Я пожал плечами и кивнул. «Совершенно понятно».

«А как насчет… завтра вечером? Я приду к тебе домой».

Моргнув от удивления, мне потребовалось время, чтобы осознать ее слова. Но затем, добродушно улыбаясь, как будто я все время ожидал ее ответа, я просто взял записку и нацарапал свой адрес. Передав ей, я предложил: «Девять часов?»

Она заколебалась, прежде чем принять от меня записку, но сделала это. Глядя на цифры и буквы на желтом квадрате бумаги, она кивнула, затем подняла глаза и посмотрела на меня с новой решимостью. «Хорошо. Девять часов».

Я улыбнулся ей в ответ и позволил своим глазам довольно хищно бродить по ее телу. У Розелин была задница Джей Ло, и я уже представлял, как она будет выглядеть вблизи и лично, пока я буду трахать ее сзади. «С нетерпением жду этого».

* * *

Когда Розелин ушла, я обратил свое внимание на остальных студентов, изучающих корпоративные финансы. Показатели Дженнифер Чиу, к сожалению, заметно улучшились в студенческие годы и она больше не нуждалась в моем особом способе повышения успеваемости. У нее была твердая "B+" в классе, и хотя я сказал пару намеков о том, что от нее не потребуется много усилий, чтобы повысить ее до А, до сих пор она, казалось, была довольна тем, что прошла этот курс без всяких сомнительных особых услуг.

Нандита Сиркар, с другой стороны, провалилась с ужасными результатами. Первые собрания учеников и учителей показали, что она была исключительно сдержанной молодой женщиной, и я не удивился бы, узнав, что она все еще девственница. Несмотря на то, что она не была красивой, она была до безобразия миловидной, чем мне и понравилась, и я определенно фантазировал раз или два, как прижал ее маленькое тело ко мне и насильно проник в эту девственную пиздёнку. Только эта фантазия удерживала ее на моем радаре и заставляла меня флиртовать с ней, несмотря на полное отсутствие реакции девушки. В конце концов, она, вероятно, просто провалит курс, и я не буду иметь к этому никакого отношения. По крайней мере, ее сдержанность, вероятно, делала это слишком рискованным, даже если она сдастся. Но если ее настроение изменится в ближайшие несколько недель, я был готов воспользоваться этой возможностью.

И это привело меня к первоклассному объекту моей похоти: Пейтон Кент. По успеваемости она заслужила оценку около 70 баллов. Это позволило бы ей хотя бы пройти курс, если не сделать это с комфортом. Проблема была в том, что проходной балл был плохой мотивацией. Так что с тех пор, как было сдано первое домашнее задание, я… корректировал… ее оценки.

Ошибки, которые стоили бы другому студенту четырех или пяти баллов, стоили Пейтон шесть или семь. Ее ответы на эссе были истолкованы крайне предвзято. И, конечно же, была небольшая опечатка, при которой 72, написанные красными чернилами, были записаны на ее исключительно ценном промежуточном экзамене как 62 в моей компьютерной системе. Это было случайное нажатие клавиши, которое можно было объяснить и устно извиниться при обнаружении, но в то же время это стало катализатором для довольно устойчивого снижения её среднего балла до 60.

Это был не первый раз, когда я исправлял оценки ученицы, чтобы повлиять на нее, и мои прошлые результаты были в основном действительно удовлетворительными. Если бы Пейтон была лучшей ученицей, по крайней мере, студенткой-бакалавром, я бы не смог подделать ее оценки настолько, чтобы сделать это. Но в лучшем случае она могла наскрести на "B-", а курс будет только усложняться. Я уже просил о встрече с ней завтра, и я очень надеялся, что теперь у меня есть рычаги, необходимые, чтобы… подтолкнуть… ее в правильном направлении.

Я все еще фантазировал о том, что собирался сделать с Пейтон, когда в мою дверь постучали. Нахмурившись, я проверил свой график и заметил, что сейчас не часы работы и что я не планировал никаких других встреч на сегодня. Тем не менее, кто-то пришел ко мне в офис, и я крикнул достаточно громко, чтобы пройти через звуконепроницаемую дверь: «Входите!»

Дверь приоткрылась примерно на фут, и Кейси МакКахилл сунула в нее свою красивую голову. Она улыбнулась мне и оглядела офис. «Я пришла в неподходящее время? Кто-нибудь еще здесь?»

