— Которую?

— Ту, что с регулятором солености.

Снова мне показалось, что он надо мной издевается.

— Ну и что же вы с ней сделали? — спросил я с расстановкой, даже не пытаясь скрыть свое раздражение.

— Включили на полную соленость.

— На полную? — шепотом переспросил я, подтягивая к себе одну из пустых бутылок и укладывая горлышко ее удобнее в руку.

— Да, — сказал он невозмутимо.

— А дальше?!

— Ушли в прошлое.

Рука с бутылкой повисла в воздухе. Челюсть моя отвисла.

Дядюшка Уф исчез…

Я ошарашенно осмотрелся. В зале, кроме замерших киберов, никого не было. За окном осенний ветер гнал по улице сухие листья.

— Черт! — выругался я. — Неужели мне все пригрезилось? Не иначе, как с вина ихнего.

— Ничего подобного, — услышал я голос дядюшки Уфа и резко обернулся. Он сидел в другом конце зала и что-то жевал. — Ничего подобного! Я тебе не пригрезился.

— Где вы только что были? — спросил я, ставя на стол пустую бутылку.

— В прошлом, — ответил он, даже не моргнув глазом. — Ждал, пока ты успокоишься. Нервишки, нервишки, молодой человек!

Мне стало стыдно.

— Но как это вам удается?

— Нет ничего проще, — сказал он и направился ко мне, — берешь карманный антигравитатор, блок…

— Я это уже слышал, — угрюмо перебил я.

— …включаешь антигравитатор…

— И это тоже я слышал.

— …крутишь регулятор солености…

— Опять? — спросил я и потянулся за пустой бутылкой.

Дядюшка Уф замолчал, обиженно пыхтя.

— Не опять, Витя, а снова, — сказал он наконец с дрожью в голосе. — Я снова объясняю тебе устройство простейшей машины времени. Очень жаль, что ты такой бестолковый.

Я больше не возражал. Я молча слушал, не зная, что и думать. Минут через пять я вроде бы стал кое-что понимать, еще через пять — мне стало интересно, и, наконец, в течение следующих пяти минут я чуть не кончился от смеха, поняв, что нет ничего проще, чем соорудить машину времени.

— Ну хорошо, — промолвил я, когда мы кончили смеяться. — Это все, можно сказать, понятно. Но как вам удалось организовать такой всеобщий побег? Думаю, если бы киберы узнали о том, что вы затеяли, они бы попрятали все кухонные комбайны.

— Нет ничего проще, — ответил дядюшка. — Принцип действия машины времени я объяснил всем согражданам во время своего выступления по телевидению.

— Как? — не понял я. — И киберы… позволили вам?

— Видел бы ты, Витек, как они смеялись!

— Кто смеялся?

— Ясно, киберы!

Я поскреб макушку, пытаясь сообразить, что к чему. Понятнее не стало.

— А… почему они смеялись? — спросил я неуверенно.

— Ну я же уже сказал тебе: у них очень развито чувство юмора.

— Ну и что из этого?

— Как что?! — Дядюшка начал нервничать. — Я ведь со своим предложением в развлекательной программе выступил. Номер назывался: «Нет ничего проще!»

— Вот так в открытую и рассказали?

— Ну да. Объяснил устройство. Посоветовал всем включить максимальную соленость в тот же вечер в двадцать один час ноль-ноль минут, что все разом и сделали.

— ?!

— А что ты все время удивляешься?! — возмутился Уф. — Киберы сочли мое выступление за удачную, веселую шутку.

— Но люди-то! — простонал я. — Они, что же, вам поверили?

— А что им оставалось делать? У них чувство юмора еще лет десять назад выродилось, потому они и приняли мое предложение за чистую монету.

Я не верил своим собственным ушам.

— И куда же вы все переселились?

— Естественно, в то время, когда еще не было на планете разумных существ. Не могли же мы ломать ход истории и вторгнуться такой оравой, скажем, в средневековье. Нас бы там просто не поняли.

— Ну да, конечно, — пробормотал я, присасываясь к бокалу с кипящей, полосатой, фиолетово-зеленой жидкостью. — Ну и как вы там? — спросил я, выплескивая полосатую пакость изо рта.

