Как не странно, главным во всём этом многообразии был Ламерт.

— О, кого я вижу? — воскликнул он, завидев Иэнель, — Крошка, ты наконец то пришла ко мне! Раздевайся, ложись, сейчас мы с тобой займемся волшебством, — многозначительно подмигивая, кивнул он на кровать оплетенную трубками и множеством непонятных приспособлений: стеклянными колбами с разноцветными жидкостями, пульсирующими сферами, множеством драгоценных камней в трехмерных сферических пентаграммах, висящих над полом, а также мигающих огоньков в небольших серых коробках. От загадочных коробок тянулись прозрачные полые трубочки, заканчивающиеся иглами в странных футлярах.

— Ламерт, оставь свои извращения за дверью, — фыркнула она, с интересом рассматривая комнату.

— Дык, только этим и живы!

Иэнель устало вздохнула. Припираться с ним было уже традицией, но иногда это просто утомляло, например, как сейчас. Жаль, нельзя сказать, что она уже замужем. Вот бы посмеялась над выражением его лица.

Следом в кабинет вошел Урмэд, никак не отреагировав на призыв мага, хотя, Иэнель была уверенна, слышал.

— Урмэд, но хоть ты докажи, что я честен в своих намерениях, я буду примерным семьянином, клянусь всеми богами!

— Ну, если боги прикроют глаза и отвернутся, — усмехнулся он, — О твоей любвеобильности шепчутся все кроли в королевских вольерах.

Мужчины рассмеялись и крепко обнялись. Иэнель с удивлением обнаружила, что между ними скорее всего нечто большее, чем просто деловые отношения. А по тому, как они мудрёно пожали друг другу руки, тут попахивало крепкой дружбой.

— Что сегодня будем делать? Шрамы, ожоги, или может быть обморожение, — осклабился он.

— Ожоги. Открытый огонь, повреждения второй степени, быстрое заживание. Лицо, плечо, бедро.

— Сколько ты себе рожу будешь портить? — возмутился Ламерт, — Может только спину?

Урмэд задумался. Но потом мотнул головой.

— Зато так наглядней. Тем более у дайнов регенерация хорошая. Заживает как на драконах.

— Можно подумать, мы знаем, как заживает на драконах, — фыркнул маг, — никто их не видел вёсен эдак триста. Раздевайся, ложись, — кивнул он на кровать, — Эх, ну почему ты не Иэнель?

— Ты ей шкурку подпортить хочешь?

— Тьфу на тебя, — рассмеялся друг, но увидев, что Иэнель потянулась к большой красной кнопке на стене, побледнел и возопил:

— Стой!

Иэнель застыла с вытянутой рукой не столько напуганная, сколько удивленная.

— Что это?

— Не нажимай, не то сейчас сюда сбежится вся реанимационная бригада, и мне влетит за ложный вызов.

— Какая? Кто? Что?

— Всё объясню, но сейчас важное дело, — наставительно объяснил Ламерт, увлекая ее под локоток и усаживая в кресло.

Ламерт наложил ладонь на щеку Урмэда, в области нижней челюсти, между ухом и шрамом. Под его ладонью кожа засветилась и стала розоветь, а потом краснеть, приобретая оттенок свежего ожога. Пальцами правой руки, он словно из глины сформировал рубцы. Так же поступил с шеей, спиной, плечом и боком. Словно бы Урмэд действительно угодил в пламя.

— Тебе не больно? — спросила у Урмэда Иэнель, внимательно следя за манипуляциями Ламерта.

— Абсолютно! — ответил за него маг.

— А каков принцип этой магии?

Ламерт усмехнулся.

— Раз уж тебя посвятили во всё это, то думаю, можно тебе сказать. Принцип прост и частично основан на иллюзии. Я словно дублирую верхний слой кожи, разогреваю, деформирую его и формирую новый. Далее, новую, «поврежденную» кожу накладываю на здоровую, спаиваю магией. Психике и собственно коже не наносится никакого ущерба, и в этом случае обратный процесс возможен. Нужно лишь убрать верхний слой.

