– Хочу. Очень.

Мёрфи нахмурилась и кивнула.

А потом с размаху врезала ей рукоятью пистолета по зубам.

– Да-а-а! – не выдержал я и потряс в воздухе сжатым кулаком.

Вампирша коротко ошеломленно охнула, отшатнулась и, упав со стула на колени, сделала попытку отползти подальше от Мёрфи.

Мёрфи не дала ей такой возможности. Она ухватила Фелицию за волосы, рывком вздернула на ноги, а потом, вскрикнув от напряжения, сунула ее лицом в журнальный столик. Разбив по дороге чашку и блюдце, Фелиция врезалась в дубовую столешницу с такой силой, что по той пробежала трещина.

Мёрфи повторила эту процедуру еще дважды и лишь после этого повернулась и потащила Фелицию за волосы к двери. Там она швырнула ее на пол и направила пистолет ей в затылок.

– А теперь слушайте, что произойдет, – тихим, но не оставляющим сомнений голосом произнесла Мёрфи. – Вы выйдете отсюда живой. Вы будете держать свой чертов рот на замке. И мы никогда больше не станем возвращаться к сегодняшнему разговору. Если Белая Коллегия даже краем глаза начнет коситься в сторону мечей, я до вас доберусь, Фелиция. Что бы ни случилось со мной в конце концов, но, прежде чем доберутся до меня, я доберусь до вас.

Фелиция повернула к ней лицо. Она явно еще пребывала в потрясении. Мёрфи сломала ей нос и выбила по меньшей мере два зуба. Одна скула уже заплыла и потемнела. Все лицо покрылось порезами от разбитой чашки и ожогами от кипятка.

Мёрфи нагнулась еще ниже и приставила ствол пистолета Фелиции ко лбу.

– Бах, – прошептала она очень тихо.

Вампирша вздрогнула.

– Поступайте, как считаете нужным, Фелиция, – прошептала Мёрфи. Потом медленно выпрямилась и вернулась на свое место. – А теперь, – произнесла она громким, спокойным голосом, – убирайтесь вон из моего дома.

Фелиция, шатаясь, поднялась на ноги, открыла дверь и заковыляла к белому лимузину, стоявшему на улице перед домом. Мёрфи подошла к окну и дождалась, пока та сядет в машину и уедет прочь.

– Ага, – промолвил я невозмутимо. – У этой блондиночки хранятся два из них.

– Боже правый! – с уважением в голосе проговорил сэр Стюарт. – Теперь я понимаю, почему за помощью вы обратились именно к ней.

– Чертовски верно, – согласился я. – А сейчас давайте-ка позовем Морти. Пока она в хорошем настроении.

Я дождался Морти и сэра Стюарта на крыльце. Ночь, судя по всему, выдалась холодной. Морти стоял, съежившись под порывами ветра, сунув руки в карманы пальто. Взгляд его нервно метался из стороны в сторону. Он дрожал.

– Нажмите на звонок, – сказал я. – И возможно, это всего лишь мое личное мнение, но на вашем месте я бы держал руки на виду.

– Спасибо, – без особого энтузиазма отозвался Морти, нажимая на дверной звонок. – Я еще не говорил вам, Дрезден, сколько света и радости вы приносите с собой в мой мир всякий раз, как в него вторгаетесь?

– Всего-то день работы, если вы порождение легенд Вселенной, – заметил я.

– Имейте в виду, – вмешался сэр Стюарт, – что справа и слева от нас находятся волки.

Я оглянулся. Он говорил правду. Один волк, тот, что массивнее, отличался темным мехом, второй, что помельче, – бурым. Они сидели в тени, застывшие, как изваяния, так что заметить их мог только наметанный глаз. Оба напряженно следили за крыльцом.

– Уилл и Марси, – сказал я. – Хорошо смотрятся.

– Опасные хищники, – ответил Морти сквозь зубы.

– Капитан, подтянитесь! Они не причинят вам вреда, и вы это прекрасно знаете.

Морти еще успел одарить меня недобрым взглядом, а потом Мёрфи открыла дверь.

– Мисс Мёрфи, – поклонился ей Морти.

– Линдквист, если не ошибаюсь? – спросила Мёрфи. – Медиум?

– Совершенно верно.

– Что вам надо?

– Сзади, – вполголоса произнес сэр Стюарт.

Я оглянулся. Улицу по направлению к дому пересекала стройная мужская фигура в тяжелой зимней одежде. Рядом с ней шел третий волк, с мехом рыжеватого оттенка.

– Я здесь для того, чтобы говорить от имени одного вашего знакомого, – сказал Морти.

Глаза у Мёрфи превратились в две обжигающе холодные ледышки.

– Кого?

