Без спешки Лина выбрала самый румяный пирожок в вазе и вернулась на диван, потому что было интересно узнать, чем же закончится история про девочку Валентинку. Жуя пирожок, Лина представляла, как совсем скоро отправит в игру фото своей добычи и станет на одну ступень ближе к рангу жуков.
* * *
Нормальный сон вернулся, когда Рита отчаялась избавиться от бессонницы и думала, что навсегда обречена коротать ночь, перекатываясь с боку на бок на смятых простынях. Схлынуло какое-то внутреннее напряжение, державшее её в состоянии натянутой пружины, готовой вот-вот лопнуть и разлететься на острые металлические стружки.
Наверное, благотворно подействовало то, что удалось найти работу уборщицы. И так удачно — всего в паре автобусных остановок от дома, в книжном магазине!
«Не иначе Ксения Блаженная помогла», — подумала она, договариваясь об условиях работы.
— Время для уборки выбирайте сами. Главное — чистота и порядок. Но имейте в виду, что здесь много бумажного мусора в виде упаковки, так что на лёгкий труд не рассчитывайте, — сказала директриса — симпатичная женщина с россыпью мелких веснушек по всему лицу. — Наша прежняя уборщица ушла в декретный отпуск, — в районе талии директриса обрисовала руками окружность, — надеюсь, вы не последуете её примеру.
Под её испытующим взглядом Рита покраснела и сказала:
— Я вдова, и у меня уже есть двое детей.
Мысленно она успела рассчитать рабочий день до минуты: утром отвести детей в школу, затем бегом в книжный, уборка, бегом обратно, естественно пешком, ради экономии, потом за детьми. Благо, что в плотном графике не останется времени на бесплодные страдания.
Рита проснулась отдохнувшей и без ставшего уже привычным дикого сердцебиения. Одеваясь, она обратила внимание, что джинсы теперь можно снимать и надевать, не расстёгивая молнии. Такой худой она была десять лет назад.
«Зато не надо никаких диет, — сообщила она себе, чтобы приободриться, — ещё чуть-чуть, и мне придётся одалживать наряды у Галочки».
Улыбнувшись шутке, Рита сама удивилась своей улыбке. Было в ней нечто странное, натужное, словно бы в заржавевшем замке поворачивался ржавый ключ.
«Наверное, придётся заново учиться улыбаться», — подумала она и снова улыбнулась, уже легче, хотя губы с трудом поддавались тренировке.
Раннее утро звенело в окно весенней капелью. Гомон птиц за окном сливался с шумом ветра и звуками отъезжающих автомобилей. То здесь, то там в доме напротив зажигались окна. Какой-то отчаянный мужчина, несмотря на морозец, в одних плавках делал на балконе зарядку. Неужто пришла весна? Вечером казалось, эта зима останется в городе навечно, а вот поди же ты, семь утра, а на небе уже пробивается лиловая полоса рассвета. Скоро густо-лиловое размоется, порозовеет, заиграет новыми красками и обольёт город ведром солнечного света.
Оказывается, иногда очень трудно заметить весну на дворе. Она вспомнила женщину у часовни Ксении Блаженной, которая молилась за сына, и рука сама потянулась перекреститься:
— Господи, спасибо Тебе за счастье видеть своих детей здоровыми и сытыми. Больше мне ничего не надо.
От мысли о детях Рита улыбнулась уже в третий раз, отпраздновав в душе маленькую победу над унынием и депрессией. Она боялась поверить ощущению конца бега по длинному тёмному коридору, где за каждым поворотом ожидала очередная подножка. Вдруг это ошибка и вокруг с новой силой заколышутся безнадёга и отчаяние? На данный момент Рита была уверена только в одном: она ни за что и никогда не хотела бы вернуться в благополучное, но лживое прошлое.
* * *
Новое игровое задание Лина получила на уроке математики. Не отрывая глаз от учительницы, она опустила руку в карман, где вибрировал корпус телефона. От предчувствия опасности у неё загорелись кончики ушей и дышать стало легко и свободно. Пользоваться гаджетами запрещалось категорически. Не хватало ещё, чтоб телефон отобрали и отдали маме в кабинете директора.
Учительница мучала двоечника Кукушкина. Красный как рак, он стоял у доски и бубнил что-то невнятное про умножение дробей. Соседка по парте рисовала в учебнике обезьянью мордочку. Колька Трофимов жевал жвачку, Петька Васильев корчил рожи всем, кто смотрел в его сторону.
От нетерпения Лина едва не подпрыгивала, но заставила себя не делать лишних движений.
