– Не смей забирать мою силу! – Мерена попыталась вырваться из рук Исключительной, но она была обездвижена.

– Эта сила не принадлежит тебе.

– Я Равновесие – это моя сила. Ты не имеешь права отнимать её у меня.

– Отныне, – Исключительная обратилась к присутствующим, – никто не будет враждовать. Тёмная Мерена больше не причинит вам вреда. А вы… – Элис посмотрела на Маэсу, – …должны помнить, кто внутри неё. Убьёте тёмное начало – погибнет и светлое.

– Ты ведь можешь вернуть Селену, почему не возвращаешь её? – спросил Дэвид.

– Потому что каждый из вас испытывает к ней определённые чувства, которые будут отвлекать вас, – объяснила Исключительная.

– Это не честно, моя принцесса ни в чём не виновата. Эта ведьма, закрыла её внутри себя уже много веков. Элис, дорогая моя, освободи Селену, вытащи её из темницы, – умоляла Маэса, схватив Исключительную за руки. Такой жест озадачил Исключительную, она почувствовала новые эмоции: дружеские.

– Сестра, Маэса права: девушку нужно освободить. Она слишком долго страдала, – поддерживал Дэвид Маэсу.

– Нет, ещё не время. Вскоре, я перевоплощу Равновесие и не будет больше Мерены и Селены, они будут едины.

– Что это значит? Как мы можем стать едины с этой простушкой? – возмутилась Мерена.

– Тебе лучше помалкивать, иначе, я погружу тебя в сон, до часа икс.

Мерена, с нарастающем страхом в глазах, посмотрела на Исключительную.

– А ты это можешь? – «ухватившись» за её слова, спросил Саймон.

– Могу.

– Так заставь её спать.

– Нет.

Исключительная развернулась и пошла к двери, изумив всех.

– Элис, куда это ты? – насторожился Дэвид.

– Здесь слишком громко, мне нужна тишина.

– Ты никуда не пойдёшь. Всех нас собрала вместе, а сама хочешь исчезнуть? – больше всех возмущалась Мерена и на это были причины. Исключительная её защитник, неизвестно, что у них на уме, на что способен старик.

– Я не исчезаю, я отправляюсь в тишину. Мне нужно собраться с мыслями, я должна окунуться в высший разум.

– Элис, и куда ты пойдёшь? Отправишься в другой мир? – поинтересовался Пассифей.

– Я думала об этом, но на этих горах, я найду тот покой, что нужен мне.

– Ты серьёзно, сестра, отправишься в горы? Они слишком высокие. А если с тобой что-то случится? – беспокоился Дэвид.

– Человек, ты забыл, кто я? Эти горы не опасны для меня.

– Но зачем идти так далеко? У Пассифея есть ещё комнаты, уединись в них, – настаивал Дэвид.

– Они не заглушать ваши голоса и мысли, – ответила Исключительная.

– Мысли? Ты умеешь читать мысли? – удивился Дэвид.

– Конечно.

Этот факт озадачил каждого, ведь в их головах с появлением этого существа, было миллион разных мыслей, и ужасных, и отвратительных, и раскрывающих тайну, как например у Варро, который постоянно думал об Элис, верней сказать, пылал к ней чувствами.

Исключительная открыла дверь, к ней подошёл Арриан. – Я иду с тобой. Я буду защищать тебя

Исключительная обернулась. – Ты останешься здесь.

– Я не хочу отпускать тебя одну, – заявил ангел.

– Ты отпустишь. Ты слишком сильные эмоции вызываешь у прежнего сознания. Твои эмоции меня больше всего путают. Ты останешься здесь. – Исключительная посмотрела на Габриэля. – Ты должен поговорить со своим наставником.

Арриан тоже посмотрел на падшего архангела, который очень странно на него смотрел: его глаза излучали отцовскую любовь и заботу. В отличии от других архангелов, каких Арриану представилось узреть на Кшатрии, были настроены к нему недружелюбно, но этот архангел был другим: он переживал за него; его огорчало такое состояние ангела. Наверное, в прошлом, у них были родственные связи; наверное, они были близки. Вот только Арриан не помнит ни Габриэля, ни прежнюю жизнь, и он не особо желает говорить с архангелом: не хотел, чтобы тот, как и Элис, всполошил его душу и вызвал эмоции, приносящие боль. Он не может справиться с тем, что испытывает к Элис, а новые эмоции и воспоминания, могут сломать его. Да и как ему признаться в своих грехах? Как сознаться в убийстве ангела? Для Арриана сейчас лучше пойти с Элис.