– Гарри Дрездена, – ответил Морти.

Мёрфи стиснула правую руку в кулак. Слышно было, как хрустнули суставы.

Морти поперхнулся и отступил на полшага назад.

– Послушайте, мне самому меньше всего хотелось оказаться здесь, – взмолился он, поднимая руки и демонстрируя ей пустые ладони. – Но вы ведь его знаете. Его тень не менее настырна, чем сам Дрезден был при жизни.

– Вы чертов лжец! – рявкнула Мёрфи. – Вы известный мошенник. И вы играете с огнем.

Морти долгое мгновение молча смотрел на нее, потом поморщился:

– Вы… вы верили, что он все еще жив?

– Он жив, – ответила Мёрфи, упрямо выпятив подбородок. – Тела так и не нашли.

Морти опустил глаза, обиженно поджал губы и провел рукой по лысине, размазав по ней несколько снежинок. Потом сделал глубокий вдох и попробовал еще раз:

– Мне очень жаль. Жаль, что все так сложно.

– Ничего сложного, – возразила Мёрфи. – Просто раздражает. Потому что он еще жив.

Морти повернулся ко мне и развел руками:

– Она все еще не верит. Послушайте, здесь я вряд ли смогу что-нибудь сделать. Я и так старался как мог. Ей нужно время.

– Нет, – мотнул я головой. – Нам необходимо заставить ее понять. Сегодня.

Морти помассировал переносицу:

– Что-то незаметно, Дрезден, чтобы вы повзрослели.

Мёрфи продолжала буравить Морти своим полицейским взглядом – интенсивности в нем ничуть не убавилось.

– Все это не становится ни правдоподобнее, ни увлекательнее, Линдквист. Мне кажется, вам лучше уйти.

Морти кивнул, еще раз подняв руки в знак капитуляции:

– Я понимаю. Все, ухожу. Прошу вас, поверьте, я просто хотел помочь.

– Стойте! – рявкнул я. – Наверняка есть что-то такое, что вы могли бы ей сказать.

Морти покосился на меня, в третий раз беспомощно поднял руки и двинулся к машине.

Я стиснул зубы… От Мёрфи меня отделяло меньше фута. Как, черт подери, мне убедить ее, что это правда я?

«Заставив Морти рассказать о чем-то, что известно лишь тебе одному, тупица!» – обругал я себя. И окликнул:

– Морти!

Он задержался на полпути и оглянулся на меня.

– Спросите у нее вот что, – попросил я и выпалил вопрос.

Морти вздохнул. Потом повернулся к Мёрфи.

– Прежде чем я уйду, – сказал он, – Дрезден хочет, чтобы я спросил у вас, нашли ли вы того в меру привлекательного и физически здорового мужчину?

Мёрфи не пошевелилась. Лицо ее побелело. С минуту она молчала.

– Что вы сказали? – прошептала она наконец.

Я подсказал Морти.

– Дрезден хочет, чтобы я сказал вам, что он не собирался предпринимать ничего такого… драматичного. Просто так все сложилось.

Волки и человек в тяжелой куртке подступили ближе, прислушиваясь. Мёрфи несколько раз сжала и разжала кулак.

– Сколько вампиров, – спросила она, – пришлось убить мне и агенту Уайту, чтобы спастись из офиса ФБР в прошлом году?

На меня накатила волна безумного восторга. Вот она, настоящая Мёрфи, – всегда мыслит логически.

Я продиктовал Морти ответ.

– Он говорит, что не знает, кто такой агент Уайт, но вы с Тилли убрали одного на лестнице. – Морти склонил голову набок, слушая меня, потом продолжил: – И еще ему интересно, считаете ли вы, что принять меч Веры будет означать… карьерное понижение?

Теперь с лица Мёрфи исчезли последние кровинки. Я буквально видел, как разом ввалились ее глаза, а лицо устало осунулось. Она прислонилась к дверному косяку, прижав руку к животу, словно ее ранили.

– Мисс Мёрфи, – мягко произнес Морти, – мне ужасно жаль являться к вам с такой новостью. Но тень Дрездена утверждает, что ему необходимо поговорить с вами. Что от этого зависят жизни людей.

– Угу, – перехваченным голосом отозвалась Мёрфи. – Это новость. – Она подняла взгляд на Морти. – Поклянитесь кровью.

Такая проверка – обычное дело для тех, кому случается иметь дело со сверхъестественным, но кто при этом сам лишен сверхъестественных способностей. На свете полно разных тварей, которые, будучи нелюдями, пытаются казаться людьми, – однако таких, у кого кровь при этом выглядит настоящей, очень и очень мало. Не самая идеальная проверка, но намного лучше, чем ничего.