Я дважды моргнула, прежде чем пробормотать: «Э… может быть, да».

Он схватил меня за руку и потащил в коридор. «Пойдем со мной».

Я была так удивлена, что просто пошла вместе с ним. Он не был очень мягким, но в его голосе была потребность, и я помалкивала об этом. Я торопилась, как могла, на каблуках, которые не очень хорошо подходили для быстрого движения.

Пару поворотов спустя я снова оказалась в том же коридоре, из которого только что вышла после того, как Ковбой трахнул меня. Доктор повернул ручку на первой двери, открыв ее и обнаружив шуршащие простыни, но никого внутри. Он подошел ко второй двери, обнаружил, что она заперта, и выудил связку ключей. Быстро щелкнув, он вставил ключ с красной биркой в ​​дверь и открыл ее, удивив пару, устроившую бурю в кровати. Девушка не была Селестой.

«Извините за вторжение», — сказал Доктор, прежде чем отступить и закрыть дверь.

«У тебя есть ключ от комнат?» — удивилась я.

«Это мой дом», — жестко ответил он. «И держу пари, что твоя подруга в одной из них».

«И это плохо?»

«Если она с Джаспером».

«Почему это?»

Доктор поморщился. «Он не очень хороший парень».

Третья дверь тоже была заперта, тоже занята, и тоже не Селеста и Джаспер. Четвертая дверь была комнатой, в которой я была, и она тоже была пуста. Доктор выругался и схватил меня за руку, таща меня вниз по лестнице в другой коридор. Первая комната была пуста, но вторая была заперта, и Доктор вставил свой ключ. Он ворвался в комнату, и лицом вниз на кровати лежала блондинка в распутном костюме Алисы в стране чудес, который я узнала Селесту.

Она все еще была полностью одета в короткое пастельно-синее платье с белой кружевной отделкой, массивные черные туфли-лодочки и белые чулки с символами покерных мастей, бегущими вдоль них. Но ее юбка была задрана, а черные трусики были разорваны, так что мускулистый парень со светлыми волосами и татуировками-рукавами, покрывающими обе руки, мог входить в нее сзади, и это выглядело так, как будто он был в ее заднице. Я точно знала, что Селеста не занимается анальным сексом, и мне не очень нравилось это слышать. Так что мои руки в шоке закрывали лицо, когда я таращилась на нее и не отходила от двери.

Доктор, с другой стороны, уже вошел в комнату и сильно замахнулся на светловолосого парня. Он увидел нас в последний момент и вскинул руку, блокируя удар. Но Доктор был прямо на нем, свалив его лицом вниз на полу, прежде чем поставить колено на спину парня и согнуть его руку в захвате. Джаспер попытался оттолкнуть от себя Доктора, но прежде, чем он смог сделать что-нибудь еще, трое людей ворвались в комнату позади нас, двое из них были здоровенными парнями, которые схватили Джаспера и сцепили его руки за спиной.

«Какого хрена, чувак! Мы просто хорошо проводим время!» Джаспер жалобно завыл.

«Мне не нравится, когда парни причиняют боль девушкам», — прорычал он, сидя и нахмурившись. Повернув голову, он рявкнул: «Миранда, проверь ее».

Миранда, очевидно, была третьей, вошедшей в комнату, высокая, стройная рыжая, и она уже шла к Селесте. Моя лучшая подруга все еще лежала на кровати лицом вниз, и мгновение спустя Миранда повернулась к Доктору и объяснила с правильным английским акцентом: «Её накачали».

«О боже…» — выдохнула я.

Рыжая поморщилась и добавила. «Он взял ее без смазки. Ей нужна медицинская помощь».

«Дерьмо. Алисия наверху? Она может творить магию скорой помощи, верно?»

Миранда ответила: «Возможно».

«Последнее, что мне нужно — это отчет полиции об этом месте».

«Даже для него?» Миранда указала на Джаспера.

Доктор нахмурился и посмотрел на двух парней, которые все еще держали в руках Джаспера. «Выведите его на улицу. Напомните ему, что ему здесь больше не рады. А затем бросьте его жалкую задницу в переулке в центре города».

Головорезы кивнули и вывели Джаспера из комнаты, что было нелегко, так как его штаны все еще были у него на щиколотках, а его барахло свисало.

В комнате осталось только четверо. Я бросилась к кровати и начала захлебываться слезами, когда поняла, что Селеста практически без сознания. Она немного шевельнулась, в бреду, ее веки беспорядочно мигали, и она тихонько стонала. Кровь текла между её ягодиц от того места, где Джаспер изнасиловал ее, и я не могла больше сдерживать шлюзы, начав рыдать, держа ее за руку. «Мне очень жаль! Мне очень жаль! Я никогда не должна была тебя бросать! Мне очень жаль!»