– Я не стану тебе мешать, я буду недалеко от тебя.

– Ангел, ты должен остаться здесь. Вскоре, твои страдания закончатся, ты вспомнишь прошлую жизнь.

– Если я вспомню, то мои страдания усилятся.

– Ты прав: ты будешь страдать от своих деяниях, но ты вспомнишь, кто ты и кто все те, кто окружают тебя.

– И кто ты, – Арриан дотронулся до её руки.

Исключительная посмотрела на руку ангела. – Её уже нет. – Она убрала свою руку и вышла за дверь.

– Я хочу, чтобы вы рассказали мне всё, что с вами произошло на Кшатрии, – сказал старик.

– Вы знаете, я, пожалуй, соглашусь со смертным: нам сейчас нужно держаться на расстоянии, – начала Мерена, мечтавшая улизнуть от них.

– Ты никуда не выйдешь из этого дома! – грозно осёк её Дэвид.

– Тише, смертный, успокойся, я не собираюсь выходить из этого дома, я удалюсь в другую комнату.

Мерена посмотрела на Пассифея.

– В конце коридора есть комната, я ей не пользуюсь, можешь обосноваться там, – сказал Пассифей.

– Отлично.

Мерена ушла. Присутствующие коса посмотрели на Варро, желая, чтобы тот тоже удалился.

– Я не уверена, что смогу долго сдерживать себя в руках: мне так хочется расправиться с этой ведьмой, – сказала Маэса, сжав кулаки.

– Сейчас не время. Ты слышала Элис: убив её, мы убьём и Селену, – напомнил Древней Дэвид.

– Элис ли? – усмехнулся Саймон. – Это уже не Элис.

– Элис всё ещё внутри… – Дэвид не хотел даже слышать о гибели своей сестры.

– Это и есть Элис, – заговорил Варро. – Исключительная и есть Элис. Сознание Исключительной спало, а, пробудившись, заблокировало ту часть сознания, что бодрствовало, а вместе с ним и воспоминания. Но Исключительная не полностью трансформировалась, поэтому, грань между ними хрупка. Сознание и воспоминания той Элис, что нам знакома, проблёскивают.

– Нет, я уверен, они две разные личности, как Равновесие, – воспринимать слова демона было сложно для Дэвида.

– Хм, глупцы! – усмехнулся демон.

– Глупцы? А тебе откуда это знать? – с явным пренебрежением к демону, спросила Маэса.

– Из всех вас, я больше знаю об Исключительном, – ответил демон.

– И что же ты знаешь? – спросил Пассифей.

– Эти существа одни из самых древних в нашей Вселенной. Если Равновесие – это Оружие Бога, то Исключительный – Оружие Абсолюта.

– Что ещё за «Абсолют»? – удивился Дэвид.

– «Начало», он и есть Вселенная, он тот, кто создал Бога.

– Выходит, он главнее Бога? – поражался Дэвид словам демона, не веря в их правдивость.

– Он и есть Бог, – разъяснил Пассифей.

– Ничего не понимаю.

– Бог – это его воплощение, одно из.

– Ладно, для меня это тёмный лес. Рассказывай дальше про этих Исключительных, – обратился Дэвид к Варро.

– Одни из первых существ, которых создал Бог – были левиафаны. Примитивные создания. Габриэль вам о них может много поведать, они очень хорошо знакомы ангелам и архангелам, – продолжал свой рассказ Варро.

– Демон говорит правду: они одни из самых древних существ. Не понимаю, как они связаны с этой историей? – подтвердил Габриэль.

– Напрямую, Габриэль. После, Бог создал архангелов и ангелов, наделив их умом, разумом и своим неким подобием. Богу так понравились новые создания, что всё своё время Он уделял им. Левиафаны приревновали к Отцу Его новых детей. Они возненавидели их, именно тогда в них зародились мысли о расправе над ними. Они захотели уничтожить их и снова занять главное место возле Отца. Левиафаны взбунтовались, они напали на ангелов и архангелов, устроив вокруг хаос… Габриэль, я всё правильно говорю?

– Правильно, демон.

– Может ты продолжишь эту историю?

– Здесь нечего продолжать. Эти монстры уничтожили огромное количество ангелов и архангелов, Бог не мог оставить это безнаказанным: Он упрятал их в мире под названием Малака. Он поставил гигантские врата и запечатал их.