– «Но почему?! Почему она так поступает со мной? Какие тайны она хранит? – обиженно размышляла Мелиса, оставляя позади огромные, блестящие на полуденном солнце металлические ворота дворца. – Тоже мне, подруга называется!»
Игры и интриги, в которых бывшие энии, решившие полностью прожить земную жизнь, чувствовали себя, как рыба в воде, были для Мелисы непонятны. Но ее мудрая Кения вдруг своевременно напомнила, что и сама Мелиса была не вполне честна с Виккерией и не сказала подруге, для чего, собственно, ей понадобилась волшебная столешница.
– Но, чтобы расколдовать Дэна и Марка, я ведь должна хранить тайну, – позабыв об осторожности, вслух оправдывалась перед Кенией чародейка, направляясь по широкой и пыльной дороге к маячившему впереди лесу.
На дороге, между тем, в полуденный час было очень оживленно. Доверху нагруженные телеги, запряженные трудолюбивыми осликами, длинной вереницей тянулись к раскрытым настежь центральным воротам замка. Служивые люди и крестьяне, как суетливые муравьи, прокладывали себе путь на обочине, останавливаясь, чтобы поглазеть на громко разговаривающую сама с собой, очень высокую даму. Они показывали на нее пальцами, крутили у виска и, хитро переглядываясь между собой, продолжали свой путь.
– Ох! Как хорошо было бы сейчас оставить это все! – не замечая насмешки людей, вслух мечтала Мелиса. – Стать опять чистым летящим светом и умчаться в родную манящую высь! Оказаться в любимой Энии! Где нет злого колдовства и зависти мира людей. Где старые друзья не предают и не меняются до неузнаваемости. Где бескорыстная, честная дружба – основной закон…
И вспомнив о своих заколдованных друзьях, Мелиса бодро ускорила шаг.
ДЭН И МАРКО
Друзья ждали Мелису на окраине леса. Подходя ближе, она увидела почти пасторальную картину – большие олени, спокойно пощипывающие молодую зеленую листву. Все выглядело бы вполне естественно, если бы не, то обстоятельство, что один из ее рогатых товарищей был нестерпимо ярко, почти люминесцентно синий.
–«Зачем он, все-таки, это сделал? – уже в который раз задавала себе вопрос Мелиса, – Ничего себе последнее желание загадал!»
Оказавшись рядом с друзьями, волшебница, приветливо похлопав их по спинам, удобно устроилась отдохнуть на небольшом пеньке.
– «Все было бы значительно проще, если бы наша компания ничем особенным не выделялась, – продолжала она размышления. – Люди и так считают меня ненормальной, во многом, из-за того, что дружу с оленями. Да еще один из них такого неестественного окраса. Ох, Дэн, Дэн! Как же ты усложнил нам жизнь своей романтической выходкой!»
– А все это любовь!
Она зовет и манит!
Влюбленные сердца
не дружат с головой! – заунывно пропел голос Марко в голове Мелисы.
– А ты бы не лез со своими глупыми стишками в то, в чем ничего не смыслишь, – обиженно огрызнулся Дэн.
–«Ну, вот опять завелись!» – устало подумала Мелиса. Когда друзья устраивали мысленные баталии, ее голова буквально раскалывалась от напряжения.
– Ребята, успокойтесь в самом начале поединка или дайте мне отойти на безопасное расстояние. Мало того, что я, как приговоренная, воспринимаю всю грязь и мелочь в мыслях людей, так еще и вы заставляете меня страдать, выслушивая ваши глупые ссоры.
– Но, посуди сама, дорогая! Как нам еще развлекаться в этих нелепых, шутовских оболочках? – голос Марко трубил в голове подруги низкими обертонами, причем Мелисе показалось, что она услышала явное и громкое икание. – Только и остается, что упражнять мыслительные процессы, как ты выражаешься, «глупыми беседами».
– На самом деле, я бы обошелся и без этих бесед, – угрюмо вставил Дэн.
– Да, и раздражал бы меня весь день своей меланхолией и грустью по «несбывшейся любви», – продолжал поддразнивать друга Марко. Не вполне уверенно ступая, он опустил голову и, исподлобья сверля взглядом, нацелил рога на Синего Дэна. Сегодня Марко был явно не расположен отступать.
