Мигель проявлял чудеса высшего пилотажа, лавируя в плотном потоке машин, забивших проспект Дивисьон дель Норте, но Ксавьер даже не мог оценить его мастерство. Все мысли были заняты Дино Аурелио.
Работал этот двадцатитрехлетний парень на Ксавьера почти полгода, и никаких нареканий его работа не вызывала до вчерашнего дня, когда Томас нашел у него пакетик героина. Сам ли мальчишка кололся, или же взял у кого-то на продажу, Ксавьера не волновало. Он никогда не работал с наркоманами, и выгонял каждого, кого замечал в употреблении хотя бы марихуаны или торговле на сторону.
Но на этот раз Ксавьеру пришла в голову гениальная мысль сдать Дино с потрохами. В минуту отчаяния и слабости он решил порушить всю систему, а лучшего информатора, готового за дозу продать родную мать, было не сыскать. И когда Дино покинул офис Томаса, его уже поджидал полицейский патруль.
А потом позвонил Амадео.
Себастьян вернулся.
Находился в опасной близости от принца, и любая промашка Ксавьера могла болезненно аукнуться на другом берегу Атлантики. И сейчас он спешил вызволить наркомана из-под стражи, пока тот не начал молоть языком.
Мигель подпевал Хуанесу и крутил руль, прыгая из ряда в ряд. Вскоре он свернул на узкую улочку, где даже двум автомобилям было никак не разминуться, и выскочил прямо перед полицейским участком, двухэтажным бетонным кубом.
— Прибыли! — радостно возвестил он. — С вас пятьдесят песо плюс чаевые, итого…
Ксавьер, не дослушав его трескотню, распахнул дверцу и выскочил из машины. Йохан, прихватив кейс, рванул следом, на ходу поправляя галстук.
За стойкой сидел толстый полицейский, явно разочарованный тем, что вытянул короткую палочку и не попал на допрос — хоть какое-то развлечение в этой парилке! Неделю назад включили отопление, труба проходила как раз под его столом, и во время дежурств он обливался потом с головы до ног. Мечтая о скорых выходных, он лениво листал журнал с головоломками и то и дело обтирал лысую, как коленка, голову огромным цветным платком.
Ксавьер чуть поотстал, Йохан же, шагнув к стойке, с грохотом поставил на нее кейс.
— Я адвокат Дино Аурелио, которого доставили сюда полчаса назад. Немедленно проводите меня к моему клиенту.
Полицейский вытаращился на него так, будто адвокатов никогда в жизни не видел, а может, так оно и было.
— Вот те раз, — медленно произнес он, в очередной раз приложив к лысине платок. — Прямо сейчас? Ребята его только-только допрашивать усадили, стоит ли прерывать…
— Вы знаете, что без адвоката это незаконно? — перебил его Йохан. — Если моего клиента осудят в обход правил, будьте уверены, я подам апелляцию, и ни один из ваших коллег не уйдет безнаказанным! Поэтому быстро поднимайте свой зад и ведите меня к нему!
Ксавьер мысленно восхитился. Полицейский тоже не остался равнодушным. Он вытаращил глаза и, вцепившись в стойку, поднялся со стула.
— И вовсе не нужно так кричать, — бормотал он, открывая дверь, ведущую в коридор. — Допросная у нас на втором этаже. Третья дверь. Я вас провожу…
— Не стоит, — ледяным тоном отозвался Йохан. — Я в состоянии найти сам.
Полицейский, казалось, даже вздохнул с облегчением и не обратил внимания, что вместе с адвокатом зашел еще один человек.
— Ну ты даешь, — тихо присвистнул Ксавьер, когда они поднимались на второй этаж. — По тебе театр плачет.
— Это паника, — ответил Йохан сквозь стиснутые зубы. — Если с Амадео что-нибудь случится…
Его прервал громкий хохот, донесшийся из распахнутой двери.
Там собрался весь участок, кроме дежурного. Дино Аурелио сидел за пластиковым столом и выглядел, как побитый щенок, вокруг столпились полицейские. Всего их было трое, все разнокалиберные, но всем до единого арестованный казался чем-то вроде любопытной зверюшки в зоопарке.
— Ну так что, повторишь еще разок? — спрашивал самый высокий. — Чем ты у Санторо приторговывал?