«Что там? Что?» — молоточком билось в мозгу.
«Что там? Что?» — истошно верещали за окном птицы.
«Что там? Что?» — выстукивал по доске мелок двоечника Кукушкина.
Выпрямив плечи, она скосила глаза на экран. Прочитать задание хватило одной секунды.
«Перебежать дорогу перед машинами. Мобилу поставить на запись и держать в руках. Жду отчет!»
Лина почувствовала, как сердце сначала подпрыгнуло к горлу, а потом провалилось куда-то в живот и снова подпрыгнуло. Предыдущий урок посвящался правилам дорожного движения, и в памяти ещё сидели жуткие кадры разбитых автомобилей и забинтованных детей.
— Красный свет — дороги нет, — сказала учительница. — Кто не хочет ездить в инвалидной коляске, должен зарубить это правило у себя на носу.
Для закрепления материала учительница включила учебный фильм, где на манекене показывалось, что бывает с человеком после аварии.
В раздумье Лина постучала себя по кончику носа: одно дело украсть, и совсем другое — перебежать дорогу под колёсами транспорта и превратиться в безголовый манекен: руки отдельно, ноги отдельно, волосы накручены на бампер. Бррр! Мерзость какая!
Её мысли прервал строгий голос учительницы:
— Лина, не отвлекайся, записывай примеры в тетрадку.
Чтобы учительница отвязалась, Лина наскоро списала с доски примеры и стала смотреть в окно на проезжающие автомобили. Раньше, сидя в машине, она никогда не обращала внимания на скорость, а сейчас казалось, что колёса крутятся с неимоверной быстротой. Но перебежать всё-таки можно. Главное, нестись стрелой без остановки и не оглядываться. Остановишься — смерть.
На переменке она ходила задумчивая, впадая то в страх, то в радость от предвкушения удачи. Если спланировать правильно, то вечером отправит запись исполнения приказа Великому Гоблину и он возведёт её в статус жука. Но чтобы сделать лучше всех, надо постараться перебежать дорогу не легковушке, а грузовику!
Три следующих урока Лина прокрутилась как на иголках, и когда за ней пришла Маргарита Ильинична, была готова немедленно мчать наперерез потоку машин, только бы скорее, только скорее!
— Здравствуй, Лина! Какая ты сегодня румяная, — похвалила Маргарита Ильинична. Галя и Рома стояли рядом и дружно кивнули в знак приветствия. Своих детей нянька забирала первыми. — Проголодалась? У нас на полдник сегодня винегрет и коржики.
— Ненавижу винегрет, — процедила Лина из вредности, хотя на самом деле винегрет ела с удовольствием.
Она думала, что Маргарита Ильинична огорчится, но та согласно пожала плечами:
— Ну что же, придётся тебе обойтись одними коржиками. Если ты не возражаешь, то зайдём в магазин и купим молока.
Ещё бы возражать! Удача сама катила в руки, потому что путь в фермерский магазинчик пролегал через широкую трассу со множеством фур и грузовиков. От радости Лина удостоила взглядом Галю и подмигнула Ромке.
Тот оторопело уставился на её сияющее лицо:
— Ты что, пятёрку получила?
— Ага. Две пятёрки и одну четвёрку, и скоро получу приз, — загадочно сообщила Лина.
На неё нахлынуло чувство безудержного веселья, и она всё время хихикала, пока не стала икать.
— Прекрасно, что у тебя хорошее настроение, — заметила Маргарита Ильинична, — мы редко видим твою улыбку.
По мере приближения к дороге Лине становилось тревожнее и радостнее.
Маргарита Ильинична остановила детей у светофора. Рабочий день закончился, и транспортный поток шёл такой плотный, что дорогу с успехом удалось бы пересечь по крышам машин, перепрыгивая с крыши на крышу.
«Вот здорово было бы выложить такую запись!» — подумала Лина, сжав в кулаке включённый мобильник. Её вдруг пробила дрожь, и стало страшно. Расширенными глазами она вычленила синюю фуру, идущую между маршрутным такси и красным внедорожником. Отблеск лобового стекла мешал рассмотреть водителя, чьё лицо маячило в кабине белым пятном. Маршрутка резко затормозила, пропуская легковушку, фура прибавила ход. На той стороне улицы Лина заметила яркое пятно женской куртки, то появляясь, то исчезая среди прохожих, оно отвлекало внимание от опасности и становилось не так боязно. Задержав взгляд на куртке, Лина вытянула вверх руку с зажатым мобильником и рванула наперерез фуре.
