие-то фермеры поставили свои трактора на дороге, — тем временем отвечала Лера по телефону. — Сейчас разберемся.

Виктор рассматривал поселок — небольшой, добротные каменные дома. Откуда-то доносились еле слышные звуки музыки.

Солдат вернулся только через пять минут и подошёл к водительской двери.

— Господин капитан, у них там какая-то гулянка и они и слышать ничего не хотят! Говорят — объезжайте! — доложил он.

— Как — по полю, что ли? Хрен бы их побрал! — рассердился Александр. — Сейчас я им устрою! — он открыл дверь и выпрыгнул из кабины.

— О, я тоже — а ну-ка вылезай, Лерок! Но никуда не ходи, ждите с Женькой здесь! — произнес нежно Виктор.

— Ага, — послушно покивала сероглазая.

Было уже довольно темно и прохладно, где-то далеко слышались громовые раскаты. Выйдя, он увидел, что прокурор тоже вышел из своей машины и идёт к нему.

— Ну что тут такое, чего стали? — слегка пьяным голосом поинтересовался Игорь, одетый в просторный спортивный бело-синий костюм стоимостью в несколько средних зарплат обычного работяги, как машинально прикинул Виктор.

— Сейчас разберемся — пойдём туда вон, — кивнул Виктор на Сашку и солдата, которые уже обогнули трактора и быстрым шагом шли в сторону звуков музыки.

Пока шли, парень вспомнил, что проездом частенько бывал здесь — поселок на две дюжины домов, фермерское хозяйство с одним из самых старых в области свинарников и большим грушевым садом.

Виктор с интересом вдыхал запах — пахло травой, навозом и шашлычным дымом. Гулянка была в пятом от въезда в поселок доме — там разрывался баян, гомонели, кто-то выкрикивал разные здравицы и тосты.

— Или пейте рюмку, или уматывайте отсюда! — Виктор услышал возбужденно-нервные голоса, пока они с Игорем подходили к Сашке и солдату.

Довольно большие ворота двухэтажного дома были открыты настежь — подойдя, Виктор увидел накрытый среди хорошо освещённого, просторного двора стол и десятка четыре людей. Они плясали, гудели, выпивали...

Сашка препирался с каким-то человеком лет сорока сомнительной наружности, довольно уже бухим.

— Пусть кто-нибудь уберёт четыре ваших трактора с дороги и даст нам проехать, потом гуляйте дальше, — говорил старший этому типу, пытаясь перекричать звуки баяна и гитары.

— Что? Вы это, кто такие? Пейте штрафную! — пьяно отвечал ему тип.

— А что это тут за веселье такое? — спросил Игорь, когда они подошли.

— И-ык! Празднуем окончания посевной, день рождения моего братца двоюродного и заодно приезд сына самого префекта. Три праздника в одном, ы-ыык! Вы это, друзья Ивана, да? Видно, что городские! — человек сфокусировал взгляд на Сашке. — Пейте штрафную, раз опоздали!

Тот переглянулся с Игорем.

— Так, уважаемый, зови давай хозяина дома, — велел он.

Баян тем временем отыграл, вызвав восторженные вопли танцующих и свист. Где-то рядом залаяла псина.

— Народ, тут какие-то Ванькины друзья штрафную за его здоровье пить не хотят! — полуразвернулся мужик к столу и довольно громко выкрикнул пьяным голосом.

— Что-о? Как это? — раздались удивленные выкрики, несколько мужчин и женщин крестьянской наружности направились к ним.

Виктор приблизился к Сашке, поскольку ситуация была более чем очевидная.

— Ой, люди, а я узнала этого мальчика — это он два года назад поджёг стога на полях в соседнем селе, когда праздновали уборку урожая! — весьма для Виктора неожиданно ткнула в него пальцем какая-то тётка в кокошнике.

Парень ощутил, что краснеет — такой факт он припоминал в своей биографии, в общем-то.

— Ах ты паршивец! Что это за друзья такие у Ивана? — начала возбуждаться толпа.

— А ну спокойно! Быстро сюда хозяина дома! — потребовал раздраженный Александр.

— А что это ты тут раскомандовался, гусь городской? — какой-то мужик из крестьян ткнул его в грудь.

Сашка терпеть не стал и зарядил ему чётким, резким и аккуратным ударом в ухо — мужик пошатнулся и упал на стоящих сзади. Его подхватили.

Начался ор, уже несколько человек хотели было на них наброситься, однако раздался выстрел из ружья откуда-то со стороны входа в дом.

— А ну все успокоились! Это свои! — крикнул голос.

— Кондратьич, наших бьют франты городские, — раздались возмущённые вопли.

Этот самый Кондратьич с ещё дымящимся ружьём, дедок примерно лет семидесяти, и мордатый брюнет лет тридцати довольно бодро подбежали к ним.

— Ваня, это твои гости? — загомонела толпа.

— Мои, да, всё нормально! — как показалось Виктору, очень нервно крикнул мордатый.

— Ловите гада — это он сжёг наши стога, — снова заорала тётка, крестьянка лет около пятидесяти.

— Поди прочь, дура! — цыкнул на неё дедок.

— А что это тут происходит, господин помощник районного прокурора? — грозно поинтересовался Игорь.

— Прошу простить, господин областной прокурор, — побледнел мордатый, — празднуем мой день рождения и приезд сына префекта. Вернулся недавно домой, говорят!

— Штрафную им наливайте или в морду дадим! Не позволим нарушать законы гостеприимства! — раздались крики.

Баянист заиграл какую-то отвязно-веселую мелодию.

— Вот же он — сын префекта! — громко, хорошо поставленным голосом крикнул Игорь и показал на Виктора.

На миг воцарилась немая сцена, потом толпа буквально в изумлении выдохнула.

— Благодетели наши! Водки им скорее налейте, — заорал кто-то.

Виктор услышал сзади топот и на миг обернулся — это как раз прибежала Лада и трое солдат, а также Сёма с Олегом.

— Что происходит? — крикнула она.

— Нормально всё, — успокаивающе поднял ладонь Игорь.

Толпа тем временем начала что-то орать, двинулась к Виктору и попыталась подхватить его на руки. Поскольку он стоял в стойке, готовый к драке, им это не сразу удалось. Его потащили к крыльцу.

«Ну пиздец, вот это попал», — проносились мысли, взгляд упал на Ладу и остальных.

В общем, весь этот карнавал продлился добрых минут пятнадцать, пока Виктора перестали лапать и подкидывать вверх. После этого им поднесли по чарке грушевой наливки и только что снятого с огня шашлыка. Игорь отказываться не стал, Сашка тоже махнул рукой и расслабился. Толпа разошлась обратно танцевать, с любопытством поглядывая на высоких гостей.

— Ну, Чайкин, считай мой тебе подарок на день рождения — выговора не сделаю за то, что трактора бросаете на проезжей части и создаёте аварийную ситуацию! — подняв палец, заявил Игорь, закусив настойку.

— Виноват, господин областной прокурор!

— Ладно, убирайте их, нам ехать надо.

— Может, останетесь? — спросил дедок, Кондратьич, отдав распоряжение одному из молодых парней.