— Ничем я не приторговывал, — устало ответил парень. Черные волосы растрепались, он постоянно тянулся к локтям, чтобы почесаться, но каждый раз одергивал себя. Ксавьер поежился — слишком уж этот простой жест напомнил ему себя самого. — Я у него на полставки работал, мальчик-подметала-принеси-подавала и прочее.
— Мальчик-подавала! — заржал второй полицейский, приземистый и похожий на бочку. — Чего ты там ему давал? Нет, погоди, не говори, дай угадаю…
— Каждому из вас по условному сроку он давал, — холодно заметил Йохан, заходя в кабинет. Все трое вытаращились на него, как на пришельца с другой планеты.
Дино удивился не меньше. Блестящие, не затуманенные дурью глаза уставились на Йохана. Он хотел что-то сказать, но заметил за его плечом Ксавьера.
Глаза наполнились таким страхом, что Ксавьеру на мгновение стало его жаль. Должно быть, пацан решил, что сейчас его пристрелят прямо здесь на глазах у полиции — тут такие истории были не редкостью. Но он не сделал и попытки к бегству, только сильнее обхватил себя руками и вжал голову в плечи. Его била мелкая дрожь — верный признак ломки.
— Вы кто? — не слишком любезно спросил высокий полицейский. На груди был прицеплен бейдж с именем «Гонсалес».
— А вы угадайте. — Йохан сверлил глазами бочкообразного копа. Тот нервно усмехнулся и пригладил усы.
— Адвокат?
— Надо же, вы и в самом деле хороши в загадках! — восхитился Йохан, оттесняя третьего копа, который пока молчал. — Я его адвокат. И вести допрос в мое отсутствие как минимум незаконно. Я даю вам два варианта на выбор: либо вы отпускаете моего клиента прямо сейчас, либо после долгого и нудного разбирательства, которое всем вам стоит выговора с занесением в личное дело.
— Откуда у этого отребья такой крутой адвокат? — подал наконец голос третий.
— Задайте себе лучше другой вопрос: это вообще ваше дело? — парировал Йохан. — Я все еще жду вашего решения. Либо вы уходите и даете мне переговорить с клиентом наедине, либо уходим мы. — Он посмотрел на наручные часы. — Даю вам минуту. Время пошло.
Полицейские переглянулись. Они-то думали как следует развлечься с парнишкой, попинать его, для острастки продержать ночь в камере, чтобы поутру, ошалев от ломки, тот выложил все, что знает о точке сбыта наркоты. Перед глазами маячили перспективы карьерного роста, куча денег и прочие блага, которые им сулил плодотворный допрос. А оказывается, у этого червяка такие влиятельные знакомые… Выговора, а то и увольнения никому не хотелось, тем более в преддверии Нового года. Гонсалес первым опустил глаза. Надо же, думали, что взяли простого барыгу, а он, похоже, родственник какого-то воротилы. Чертовы анонимные доносчики.
— Валите, — наконец пробурчал Гонсалес. — Только вот тут распишитесь.
Мигель по-прежнему сидел за рулем и пускал мыльные пузыри. Ксавьер распахнул дверцу и кивнул Дино:
— Залезай. Не бойся, убивать не буду.
Парень сунул руки в карманы джинсов. Куртки на нем не было, только толстовка, и он ежился от холода.
— Ладно. Если что, лучше уж в тепле помереть.
— Сказал же, не убью, — отозвался Ксавьер и сел следом.
Йохан плюхнулся на переднее сиденье и швырнул кейс под ноги.
— Мамочки… У меня колени дрожат. Но вроде ничего так представление получилось. — Он нервно хихикнул. — Может, мне на юридический поступить? Не поздно еще?
— Учиться никогда не поздно, — философски изрек Мигель и, закрутив баночку с мыльным раствором, завел мотор.
— Что ты им сказал? — спросил Ксавьер, когда они снова вырулили на Дивисьон дель Норте. Пробка успела рассосаться, и Мигель прибавил газу.
— Вы же слышали. — Парень пожал плечами и почесал локоть, но тут же одернул себя, сообразив, что при яром ненавистнике наркоманов так себя вести не след. — Что был у вас на подработке, и все. А что еще я мог сказать? Я не rata.
— Не rata, — повторил Ксавьер. Ему вдруг стало смешно. Он увидел всю ситуацию со стороны и понял, что несколько лет назад вывез бы этого парня на пирс и сбросил в воду с пулей в голове. Сейчас же он даже злиться на него не мог. — Ладно. Давно сидишь на игле?
