- Почему ты поморщилась? - Спросила девочка.

- Потому что гржданские войны не бывают короткими, и всегда оборачиваются миллионами смертей, - Пояснил я, - Как Святая, погружать Империю в смуту и кровопролитие я не хочу. Да, система не идеальна, но...

- Но мы встретили очень много людей, которым все нравится! - Перебила меня Аршисса.

- Да! - Кивнул я, - Это - на самом деле хороший, светлый мир, в котором жизнь относительно легка и беззаботна, - Подумав, добавил: - Если, конечно, не покидать защитный купол. Да, скучновато, но мы ведь не станем сидеть сложа руки. Лично у меня, например, есть несколько задумок, которые сделают жизнь Империи гораздо веселее.

- А почему ты все время повторяешь "этот мир"? Разве есть другие?

- Есть, - Кивнул я, - При гибели разумного его душа, если, конечно, рядом не оказалось подлого некроманта, способного душу удержать, очищается и отправляется в мир другой. Разумный свою прошлую жизнь не помнит, поэтому знают об этом факте немногие.

Дракоша задумалась и пообещала:

- Мне кажется, я понимаю, почему нельзя говорить об этом остальным.

- Как и ожидалось от дракона! - Потрепал девочку между рожек.

- Значит, все эти истории и песни - из твоего старого мира?

- Верно! - Кивнул я.

- Ты прибыла из поистине страшного места! - Поежилась Аршисса.

- Даже не представляешь насколько, - Грустно кивнул я и встрепенулся: - Как бы там ни было, это все в прошолом, и совсем никак не влияет на нашу нынешнюю жизнь. Мне по-прежнему больше всего нравится второй вариант. А тебе?

Дракоша глубоко задумалась.

- Ты говорила о «памяти предков»?

- Верно, - Кивнул я.

Что ж, это было ожидаемо, но не врать же мне Аршиссе? Девочка полыхнула решимостью в глазах:

- Если есть хоть малейшая возможность благодаря этому ритуалу узнать, где моя мама – я выбираю этот вариант!

Сердце сдавило от жалости – я уже догадываюсь, к чему все идет, но, увы, без этого – никак.

- Хорошо. Я обещала тебе, и от своих слов не отказываюсь. Кроме того – я давно мечтала полетать на могучем драконе!

Аршисса с улыбкой кивнула, я взял ее за руку и развеял щит, дав возможность терпеливо дожидающейся нас Иоланте спросить:

- Готовы?

- Готовы! – Одновременно кивнули мы.

- Снимай печать, - Добавил я.

Настоятельница сложила руки в сложном жесте, я ощутил дуновение святой маны – запомнил, усвоил! – и дракоша радостно засмеялась.

- Подождешь немного, ладно? – Попросил я ее.

- Подожду! – Кивнула она, и мы двинулись за Иолантой.

Проходя мимо озадаченной Маши, при помощи щита создал звуконепроницаемый коридор от моей голове к ее:

- Если земля начнет дрожать, постарайся увести как можно девочек на Запад. Проход будет свободен минуты три.

Проигнорировав ее испуганный взгляд, обошли школу слева и двинулись к каменной приземистой пристройке без окон. Дверь нам открыла мрачная послушница лет тридцати, посторонилась с поклоном, и по чудовищно длинной спиральной лестнице мы спустились в огромный каменный, освещенный кучей свечей, зал, в центре которого возвышался идеальной кубической формы черный обелиск, который вместо ожидаемого отражения свет поглощал. Супер священный, получается.

Иоланта одним повелительным взглядом удалила из помещения пару послушниц, и мы остались втроем. Аршисса судорожно сглотнула и поежилась, я взял ее за руку:

- Еще не поздно перейти к другому варианту.

Иоланта насторожилась.

- Нет! – Твердо покачала головой девочка, покрепче сжав мою руку: - Я готова!

Наставница едва заметно выдохнула и выдала инструкции:

- За руки вы уже взялись, поэтому нужно просто прикоснуться к Обелиску свободными руками.

- Долго? – Спросил я.

- Как получится, - Ушла она от ответа и пояснила в ответ на мой недоуменный взгляд: - В записях упоминаются только два ритуала. Первый занял несколько минут, второй – пару дней. Лично я надеюсь на первый вариант.

