- Изоляция никому на пользу не идет, — хрипло ответил парень. — Почему я не могу пошевелиться?

- Потерпи еще немного. Я вытащила из тебя двенадцать арбалетных болтов. У их наконечников была странная форма, из-за которой раны увеличивались от каждого движения. Даже с твоей регенерацией такие повреждения за несколько минут не затянутся. Тем более, твоя душа не принимает участие в исцелении, отчего процесс еще сильнее замедлился.

Зиргрин замолчал. Ирша тоже ничего не говорила, продолжая перебирать его волосы и напевать приятный, хоть и незнакомый, мотив. Спустя приблизительно два часа белый архан ощутил, что может снова двигаться. Наконец-то он смог осмотреться. Они находились в бескрайней пустыне на краю каких-то древних руин, почти полностью занесенных песками. От беспощадно палящего солнца их защищала одна из разрушенных колонн, из которой, словно шляпка гриба, росло заклинание богини, сотворившее широкий каменный зонт.

- Это что, Самахадская пустыня? — удивленно обозревая барханы, пробормотал парень. — Что ты здесь забыла?

Ирша немного грустно улыбнулась.

- Когда-то здесь был народ семешей. Их Прародитель был мои другом. Я надеялась навестить его, но оказалось, что и мой друг, и его народ были погребены песками много сотен лет назад. Здесь же я встретила этих смертных. Они сразу попытались меня поймать, а когда не преуспели, вернулись с подмогой. Раз за разом они нападали, всякий раз убегая. Только потом я поняла, что они просто изучали меня и выбирали то, что лучше всего на меня подействует.

Архан лишь тяжело вздохнул. Ирша на самом деле напоминала птичку, вырвавшуюся из хрустальной клетки и не знающую, что делать дальше.

- Возвращайся. Сейчас о тебе знает только Ашмар, но вскоре слухи разойдутся. Тебе не дадут покоя, пока не изловят и не подчинят, как это случилось с Сарсом и сильдами. В современном мире все боги стараются находиться под защитой своих потомков. Разве что, ты решишь уйти в духовные слои, но какой от этого для тебя будет толк? Там ведь все еще однообразнее.

- Хитрый маленький змееныш, — звонко рассмеялась она, заглядывая ему в глаза. — Ты пытаешься уговорить меня вернуться, чтобы сбежать самому.

- В том числе и это, — не стал отрицать парень.

- Я вернусь с тобой. Мне действительно нечего делать среди людей. Но и тебе сбежать я не позволю. Ты не покинешь трон, пока не родится наследник. Белый мальчик. Таково мое условие.

Зиргрин просто дар речи потерял. Насколько бесстыжими могут быть боги? Она сама спровоцировала почти полное уничтожение Белого клана, а теперь требует от него наследника!

- Хорошо, — легко согласился он, принимая эти условия. Если она присмотрит за Маиром, то он сможет уйти со спокойной совестью.

- И я не буду привязана к твоему клану. Я могу уйти, когда захочу, — напомнила она, серьезно глядя на своего потомка.

- Разумеется.

Зиргрин внутренне усмехнулся. Столько горя, столько крови. И все это лишь ради того, чтобы месяц побродить по миру, спасаясь от преследующих ее наемников, чуть не оказаться в рабстве, после чего вернуться назад. Боги действительно эгоистичны. Но она нужна арханам, и с этим нельзя ничего поделать.

- Я помогу тебе вернуться, — улыбнулась Ирша, принимая истинный облик.

Мощные кольца змеиного тела обвились вокруг парня, полностью скрыв его в образовавшемся клубке. Земля под богиней разошлась, после чего некоторое время белого архана окружала абсолютная тьма и тишина. Но он не волновался. Почему-то в змеиных кольцах Прародительницы он ощущал себя невероятно спокойно.

Наконец, он увидел тусклый свет магических светильников. Ирша разжала кольца и вернулась к облику белоснежной арханы. Этот зал Зиргрину был знаком. Подземный уровень центрального храма богини.

- Спасибо, — пробормотал он, стаскивая с затылка изрядно надавившую ему во время путешествия маску.

