— Да, потому что тогда Бьянка наконец успокоится и перестанет ему вредить! — выкрикнул Даниэль. Проходящая мимо медсестра недовольно шикнула. — Ну вы ведь сами видите, что происходит! Почему позволяете ему рисковать собой ради других?
— Потому что сама рискнула бы ради него всем. И все, кто его окружает, тоже. Даниэль, — Чилли смягчила тон и сжала его плечо, — я долго не понимала этого. Пыталась оградить его, защитить, отговаривала от заведомо опасных решений. Но это не выход. Он не может сидеть в своей раковине, как моллюск, игнорируя всех, кто снаружи. Не такой он человек. И я не прощу тебя, если ты отдашь «Гандикап» Бьянке после всего, что с ним произошло.
— Но почему он не отплатит Бьянке той же монетой? Я же видел, он может… — Даниэль прикусил язык.
Чилли притянула его к себе и обняла.
— Господин Амадео вовсе не такой кровожадный маньяк, каким ты его себе представил, — сказала она, поглаживая юношу по спине. — Иногда ему приходится выходить за рамки, но не думай, что ему это нравится.
Даниэль густо покраснел.
— Я вовсе не…
— Использовать против Бьянки ее же методы — это последнее, что он станет делать. И только в том случае, если та додумается навредить его семье или вам.
— И нам?.. Мы тоже семья? — Даниэль начал было расплываться в улыбке, но тут же спохватился. — Но с Бьянки станется! Сегодняшнее происшествие тому подтверждение! Почему он ждет, пока она дойдет до ручки?
— Не думай, что он ничего не предпринимает. В силу определенных обстоятельств он не может посвятить тебя или даже меня в некоторые детали, но он никогда не станет бездействовать в такой ситуации. Его задача — защитить тебя от Бьянки. А твоя, моя и всех нас — не дать ему упасть в пропасть, куда он то и дело норовит сорваться. Понимаешь?
Даниэль задумался. Он снова вспомнил льющуюся на полотенце воду, вспомнил дергающегося в конвульсиях пленника… И внезапно представил на его месте Бьянку. Хотел ли он такого для сестры, пусть и той еще заразы? Хотел ли он такого для кого-нибудь вообще?
— Понимаю, — выдавил он. — Мне тоже не хочется, чтобы мсье Амадео стал монстром.
— Ты молодец. — Чилли улыбнулась и взъерошила ему волосы. Затем отстранилась и нахмурилась. — Бьянке не помешало бы уехать куда-нибудь в Новую Зеландию. И прямо сейчас.
Даниэль обернулся. К ним направлялся Ксавьер Санторо.
— Где? — без приветствий отрезал он.
Чилли указала на дверь палаты.
— Он без сознания, но его жизнь вне опасности…
Но Ксавьер ее уже не слышал. Он зашел в палату и закрыл за собой дверь. Йохан, бледный, как полотно, прилип к стеклу, пытаясь рассмотреть, что там происходит.
— Не волнуйся. — Чилли улыбнулась телохранителю. — Не убьет он его.
— Знаю. — Йохан плюхнулся на стул и закрыл лицо руками. — Скорей себя убьет, чем его, но всю дорогу сюда грозился запереть его в сундуке с кошками.
Даниэль шумно сглотнул.
Ксавьер молча стоял у кровати и таращился на принца, будто собирался испепелить его до угольков. Но гнев его был направлен вовсе не на Амадео. Принц казался таким хрупким в этой огромной больничной палате, опутанный трубками, с этой чертовой маской на лице… В памяти оживал кошмар трехлетней давности, когда целую неделю Амадео балансировал на грани жизни и смерти, а перед этим пять минут был мертв. Тогда весь мир провалился в черную бездну, и сам Ксавьер перестал существовать на целую вечность, пока сердце принца не забилось вновь.
Нет, он не мог пережить это снова.
— Как тебе удается? — прошептал он, сморгнув непрошеную слезу. — Как тебе удается все время находить самый узкий канат и бежать по нему галопом, рискуя свернуть себе шею?
— …страховочный трос…
Ксавьер наклонился к принцу, думая, что ему послышалось. Но нет, Амадео пришел в себя и смотрел на него едва открытыми глазами.
— О каком чертовом страховочном тросе ты говоришь? — процедил Ксавьер сквозь стиснутые зубы. — Шутить вздумал? Я снова едва тебя не потерял, а ты решил продемонстрировать мне свое чувство юмора?
