Литмир - Электронная Библиотека

Тут он прав. Если я, по его же словам (да и по словам Любы) за время годичного отсутствия набрал десять лет, аж до искажения ауры — подобные «элементарные методы» скорее всего не сработают.

Значит, нужны не элементарные. То есть — тот же Каращук. Может, и в Гидрострое кто похожий есть, но Богданыч явно что-то уже знает… или догадывается. Конечно, класть голову в пасть безопасникам — может оказаться себе дороже, но разобраться в этих «провалах в памяти» однозначно надо. А то, может, через год ещё десять лет наберу — так и на кладбище скоро пора будет, а этого не хочу точно.

Есть и ещё вариант. Юрка.

Опытный, изворотливый, знает много, якшался с колдунами, пусть и не совсем удачно — значит, ко многим у него должны быть подходы. Надо сходиться с Юркой, надо — мне это полезно в первую очередь.

В общем, решено — Юрка. Начать надо с него.

— Понял меня, Андреев? — прервал мои мысли майор. — Давай отдыхай, получи ответ, загляни ко мне потом. Завтра рынок, ты вечером свободен, как я понимаю? Можно встретиться, поболтать… не так официально.

Он встал, протянул мне руку — просто и открыто протянул, кстати, впервые за мой визит. Я пожал крепкую ладонь и, благодарно кивнув, вышел.

Ответ в мэрии, как ни странно, был уже готов — хоть и не скажу, что сильно актуален. Алексеев Андреевых в картотеке Гидростроя оказалось семь, из них подходящих по возрасту — трое. Впрочем, перебирая карточки, я сразу опознал того, кто мне нужен — с учётом уже услышанного от Тихонова. Работает в силах безопасности, живёт на улице Молодёжи… а вот, тут и адрес есть — майор-то мне его не назвал, только улицу упомянул.

Расписавшись за справку всё той же перьевой ручкой, я вышел в коридор. Вот, кстати, и ответ, откуда я умею пользоваться пером — в стакане на столе у Тихонова стояла такая же, скорее всего, и во всей милиции такие — то есть, я писал перьевой ручкой минимум три года. Натаскался…

Подойдя к не особо чистому окну, я перечитал справку. Отчество не указано, как и у меня сейчас — то есть, для найдёныша не заморачивались. Выходит, я уже дважды никто и ниоткуда. Почему я минимум два раза терял память?

И, что более важно — почему я за три (три, чёрт побери) года не оброс знакомствами?

Ну, впрочем, это не дважды два, но логично — жизнь тут опасная, строить долговременные отношения решит не каждый. Причём что в области друзей, что в области семьи — хотя семей, да и детей по городу немало. Город живёт, несмотря на все сложности. Скорее всего, так и жил бирюком, как сейчас.

В общем, дорогой мой, если не хочешь опять потерять себя — надо менять образ жизни. Юрка, Юрка… Да, и он тоже.

Интересно, с какими женщинами я встречался? Может, по проституткам ходил, раз не имел постоянной подруги? В Вокзальном, к примеру, борделя нет. А в Гидрострое, интересно, есть?

Ну не спрашивать же. Хотя, о подобном наверняка можно будет узнать на завтрашнем рынке.

Зайти к Тихонову, рассказать о полученном ответе? Особого смысла нет, ответ мне ничего нового по сути не дал. Если встречаться с майором — то лучше после работы, как он и предлагал, неофициально. Или… или не встречаться?

Всё ли рассказал мне Тихонов? Все ли карты выложил на стол? Может ли он играть в какую-то свою игру?

Да может, почему нет — и тут нет ни капли паранойи. Не помню, кто он — начальник или зам, но явно не ниже должностью, а значит, должен быть неплохим стратегом. Особенно на фоне ряда неприятностей, которые майор вскользь упомянул. В общем, как бы радушно он меня не встретил — расслабляться не стоит.

Эх, как же хреново без воспоминаний!

Ну что — может, наведаться в «свою» квартиру? Она служебная — значит, живёт там скорее всего «коллега». Не факт, что он дома — сегодня рабочий день, но может же и работать в смену. Проверить стоит — глядишь, какая-то частичка мозаики в обнулённом мозгу сложится.