Я закатил глаза и жестом пригласил ее внутрь. Я не был бы настолько сумасшедшим, чтобы пытаться что-нибудь с кем-нибудь посреди такого дня, как этот… по крайней мере, за исключением последних нескольких недель, когда она загоняла меня в угол ради минета. Но, по крайней мере, это были пятницы, когда движения было немного меньше.

Кейси вошла и закрыла за собой дверь, но не заперла ее. Я почувствовал одновременно облегчение и разочарование: облегчение от того, что с незапертой дверью она не попытается ничего сделать еще раз, и разочарование, что я не получу еще один минет. Но я глубоко вздохнул и прочистил голову, жестом пригласив ее сесть на обычный стул, и повернул свой к ней лицом.

Она не села. Вместо этого она положила обе руки на спинку и склонилась над стулом достаточно низко, чтобы я мог хорошо рассмотреть ее декольте. Две лишние пуговицы были расстегнуты, демонстрируя розовый бюстгальтер с черной кружевной отделкой, закрывающей ее большие сиськи. Наблюдая за тем, как я смотрю на ее округлые сиськи, она застенчиво улыбнулась и подмигнула, прежде чем спросить: «Я понимаю, что для меня уже поздно спрашивать, но у тебя есть планы на вечер?»

Мои брови изогнулись. «Планы? Это День святого Валентина».

«О, я знаю. Вот почему я спрашиваю».

«Разве у такой молодой девушке, как ты, парни не ломятся в дверь, чтобы получить шанс побыть с тобой сегодня вечером?»

«Если честно, есть только один парень, с которым я хотела бы быть сегодня вечером…» Она печально вздохнула, прежде чем взглянуть вверх и увидеть мой пораженный взгляд. Смеясь, она выпрямилась и добавила: «Нет, не ты, глупый. Молодой парень. Студент. Но он сейчас по уши в кисках, и я не могу войти в эту толпу. Так что я здесь и мне пришла мысль. Я бы убила двух зайцев одним выстрелом…»

Я нахмурился и спросил: «Что ты имеешь в виду?»

Кейси хихикнула. «Ты еще не видел моего промежуточного экзамена, не так ли?»

«Как я мог? Ты сдаёшь его завтра».

«Я знаю. Довольно грубо со стороны профессора назначать промежуточный экзамен на день после Дня святого Валентина, тебе не кажется? У некоторых девушек — не у меня — на самом деле сегодня свидания, и они не могут учиться».

Я пожал плечами. Если бы девочки показали себя немного хуже на промежуточном экзамене… ну… это могло быть только на пользу, не так ли?

«В любом случае», — продолжила Кейси, проводя кончиками пальцев по расстегнутой блузке, касаясь ее выступающих грудей. «Я подумала, что должна предупредить тебя заранее, что я не приду завтра в класс, чтобы сдавать экзамен».

Я застонал. «Кейси, ты почти ничего не делала на занятиях за весь семестр. Ты не можешь ожидать, что я буду продолжать позволять тебе вот так учиться».

«Разве я не могу? У нас сделка, не так ли? Я продолжаю сосать тебе, а ты продолжаешь ставить мне проходные оценки».

«Минет достаточно для домашнего задания; мы говорим о промежуточном экзамене. Одно дело — попросить меня пересмотреть оценку с 50+ до «B». Другое дело — попросить меня поставить тебе проходную оценку, когда ты даже не появляешься!»

«Можешь засунуть это мне в задницу», — спокойно сказала она, холодно оценивая меня.

Я быстро моргнул и внезапно почувствовал одышку. Саманта никогда не позволяла мне засунуть ей в задницу. «Прошу прощения?»

«Не только минет. Ты можешь снова трахнуть меня. И ты даже можешь засунуть мне в задницу. Сегодня вечером. Я приду к тебе домой. Ты можешь иметь меня столько, сколько захочешь. Всю ночь. Трахни меня и кончи мне на грудь, а потом я буду сильно сосать тебе, и ты сможешь проткнуть мою выхлопную трубу. И даже потом я снова буду сосать у тебя».

Во рту пересохло. С тех пор, как я стал профессором, я спал больше, чем с несколькими шлюхами. По своей природе именно более дикие люди с большей готовностью стараются улучшить свои оценки. Я даже садомировал некоторых по пути. Но даже самые распутные сучки никогда не были такими… прямыми… как Кейси сейчас.