Амадео слабо улыбнулся.
— Ты — мой страховочный трос, — произнес он уже отчетливей, хотя голос из-за маски звучал глухо.
Ксавьер шумно выдохнул и, опершись ладонями о кровать, низко опустил голову, чтобы Амадео не увидел подозрительно блестящие глаза.
— Проще самому тебя убить, чем каждый раз переживать, — проворчал он. — Не снимай маску и не говори, я спрошу врача, можно ли.
Он поспешил выйти из палаты. Бросив Чилли, что ее босс очнулся, он быстрым шагом направился к выходу, едва не сбив с ног Даниэля.
Бьянка вернулась домой в превосходном настроении. Все прошло даже лучше, чем она ожидала — подумать только, насколько сильной оказалась у Солитарио реакция! Всего парочка кошачьих волос, брошенных в бокал (Бьянке бы стать иллюзионисткой или великой карманницей с такой ловкостью рук!) привела к потрясающему результату. Солитарио едва не отбросил коньки на глазах у сотен гостей, и если бы не подоспела его рыжая бестия, все там бы и закончилось. И Бьянку никто ни в чем не смог бы обвинить — откуда ей знать, что произошло? Ах, кошка? Простите, я не знала, когда перед приездом погладила брошенного на улице котенка…
Легкая тучка омрачала ясное небо чистейшего удовлетворения. Бартоло. Какого черта он полез в это? Она всего лишь погладила соседского кота. Как же он догадался, что именно она собирается делать? Про аллергию Солитарио знали немногие, и если бы не соглядатай в его доме, Бьянка бы понятия об этом не имела.
Решив, что разберется с братцем позже, Бьянка блаженно растянулась на диване. Интересно, что скажет Себастьян? Заслужила ли она похвалу за эту небольшую шалость?
Вчера она нашла Арройо в каком-то вонючем подпольном казино. Он сидел один за столом и неторопливо раскладывал пасьянс, недовольно цыкая каждый раз, когда выпадала не та карта. Вышибала у входа смерил ее подозрительным взглядом, но не сделал попытки остановить.
— Мне нужна ваша помощь.
Себастьян поднял глаза от разложенных на столе карт и прищурился.
— Во-первых, здравствуйте.
Бьянка закатила глаза, но все же ответила на приветствие.
— Во-вторых — у вас семейный радар? Вы не первая, кто находит меня в этом месте.
— Видимо, вы хотите, чтобы вас нашли. — Бьянка не стала уточнять, кто именно из ее семьи приходил сегодня сюда. — Мне нужна ваша помощь.
— Да, вы говорили. — Себастьян выложил четверку пик на пятерку червей.
— Завтра в «Азарино» будет праздник.
— Господин Солитарио любит радовать своего ребенка. Что ж, это ему только в плюс. Многие родители так и с родными-то детьми не обращаются.
Бьянке показалось, что в голосе Себастьяна мелькнула грусть, но она привычно отмахнулась от всего, в чем не была заинтересована.
— Так при чем тут я? — продолжил Себастьян. — Меня не приглашали, я, знаете ли, у этого семейства не в чести.
— Очень жаль, потому что я хотела попросить вас о небольшой услуге. Кажется, вы на ножах не только с Амадео, но и с Ксавьером Санторо. А он вчера вернулся в город.
— Вот как. — На лице Себастьяна не дрогнул ни один мускул, будто он уже знал об этом. — И чего же вы хотите?
— Отвлеките его ненадолго.
На этот раз Себастьян заинтересованно поднял глаза.
— Зачем? Замышляете шалость?
Бьянка не удержалась от улыбки.
— Именно. Всего лишь шалость, но маячащий поблизости страж не позволит мне сыграть эту партию.
Лоб Себастьяна прорезала едва заметная морщинка.
— Любопытно, что же вы такое задумали. А мотив я могу узнать?
— Он меня оскорбил. А я такого не спускаю никому, будь он хоть богом.
Себастьян отложил нераскрытые карты и зааплодировал.
— Браво, Бьянка! Слова, достойные богини!
— Да будет вам, — отмахнулась та, не показывая, что польщена. — Так что, могу я на вас рассчитывать?
— Но вы уверены, что эта шалость безобидна?
— Вполне, лишь неприятна.
— Я лишь предупреждаю вас. Если вы серьезно навредите Амадео Солитарио, я этого так не оставлю. У меня, знаете ли, на него свои планы. — Он снова взял карты. — Что ж такое, и сегодня невезуха…
