Но шонгейри видели людей в несколько ином свете. Большинство их рас-клиентов (конечно, не годилось бы называть их "рабами") были столь же бесполезны в военном смысле, как и более развитые травоядные животные Гегемонии. Большинство из них также не были особо наделены интеллектом. Их можно было научить относительно простым задачам, но только представителей трех из них можно было обучить, по крайней мере, без значительного хирургического вмешательства, используя технологию нейронного преподавания, которую Гегемония считала само собой разумеющейся. И ни у кого из них не было ни капли агрессивности охотника, стремления - огня, - которые подпитывали цивилизацию шонгейри. Рабочие и управляемые подчиненные - да, но никакие не солдаты. Совсем не воины. В них этого просто не было.
Но теперь люди... У них может быть некоторый потенциал. Из записей исследовательской группы было очевидно, что они были безнадежно примитивны, а по их ужасной тактике в единственном сражении, которое наблюдала исследовательская группа, они были столь же безнадежно неумелыми. Тем не менее, они были первым видом, встретившимся на пути шонгейри, который, возможно, мог бы - при серьезной долгосрочной подготовке - дать полезных солдатов-рабов. По общему признанию и не более чем поверхностным физиологическим данным исследовательской группы, возможно, их даже можно было бы обучать с помощью нейронных педагогов без хирургически введенных рецепторов. Хотя они никогда не сравнялись бы с шонгейри как воины, даже если бы это было правдой, они, по крайней мере, стали бы полезным пушечным мясом. И кто знал? Через несколько поколений, при правильном обучении и селекции, а также подходящей программе разведения, они действительно могут, по крайней мере, приблизиться к уровню полезности шонгейри.
Император ясно дал понять важность изучения полезности КУ-197-20 в этом отношении еще до отбытия экспедиции Тикейра. И тот факт, что пожиратели сорняков и их немногим менее презренные всеядные собратья так бесцеремонно передали планету империи, только делал намного вкуснее вероятность того, что она окажется полезной.
Все это мало что меняло в его нынешней проблеме.
- Вы говорите, что это, возможно, второй уровень, - сказал он. - Почему вы так думаете?
- Учитывая всю электромагнитную активность и сложность стольких сигналов, местные жители, очевидно, находятся по крайней мере на третьем уровне, сэр. - Азмер, казалось, не становился счастливее, - заметил Тикейр. - На самом деле, предварительный анализ предполагает, что они уже освоили деление атомного ядра - возможно, даже термоядерный синтез. Но хотя на планете есть по крайней мере несколько источников энергии деления, их, по-видимому, очень мало. На самом деле, большая часть их выработки электроэнергии, кажется, происходит за счет сжигания углеводородов! Почему любая цивилизация, которая действительно достигла второго уровня, должна была делать что-то настолько глупое?
Нахмурившись, командующий флотом прижал уши. Как и командиру корабля, ему было трудно представить себе какой-либо вид, достаточно глупый, чтобы продолжать потреблять невосполнимые ресурсы для производства энергии на основе углеводородов, если в этом больше нет необходимости. Однако это не означало, что такой вид не мог существовать. Инопланетные расы могли совершать невероятно глупые поступки - достаточно было только взглянуть на жалкие оправдания цивилизаций, которые воздвигли некоторые пожиратели сорняков, чтобы понять, что это правда! Азмер просто не хотел признавать, даже самому себе, что в данном случае это возможно, потому что, если бы это действительно была цивилизация второго уровня, она навсегда была бы недоступна для колонизации.
- Извините меня, сэр, - сказал Азмер, осмелевший от собственных забот, - но что мы собираемся делать?
- Пока не могу ответить на этот вопрос, командир корабля, - ответил Тикейр немного более официально, чем обычно, когда они были вдвоем. - Но я могу сказать вам, чего мы не собираемся делать, так это позволить этим сообщениям спровоцировать нас на какие-либо преждевременные реакции. Исследование всегда немного ошибается, когда оценивает вероятный технический уровень примитивного вида; полагаю, что явная задержка во времени делает это неизбежным. Признаю, я никогда не слышал, чтобы они были так далеки от истины, как, по-видимому, в данном случае предполагают отчеты разведчиков, но давайте не будем делать поспешных выводов, пока у нас не будет времени тщательно оценить ситуацию. Субъективно, мы потратили восемь лет, только добираясь сюда, а медики уже полмесяца восстанавливают из крио персонал наземного командира Тейриса. Мы не собираемся просто вычеркивать эту систему из нашего списка и переходить к следующей, пока тщательно не рассмотрим то, что мы узнали о ней, и не оценим все наши варианты. Это ясно?