— Плохо. Динозавров всяких — тьма. Удобств — никаких, киберов из этого времени воровать и переделывать приходится опять же.

— А почему бы вам в будущее не сигануть?

— Не получается, — дядюшка Уф огорченно вздохнул. — Нет у нас машин таких, не изобрели. Можем только в прошлое и назад.

— Ну а киберы? Почему они за вами следом не ринулись?

— В том-то и хитрость заключается, что машина времени только с живым человеком работать может. Человек — элемент ее системы.

— Ага, понятно. А почему бы вам всем по колпаку не сделать? Антителепатическому.

— Где их делать? Заводов-то там нет. И вообще, у нас там почти ничего нет, в пещерах живем.

— Да, так, конечно, плохо, — согласился я. — Ну и что вы дальше делать намерены? Сдаваться на милость киберам?

— Как бы не так! — довольно усмехнулся Уф. — А это зачем? — И он ласково похлопал по своему доисторическому парализатору. — Я уже насобирал деталей на десяток таких пушек. Мы им тут поддадим жару! Всех переделаем! Блоки инициативы повыкручиваем — шелковыми станут. Что прикажем, то и будут делать, но не больше. Они у нас быстро разучатся мысли читать!

— Ах, да, — вспомнил он вдруг. — Ты обещал пистолетиками поделиться?

— Запросто.

— Ну тогда пошли к тебе в гости.

И мы отправились к моей шлюпке, распевая на всю улицу песни и постреливая время от времени из своих разнокалиберных парализаторов.

— А ты не очень расстраивайся, — успокаивал меня по дороге дядюшка, повиснув от избытка вина и чувств на моем плече. — Это ничего, что ты опоздал малость. Мы все равно тебе памятник золотой поставим. Как-никак первый порядочный пришелец, не то что некоторые.

ПРИЗРАК УЩЕЛЬЯ АННЫ

«…26 июня приступили к осмотру ущелья. На малой транспортной шлюпке геолог Анна Васильева и бортмеханик Николай Стрельцов благополучно совершили посадку на столбы. Первой из шлюпки вышла Анна. Она успела сделать всего несколько шагов и провалилась.

…Группа спасателей, прибывшая в ущелье через час, спустилась в провал на глубину пятьсот метров, но до дна его добраться не смогла. С помощью приборов удалось определить глубину провала — 2973 метра…

…Столбы проваливаются часто. За время спасательных работ зарегистрировано четыре обвала. По счастливой случайности все обошлось без новых человеческих жертв. Я вынужден был отдать приказ: прекратить спасательные работы как бессмысленные и опасные».

(Из рапорта командира звездолета «Мир»

В. П. Иванова.)

«…27 июня в 18 часов 36 минут радиоинженер Владимир Попов самовольно покинул корабль. Совершив на малой транспортной шлюпке посадку в районе ущелья, пробыл там два часа. Причину своего поступка объяснить отказался.

…За грубое нарушение Космического Устава приказываю отстранить В. Попова от исследовательских работ до возвращения на Землю».

(Из приказа командира звездолета «Мир»

В. П. Иванова.)

1

Начальник экспедиции сидел в своем кабинете и хмурился, о чем-то сосредоточенно размышляя. Он даже не обернулся, когда вошел Олег.

— Иван Петрович.

— Да, — он оторвался от своих невеселых дум и удивленно посмотрел на Олега. — А… Это ты. Что-нибудь случилось на стройке?

— На стройке все в порядке. Я только что с дежурства, а в поселке все говорят о каких-то снимках. Посмотреть можно?

Несколько секунд Иван Петрович задумчиво смотрел на Олега, словно не понимая, что тому нужно, потом вдруг сказал:

— Снимки? Ах, да, снимки… Как же… Как же… Вот они, — и протянул пачку блестящих листков фотопластика. — Задал мне задачку товарищ Свиридов.

Олег присел в свободное кресло и принялся внимательно изучать фотографии, раскладывая их аккуратными рядами на столе.

— Ну, что скажешь?

Олег пожал плечами.

— Трудно судить, снято с большого расстояния.