Сделав глубокий вдох, вслед за девочкой подошел к Обелиску, и мы одновременно положили на него ладони. Иоланта хорошо поставленным голосом затянула протяжную, проникающую в самую душу, песню на незнакомом мне языке. А я-то надеялся, что при перерождении мне выдали сразу все «языковые пакеты».

Внезапно по душному помещению пронесся порыв ветра, погасив свечи. Спустя жалкую секунду темнота отступила, потому что Обелиск активировался и показал нам языки пламени. «Скринсейвер» - подумал перерожденец из техногенного мира.

Через пару мгновений языки пламени развеялись, и Обелиск явил нам размытую гуманоидную фигуру. Постепенно она начала обретать ясность, и мы увидели прекрасную, обнаженную стройную женщину с ярко-алыми волосами ниже колена, с драконьими лапами и длинными, изогнутыми золотистыми рогами.

- Мама... – Выдохнула Аршисса, отражая широко распахнутыми глазами явленную Обелиском картину, - Мама! МАМА! – Жалобный крик резонировал от стен и поверхности артефакта, но изображение оставалось к нему глухо.

Дернувшись, плачущая дракоша вырвала лапку из моей руки, когтями располосовав ладонь, и начала стучать кулаками по глухо откликающемуся на удары Обелиску. Видимо, контакт больше не нужен, потому что закаменевшая лицом Иоланта (не могу осуждать – мы же здесь ради гребаного высшего блага!) замолчала, а изображение женщины улыбнулось и заговорило, глядя куда-то в стену над головой девочки:

- Здравствуй, дочка!

- Здравствуй! – Радостно закричала девочка, - Мама, я так долго тебя ждала! Где ты? Как тебя найти?!

Как и ожидалось от моей лучшей и единственной ученицы – сразу поняла, что это – аудиовизуальный ряд.

- Прости, что оставила тебя, - Грустно улыбнулась женщина-дракон, - Я надеюсь, что ты поймешь меня.

- Я не обижаюсь! Мама, я обязательно найду тебя!

Из моих глаз потекли слезы.

- Прости, но если ты это видишь, значит у нас с Изабеллой все получилось, - Мягко сказала женщина, - И меня больше нет в этом мире.

- Мама… - Едва слышно пискнула девочка, упав на колени и продолжая цепляться за Обелиск.

- Когда я во время очередной охоты покинула нашу уютную пещеру, я познала весь ужас, который принесли с собой проклятые некроманты, - Лицо женщины исказила ненависть, - И просто не могла поступить иначе. В их мире для тебя не осталось бы места. К счастью, мне удалось встретить святую Изабеллу. Вместе мы изничтожили толпы этих тварей, но на их место сразу вставали новые! Некромантов было не остановить, и я охотно пошла на самопожертвование, чтобы у тебя была возможность вырасти в мирном, полном жизни, мире, - Из глаз женщины потекли слезы, - Времени было мало, и все, что я успела сделать – вложить кусочек себя в тебя. Больше всего я жалею только о том, что не успела правильно тебя воспитать. Если ты здесь, значит у нас все получилось, и, как и было спланировано, ты встретилась со Святой этого поколения.

Изображение повернулось, и я невольно сделал шаг в сторону, чтобы она смотрела на меня, а не в стену.

- Прошу тебя, позаботься о моей дочери. Покажи ей этот мир. Покажи ей разумных, избавь от вложенной мной ненависти, позволь прожить долгую, достойную, счастливую жизнь.

- Обещаю, - Прекрасно осознавая глупость диалога с «записью», прошептал я.

- Дочка! – Женщина повернулась снова, - Помоги Святой. Закончите то, что начали мы с Изольдой. Очисти этот мир, а после – стань его хранителем, и тогда, когда ты завершишь свой путь здесь, твоя душа будет достаточно чиста, чтобы мы с тобой встретились в другом мире!

Изображение зарябило и начало таять.

- Мама! Мама, я обещаю! Я все сделаю! Мы обязательно встретимся, слышишь! – Жалобно плакала девочка, тщетно царапая непоколебимую поверхность темнеющего Обелиска, - Мама… - Обессиленно выдохнула она и продолжила тихонько плакать в охватившей помещение темноте.

Глава 18

Присев, по ауре (их-то видеть темнота не мешает) нашел голову девочки и аккуратно погладил. Шмыгнув носом, она крепко прижалась ко мне и продолжила плакать. Дав ей десять минут и дождавшись, пока мелкая дрожь не покинет тело дракоши, тихонько сказал: