Я считала, что предыдущая темнота была плоха, но эта была чернотой, какой я не могла припомнить, темнее силы Мрака... я не видела собственных рук. Я отпихнулась прочь от Поттера. Шокировало то, насколько он всё ещё оставался щуплым, даже после всего этого времени в Хогвартсе.

Дотянувшись до палочки, чтобы выполнить заклинание света, я застыла, ощутив поверхность, на которую мы приземлились. Она была мягкой, но всё же, тщательное обследование показывало, что она ощущалась так, словно там были чешуйки. Это была какая-то кожа, в которой больше не было исходного жильца.

Только два вида созданий сбрасывали свою кожу похожим образом, и первый тип из них я ощутила бы и смогла бы контролировать.

И только затем я ощутила нечто вроде странного, горячего ветра, дующего на нас. Пахло чем-то прогорклым, вроде гниющего мяса и протухшей крови.

— Здесь кто-то есть, рядом, — сказал Поттер.

Мне показалось, что довольно глупо было с его стороны вообще что-то говорить; кто бы здесь ни находился с нами, он без сомнения уже слышал звуки того, как мы упали сюда, проломив крышу. Зачем выдавать нашу позицию, если того не требуется?

В комнате, в которой мы находились, практически не было насекомых; всё выглядело практически так, словно все насекомые, которые когда-то тут имелись, сбежали прочь из чувства самосохранения, или оказались убиты.

Насекомые из моей мошны начали растекаться по комнате. Потребовалось время, но в финале я начала ощущать помещение, в котором мы находились. Оно было огромным, но та штука, которую мы слышали и ощущали, находилась прямо перед нами. Мои насекомые столкнулись с чешуйками.

Распространяясь, насекомые начали ощущать размеры этой штуки. Она была огромной; длиной с полуприцеп,⁽³²⁾ может быть немного длиннее. Она была выше меня, и, насколько я могла сказать, выглядело все так, словно она имеет форму огромной змеи.

Я застыла. Или эта штука могла видеть нас, в каковом случае её привлекло движение, или она могла слышать нас. Она находилась достаточно близко, так что даже с учетом её размеров, я не была уверена, что смогу вовремя отскочить с дороги, а Поттер оказался бы гарантированно убит.

В отчаянии, я посылала насекомых всё дальше и дальше вперёд, ища выход. Пока я не буду знать, куда нам двигаться, движение могло оказаться как раз тем, что привлекло бы внимание этой штуки.

Тем не менее, стоять здесь тоже не входило в число вариантов. Рано или поздно, эту штуку обуяет любопытство, и множество животных исследовали вещи при помощи укусов. При размерах штуки, укус или перережет одного из нас напополам, или, ещё хуже, она просто проглотит нас целиком.

Насекомые, оказавшиеся рядом с клыками штуки, умерли почти мгновенно, в агонии. Я поморщилась, радуясь тому, что никто не мог этого увидеть. Штука была ядовитой.

Как бы сказать Поттеру, что нам следует уйти, не потревожив создание? Если бы это был один из Неформалов, то я как-нибудь смогла бы использовать насекомых, но Поттер ничего не знал.

— Мне кажется, нам следует убираться отсюда, — пробормотала я в ухо Поттера.

Я говорила почти неслышно, но тем не менее, услышала звук движения.

Раздался ужасающий звук чешуек, скользящих по камню, и дыхание на наших лицах стало горячее.

Я крепко ухватила мантию Поттера и приготовилась к уходу в сторону. В одиночку, у меня, вероятно, получилось бы; животное такого размера, вероятно, было не таким уж быстрым, если не усилено магией. Тем не менее, учитывая близость штуки и тот факт, что я собиралась тянуть за собой Поттера, я боялась, что окажусь недостаточно быстрой.

Я услышала монструозный шипящий звук. А затем — шипение и скрежещущий ответ сбоку от меня. Это говорил Поттер.

— Он говорит, что голоден, — сказал Поттер.

Поттер говорил на змеином? Я не слышала о таком таланте, но я только начинала изучать магию. Теперь это было полезным, но только если Поттер не потеряет головы. Как можно перехитрить змею?

— Скажи ему, что мы не пища. Что время ему пробудиться ещё не настало, — сказала я тихо.

Последним, что мне хотелось бы сделать — настроить эту штуку против себя. Очевидно, змея могла слышать, раз уж она говорила с Поттером, разве что речь работала на магическом уровне.

Гарри возле меня зашипел и заплевался, и в течение следующей минуты между ними происходил разговор, которого я не понимала. Мне это не нравилось, и я взвесила свои варианты.

Мой порошок тьмы, скорее всего, не сработает на змее; у них была репутация созданий, способных ощущать вещи во тьме при помощи языка. Также, вокруг уже было темно; порошок больше помешал бы нам, чем ей. Шарики не сработали бы на штуке, у которой нет ног.

Рождественские петарды могли сработать, в зависимости от того, насколько хорош был её слух. Несмотря на способность слышать Поттера, оставалось возможным, что штука была глухой. Я смутно припомнила, что змеи не могли слышать. В любом случае, у нее не было каких-либо заметных ушей, так что, даже если она могла слышать, петарды могли лишь настроить её против нас.

Я посылала насекомых всё дальше и дальше, высматривая путь наружу. Я обнаружила внезапный бриз на востоке, и потянула за рубашку Поттера.

— Если я создам свет, это не взбесит его? — спросила я.

— Он говорит, что, если посмотрим ему в глаза, то это убьет нас, — ответил Поттер.

В его словах слышалось восхищение вместо испуга.

— Как мило, — пробормотала я.

Доверяй Хогвартсу, в котором водятся монстры в пещерах под ним, с ядовитыми клыками и способностью убивать взглядом. Это объясняло бы, почему там не было насекомых, предполагая, что время от времени внизу всё же появлялся свет. Возможно, что вход, который я учуяла, давал достаточно солнечного света, чтобы взгляд срабатывал.

Или, возможно, там имелись магические факела, вспыхивавшие по желанию этой штуки.

— Мне кажется, оно одиноко, — сказал Гарри, после еще одного обсуждения с существом.

— Оно ядовито, — отозвалась я. — И оно может убить нас, просто глянув. Это означает, что даже если оно дружелюбно, оно всё равно может убить нас, не желая того. Также, оно пятидесяти футов в длину, и это означает, что оно может нас просто раздавить.

— Откуда ты это знаешь? — спросил он.

— Сам как думаешь? — спросила я в ответ.

На самом деле это не было ответом на его вопрос, но, позволив ему придумать свой собственный ответ, мне не придется придумывать мой.

— Я знаю дорогу наружу.

— Оно хочет, чтобы мы вернулись, — сказал Поттер.

— Скажи, что вернёмся, — ответила я.

Соврать пятидесятифутовой змее не являлось проблемой. А вот умереть из-за неё являлось. В конечном итоге, я собиралась сделать так, чтобы Поттер сказал то, что требовалось, дабы мы оба смогли оказаться в безопасности.

Он поговорил и мгновение спустя сказал:

— Он позволит нам уйти.

Я ощутила неожиданное чувство облегчения. Я боялась, что в конечном итоге дойдет до убийства Поттера, и это, скорее всего, плохо отразилось бы на мне. Выбраться самостоятельно было бы трудно, но возможно, но с Поттером подобное стало бы практически невозможным.

Теперь у нас был шанс. Если повезёт, я, может даже смогу свалить убийство Филча на эту штуку. Волшебники, как правило, не слишком хорошо умели расспрашивать, и если там будет очевидное объяснение, они, скорее всего, на нём и остановятся.

— Хорошо, — сказала я.

Я потащила Гарри вослед за собой так быстро, как только могла.

Он спотыкался за моей спиной, но я двигалась безошибочно. Ковер из насекомых двигался передо мной, рисуя мысленную картину обстановки вокруг в ощущениях.

— Ты это слышала? — спросил Поттер.

Впервые он звучал обеспокоенно.

Он слышал звук насекомых из моей сумочки, двигающихся в темноте. Рядом со змеёй он не боялся, а теперь испугался?

— Ерунда, — коротко ответила я.

Я продолжала тянуть его за собой, и он спотыкался по дороге.

Впереди находился проход. Он, кажется, был блокирован кустами ежевики.