– И чего это ты вдруг такой воинственный у нас? – подозрительно прищурившись, вслух спросила Мелиса.
– А он опять до утра распустившийся ночной дурман ел, – с удовольствием наябедничал Дэн. – Видите ли, к нему Муза иначе не приходит!
– Нет, приходит! Нет, приходит!
Вдохновляет и шалит!
А потом опять уходит,
И дурман тут не причем! – игриво пропел Марко, моментально позабыв о своем недавнем агрессивном выпаде, и примирительно ласково взглянул на Дэна.
– Ох, как же меня утомляют ваши резкие смены настроения! – ворчливо пробубнил синий олень, направляясь вглубь леса. – Идем уже! И можешь не рассказывать, Мели, мы все знаем – подключались к тебе. Правда, этот сильно мешал, распевая свои частушки. – Дэн мотнул головой в сторону Марко, который в этот момент, закрыв от удовольствия глаза, приник носом к маленькому лесному цветку, источавшему действительно чудесный аромат.
– Ах! Какая радость и блаженство:
Видеть, слышать, чувствовать, дышать!
И свои оленьи коленца,
Пред природой дивной преклонять! – зафиксировали в своих головах очередной «шедевр» Марко его друзья.
Они медленно побрели в сторону заколдованного лесного озера, уже много лет являющегося их единственным и надежным пристанищем. Вся остальная территория во владениях Луизы и Виккерии была весьма небезопасна! Такие сильные и могущественные в прошлом, заколдованные энии Марко и Дэниэл были очень уязвимы в своих оленьих телах. Конечно, свободная от всяких ограничений волшебница Мелиса, совершенно не обязана была проводить все свое время вместе с эниями, так легкомысленно и простодушно позволившими себя заворожить. Но она была настоящим верным другом, и потому не смогла оставить в беде любимых и давних товарищей. Много лет чародейка искала способ освобождения друзей от наложенного на них заклятья. Но колдовство, сотворенное человеком, отличалось таким качеством ненависти и злобы, что простодушные и светлые силы Мелисы оказывались беспомощными в борьбе с тяжелым духом людской жестокости. Ситуация значительно усложнялась еще и тем, что чары были наложены не обычным человеком, посвятившим жизнь магии и колдовству. А существом, знавшем об устройстве мира гораздо больше, чем вообще способен узнать человек, – бывшей энией и очень сильной колдуньей Луизией. Мелиса грустно вздохнула, вспомнив те далекие времена, когда все ее друзья были эниями. И были вместе… Дружили и любили друг друга беззаветно и преданно! Когда еще было трудно представить то, что ее близкая и любимая подруга превратится в злую колдунью в мире людей. Что она станет так коварно и жестоко преследовать бывших друзей. И в конце концов превратит Дэна и Марко в оленей… Особенно Дэна! «Что же произошло с Луизией? – часто размышляла Мелиса. – Что это было? Чувство оскорбленной любви или месть и отчаяние сильного существа, неспособного смириться с тем, что не все ему подвластно?» Вопросов в голове доброй волшебницы было много, ведь она совсем ничего не понимала в природе зла. Потому и пыталась оправдать свою бывшую, но все еще любимую подругу Луизию.
– «Луиза всегда была особенной! – медленно следуя за Дэном по лесной, покрытой веселыми пятнами солнечного света тропинке, с грустью вспоминала Мелиса. – Будучи энией, она ярко выделялась, представляя собой огромную восьмикрылую бабочку, обладающую очень редким свечением фиолетового цвета. Луиза была неуправляема и имела тяжелый характер. Она не подчинялась общим для всех правилам, мечтала о битвах и победах, о сильных страстях и преданном поклонении. Она хотела повелевать и властвовать, царить и доминировать! И поэтому, скучных в своем простодушии, с ее точки зрения, эниев вызывало у мощной Луизии сильнейшее раздражение. Спасительной и определившей ее жизнь на долгие годы стала встреча с Дэном – прекрасным и вольным исследователем межгалактических пространств. Однажды соединившись и полюбив друг друга, они больше никогда не расставались, являя миру пример верности и любви. Постепенно к ним присоединились и остальные участники легендарного и прекрасного радужного союза. И ничего не предвещало беды, пока…»