- Да, сэр!
- Хорошо. В то же время, однако, мы должны предположить, что вполне можем столкнуться с системами наблюдения, значительно опережающими все, что мы ожидали. В сложившихся обстоятельствах я хочу, чтобы флот предпринял меры скрытности. Полномасштабный контроль выбросов и режим тихой разведки, командир корабля.
- Да, сэр. Я немедленно передам приказ.
III
Главный сержант Стивен Бучевски выбрался из машины, потянулся, забрал свое личное оружие и кивнул водителю.
- Иди, поищи себе кофе. На самом деле не ожидаю, что это займет очень много времени, но ты знаешь, как хорошо я умею предсказывать подобные вещи.
- Попался, шеф, - с ухмылкой согласился капрал за рулем. Он нажал на газ, и "Кугуар 4x4" (официально переименованный много лет назад в МУАЗ, или миноустойчивую антизасадную машину, в основном в качестве пиар-хода после того, как в результате взрывов самодельных взрывных устройств в Ираке погибло так много вездеходов "Хамви") тронулся с места. Он поехал к палатке столовой на дальнем конце позиции, в то время как Бучевски направился к укрепленному мешками с песком командному бункеру, расположенному на вершине остроконечного гребня.
Утренний воздух был разреженным и холодным, но прошло немногим больше месяца с момента окончания его нынешней командировки, и Бучевски привык к этому. Это было не совсем так, как если бы он был здесь в первый раз. И хотя многие морские пехотинцы роты "Браво" считали ее "подмышкой вселенной", Бучевски видел вещи и похуже за семнадцать лет, прошедших с тех пор, как вербовщик с обманчиво честным лицом - друг семьи, не меньше! - бесстыдно воспользовался впечатлительным юношей, чтобы пополнить свою рекрутскую квоту.
- О, места, которые ты посетишь, вещи, которые ты увидишь! - с энтузиазмом сказал ему вербовщик, о котором шла речь. И с тех пор Стивен Бучевски действительно побывал в разных местах и многое повидал. За это время он был ранен в бою не менее шести раз, и в возрасте тридцати пяти лет только что распался его брак, в основном из-за длительных повторных командировок. Он ходил с легкой хромотой, которую физиотерапевты не смогли полностью устранить, боль в его правой руке была верным предвестником дождя или снега, а шрам, который пересекал его левый висок, был отчетливо виден сквозь коротко подстриженные волосы, особенно на фоне его темной кожи. Но в то время как он иногда тешил себя фантазиями о том, чтобы посидеть с "дядей Робом" в... "обсуждении" его мотивов заставить его подписаться над пунктирной линией, он всегда продлял срок контракта.
Что, вероятно, говорит о чем-то нездоровом в моей личности. Кроме того, папа был бы очень зол на меня, если бы я свалил все это на кого-то другого! - задумался он, остановившись, чтобы посмотреть вниз на узкую извилистую дорогу далеко внизу.
Во время своей первой поездки в солнечный Афганистан он находился в лагере Райн неподалеку от Кандагара. Там-то он и стал прихрамывать. Во время следующего развертывания он находился недалеко от Газни, помогая следить за автомагистралью A01, ведущей из Кандагара в Кабул. Это было менее... интересно, чем его пребывание в провинции Кандагар, хотя он все равно умудрился получить осколок ракеты в задницу. Что было хорошо для еще одной золотой звезды на ленте "Пурпурное сердце" (и немилосердного "юмора" от его так называемых друзей). Но затем Газни передали полякам, и поэтому во время его третьей командировки в Афганистан его отправили опять в Кандагар, где ситуация снова накалилась. Он тоже остался там... по крайней мере, до тех пор, пока его батальон не получит новых приказов. Ситуация в провинции Пактика - от которой поляки отказались в пользу Газни, потому что Пактика была гораздо более оживленной - также ухудшилась, и их перевели, чтобы помочь разобраться с ситуацией.