- Тебе нельзя больше использовать перемещение, пока не навестишь свою «клетку» и не завершишь свое слияние с изначальной сущностью, — произнесла богиня в спину уходящему парню. — Твоя душа утратила способность к восстановлению. Я сделала все, что могла, когда лечила тебя. Следующее твое перемещение закончится смертью. Не только физической, но и духовной.

- Понял, — коротко ответил Зиргрин, покидая ее покои.

Новости были далеки от приятных, но с этим можно было жить. В конце концов, он довольно скоро сможет отправиться вместе с Ренаном обратно в Керм. Осталось дело за малым — родить наследника. С пятью десятками жен это вряд ли будет трудновыполнимо.

Об исчезновении Зиргрина был в курсе один только Хорм. Зато о возвращении Ирши буквально в течение получаса стало известно по всей стране. Обрадованные арханы, считавшие, что богиня покинула их навсегда, выходили и плясали от счастья прямо на улицах городов и деревень. Все это постепенно перетекло в полномасштабное празднество, на которое Зиргрин приказал выделить достаточно средств. Ирша была матерью всего арханского народа. Как бы ни был силен их новообретенный князь, но Праматерь занимала в сердцах каждого представителя змеиного народа особенное место.

В разгар торжества в кабинете Зиргрина появился пожилой мужчина с ошейником на горле. На нем была иллюзия одежды, через которую более сильный в воздухе архан при желании мог все прекрасно видеть, но парень был благодарен уже хотя бы за это.

- Народ сильдов принял решение, — глубоко поклонился он поднявшемуся со своего места арханскому князю. — Настало время вернуть себе свободу и достоинство разумной расы.

- Наконец-то, — довольно усмехнулся Зиргрин, коснувшись на мгновение ключ-руны ошейника, а после рывком сорвав его с шеи старика. — Тогда сегодня, в честь праздника возвращения Ирши, своим указом я объявлю свободу вашему народу. На днях я буду гостить у альварского князя. Он задолжал мне услугу. Изначально я планировал попросить у него флакон слез Ариндала, но, пожалуй, справлюсь и без него.

Слезы Ариндала — это жидкость, которая выделяется на поверхности ствола впавшего в спячку альварского предка. У альвар во все времена были проблемы с рождаемостью, особенно в среде знатных семей. Чтобы зачать наследника им часто приходилось употреблять Слезы Ариндала. Оказавшись в щекотливой ситуации, Зиргрин был намерен ускорить процесс появления на свет белых архан при помощи этого зелья. Впрочем, он обоснованно полагал, что справится и без него.

- Ты уверен в своем решении? — поинтересовался потиравший шею сильд. — Насколько я знаю, для Маира восстановление Белого клана является жизненной необходимостью, ведь только Белые обладали даром исцеления в твоем народе.

- Четырехсторонний союз для меня гораздо важнее, — отвернулся от сильда Зиргрин. — Ступай, мне нужно еще позаботиться обо всем. Чувствую головную боль уже сейчас, хотя еще ничего не говорил Совету.

- Четырехсторонний союз? — нахмурился сильд, не торопясь покидать княжеский кабинет.

- Хм… Если удастся найти общий язык с ночными альварами, то будет пятисторонний. Впрочем, это можно будет назвать полноценным альянсом.

Сильд тяжело дышал, пытаясь оправиться от услышанного. В планах Зиргрина было объединить в союз пять совершенно не похожих друг на друга народов. Нечто подобное…

- Я счастлив жить в одно время с тобой, Зиргрин. Я никогда не думал, что увижу новую Эпоху Единения.

- Все пока лишь в виде планов, в которые может вмешаться, что угодно. Но, если получится…

- Это будет величайшим достижением за последние эпохи, — с горящими глазами посмотрел на все еще стоявшего к нему спиной и рассматривавшего что-то в окне парня старый сильд.

- Не нужно преувеличивать. Я сказал это тебе только для того, чтобы сильды четко понимали мои намерения. В Керме не осталось порабощенных сильдов, а если появятся новые — я их найду и вытащу. Но ваша ненависть к людям и арханам укоренилась слишком глубоко. И если на Маир нападать твои сородичи не решатся, то люди… Если сильды не смогут сдержать свою ненависть и не будут готовы начать заново выстраивать с людьми отношения, то по мне лучше всех вас оставить в рабстве. Для всех нас так будет лучше.