Я вышел на улицу, свернул на Молодёжи — она начиналась прямо здесь, за мэрией. Миновал квартал обшарпанных «сталинок» — скорее всего, элитное жильё для местной верхушки, за ними по обеим сторонам улицы потянулись серые однотипные хрущёвки. Уже третья по правую руку оказалась той, что нужна мне — стояла аккурат на углу с Ломоносова. Ну отлично, значит, и эконом-гостиница, про которую говорили парни из «копейки», недалеко…

Кстати. Тихонов сказал, что я работал в эконом-гостинице. Не в той ли самой? Сильно сомневаюсь, что тут их две. Вот и ещё один повод зайти туда.

Квартира оказалась угловой, на втором этаже. Дверь — обычная деревянная, обитая дерматином, скорее всего та, что стоит в этой квартире с момента постройки дома. Звонок не работал, на стук никто не вышел. Ну да, рабочий день…

Я ещё раз осмотрел подъезд. Нет, ничего в памяти не шевелится. Если я и жил здесь — забыл всё начисто. А может, дома типовые — я же твёрдо знаю, что такими хрущёвками пол-страны застроено.

Кстати — именно «страны». А это значит…

Это значит, что я всё же из «провалившихся». Потому что тут «страны» как таковой нет с 1983 года, после ядерной войны, разрезавшей мир на изолированные участки и открывшей пробои, что наводнили его тварями из других миров.

Настроение улучшилось. Хм, ну, выходит, толк от визита сюда всё же есть, хоть и несколько неожиданный. Получается, я бывал в других городах!

Так. А ведь название этих типовых домов тоже не с потолка взялось, хоть и используется в разговоре сплошь и рядом. Именно — их так называют по периоду постройки. Точнее, по тогдашним правителям страны… и их я тоже знаю, даже внешность могу представить.

В мозгу словно щёлкнуло. «Ворошиловский стрелок» — тоже оттуда. Это был какой-то военачальник… до войны. Не до этой войны, а до другой, намного раньше.

Так, работай, мозг, работай! Давай-ка в гостиницу — глядишь, ещё толчок будет.

Прикинув направление, указанное мне на площади, я пересёк улицу Молодёжи и пошёл по Ломоносова. Опять хрущёвки — ну их. Магазинчик на углу. Вон те дома чуть новее, у них названий уже нет. Детский садик — причём работающий, вон малыши за оградой топчутся под присмотром воспитательницы. А вот и гостиница. Помню её. Помню, зараза!

Машинально ускорив шаг, я пронёсся вдоль здания, сильно похожего на бывшую общагу. Так… Вон дом напротив — шевелитесь, мысли! Не в нём ли были те кражи, которые я раскрыл? Вполне возможно. И даже уже понятно, как — вот это явно окно вахтёра, оно как раз на дом выходит. Значит, я, сидя на вахте, просто что-то увидел и сделал выводы…

Вошёл. Закуток вахтёра — знакомо, знакомо! Вот он, нужный импульс — места, что зацепились в памяти «в прошлой жизни». За загородкой сидит коротко стриженый, накачанный парень, рядом с ним почти демонстративно лежит обрез двустволки — ну надо же… Мозг автоматически подсказал — когда я тут работал, оружием вахтёры не пользовались, народ тут тихий, ну разве что напьётся кто, тем более — рынок рядом.

Точно. Рядом по субботам собирается рынок. Как раз на том поле, в которое упирается торцом гостиница. Бывал я на нём, и бывал не раз.

— Чё лыбишься-то, дед? — неприязненно спросил качок. — Надо что, говори, нет — проваливай.

Рука его легла на рукоять обреза, и до меня дошло, что улыбаюсь я во весь рот — пошли воспоминания! Даже не обидевшись на «деда», стёр улыбку с лица, что удалось не сразу:

— Давно тут не был, знакомые места увидел… Номерок свободный найдётся? Хорошо б недорогой.

Стриженый хмыкнул, снял с гвоздя деревянную «грушу» с ключом и выжженным номером, повернул ко мне журнал регистрации:

— Деньги сразу.

Расплатившись и забрав ключ, я не выдержал и поинтересовался:

— А чего с оружием-то? Вроде раньше вахтёры так дежурили.

— Мертвяк по осени залез, вахтёра убил, — пояснил качок. — Теперь мы — только со стволами.

Вот тебе и на. Мало что помню, но уверен: о живых мертвяках не слышал ни разу. Точно же, и майор упоминал о чём-то похожем…

…Тихонов подошёл к окну, чуть отодвинул занавеску. Да, вон идёт Лёха — точно он, походка его. Надо же, какое интересное событие… не ждали, что называется.

13
{"b":"827785","o":1}