Чья-то рука гладила меня по спине. Доктор подошел ко мне, сел рядом со мной и, не раздумывая, заключил меня в объятия. «Все в порядке. Это не твоя вина. Это моя вина, и мне очень жаль. Я должен был убедиться, что после первого раза этот ублюдок никогда больше не ступит в этот дом».

Было приятно, что он со своей стороны это сказал, но я знала, что Селесту не изнасиловали бы, если бы я была с ней. Это была МОЯ вина, и я впервые осознала, что мой глупый импульс кайфовать и трахаться влиял не только на МЕНЯ.

Ей было больно.

«Мне очень жаль», — снова всхлипнула я, прежде чем повернуться в объятия Доктора и крепко сжать его. «Большое тебе спасибо, что нашел ее. Спасибо, спасибо».

«Мне жаль, что мы не пришли раньше».

Я покачала головой. «Было бы намного хуже, если бы ты вообще ее не нашел».

Я плакала следующие десять минут, в течение которых прибыла высокая грудастая блондинка в красном костюме спасателя Малибу с аптечкой и начала ухаживать за Селестой. В конце концов, шлюзы пересохли, и я с гримасой откинулась назад, не в силах больше смотреть на подругу, которую я предала. Миранда ушла куда-то еще, но Доктор все еще был рядом со мной, держа меня за руку. И, наконец, я повернулась к нему и сказала: «Я даже не знаю твоего имени».

Он одарил меня очаровательной улыбкой и ответил: «Я Картер».

* * *

— НОЯБРЬ 2003 —

Это забавно. Я заставила Картера подождать три свидания, прежде чем переспать с ним.

Три свидания. Я не делала этого с тех пор… ну, должно быть, это была средняя школа, но даже тогда я могла быть легкомысленной, когда хотела. Я не уверена, зачем я это сделала, особенно после того, как я отдавалась любому симпатичному парню, который разрешал мне выкурить его косяк в любом баре, ночном клубе или вечеринке, на которой я его встретила. Но я заставила Картера ждать, и он терпеливо ждал меня. Я не знала, как ему это удалось, по крайней мере, тогда.

Первое свидание было в ночь после той роковой вечеринки. Я дал ему свой номер телефона, и он позвонил мне менее чем через 24 часа и пригласил на ужин. Меня одели, он отвел меня в модный ресторан, и я, честно говоря, замечательно провела время. Он был идеальным джентльменом. Он ценил мою красоту и не мог перестать хвалить мою внешность, мои зеленые глаза или мои темные волосы; но он не заставлял меня заниматься сексом. Я действительно планировала устроить награду красивому незнакомцу, который пришел на помощь Селесте и поверг ее насильника. Но когда он привез меня к моей квартире после обеда, и я просто сказала «спасибо» и «спокойной ночи», его это нисколько не расстроило. Вместо этого он поцеловал меня в щеку и сказал, что надеется увидеть меня снова в ближайшее время. И он оставил меня, желающей его еще больше из-за этого.

Не уединиться в спальне, чтобы взбодриться и трахнуться. Не бац, бац, до свидания, мэм, даже не обменявшись именами. Я действительно хотела видеть этого парня снова, и снова, и снова, и снова. Судя по размеру и роскоши своего дома, он был явно богат, но я не нуждалась в папике. Тем не менее, меня впечатлило его богатство, меня позабавило его обаяние, и меня возбудила его красота. В ту ночь после ужина мне очень хотелось пойти в спальню, выкурить косяк и трахнуть себя вибратором. Но я этого не сделала. Я хотела быть лучше этого. Я хотела быть лучше… для него.

И для меня.

Мне нужно было что-то доказать самой себе, доказать, что на самом деле я не была той долбаной сукой, которой стала. Я была далека от святой ДО того, как умер папа, но, по крайней мере, тогда я не была так запутана, как в последние пару месяцев после возвращения в Беркли. Я никогда не была «хорошей девочкой», но внезапно мне захотелось ей стать. Я никогда даже не была милой девочкой, и сейчас мне хотелось хотя бы попробовать. Наблюдать, как Селесту изнасиловали в задницу, было для меня грубым пробуждением, тем более, что она все еще пыталась меня простить. Единственным спасительным моментом было то, что это была ее собственная глупая идея пойти в спальню с Джаспером, и что это могло случиться с ней вне зависимости от того, была я рядом или нет. Но опять же, ее память была нечеткой, и часть ее всегда задавалась вопросом, случилось бы это с ней, если бы я НЕ исчезла, как я и обещала.