— А в каком не возможен?

— Который действительно затрагивает организм. Например, на клеточном уровне и ещё глубже. То есть буду работать уже не с иллюзией.

— Именно так вы поменяли тело?

Ламерт хмыкнул.

— Да, только к сожалению, теперь не знаем, как вернуть старое.

— Откуда у тебя такие знания. Вы сами разработали эту технику или подсказал кто?

Иэнель, знакомой со многими техниками лечения, было очень интересно. Даже множество незнакомых слов не смущало ее, казалось, она подсознательно знает их значение.

Ламерт вздохнул, отвернулся сосредоточившись на спине Урмэда — как раз доделывал последний «ожог». Помолчал, словно что-то раздумывая. Наткнулся на взгляд дайна. Тот еле заметно кивнул.

— Ладно, раз тебе можно… Сейчас, покажу наглядно.

Урмэд, я закончил.

Дайн кивнул, закинул руки за голову и повозившись, нажал что-то на кровати. Спинка тут же приподнялась, принимая наиболее удобное положение для «пациента».

Иэнель охнула и подошла посмотреть. Но под кроватью не увидела ничего кроме непонятного механизма.

— А вот это как раз и объяснит мой рассказ, — загадочно улыбнулся Ламерт, показав на механизм кровати

— Этот подвал не просто так превратился в наше тайное убежище. Когда-то давно тут было древнее капище или алтарь древних богов, уж не знаю, как правильно назвать это место. Позже, здесь был выстроен храм, в последствии разрушенный, а потом предки твоего отца построили на его месте замок, далее перестроив во дворец.

Долгое время никто не догадывался, что скрывают мрачные подземелья, пока не появился молодой маг Эльференс из рода Энклада — нашего рода. Он оказался очень талантливым молодым айном, учуял разлитую в подвалах мощную магию, и докопался (в прямом смысле) до истинного назначения одной арки.

Она находится еще на один уровень ниже и вырезана в массиве черного мраморита. Особенность этого камня в том, что он полностью поглощает свет, а ее проем нельзя пройти насквозь. Десять долгих вёсен ушли на разгадку письмен, высеченных по периметру арки, но тайна была разгадана и это оказался вход в иные миры. В нашем случае он всего один, так как подобных артефактов больше не сохранилось, то его энергии хватает только на этот. Хотя в древних письменах говорится о пяти мирах.

— Пяти… — с придыханием и чувством полного ошеломления, прошептала Иэнель.

Ламерт сделал многозначительную паузу, убеждаясь, что история захватила слушательницу. Урмэд был немного рассеян, так как знал, а вот у принцессы горели глаза.

— Не томи, Ламерт, дальше!

— Тайна арки в строжайшем секрете передавалась из поколения в поколение, и умирающий двоюродный брат твоего отца наконец передал ее мне. Так, как и моя семья принадлежит вашему роду. Достигнув возраста инициации мне доверили эти знания и, я пошел учиться в другой мир.

— Что?! — воскликнула Иэнель, от удивления даже приподнялась с кресла.

— Что слышала, крошка, — снисходительно усмехнулся Ламерт, впрочем, злобы в его тоне не было, — Я учился какое-то время в ином мире. У нас там несколько агентов живущих на постоянной основе. По мне, так они сумасшедшие, ибо для мага там делать абсолютно нечего.

— Почему?

— Там нет магии, как мы видим её в нашем понимании. Её там полностью заменила наука. Ученые этого мира познали множество тайн и до сих пор не перестают познавать. Одной из таких наук является генетика.

— И что это за мир? — шепотом спросила Иэнель.

— Мир Терры. Я позже расскажу, если будет интересно, но сейчас не буду отвлекаться от темы. Но скажу одно, кроме людей там больше никто не живет. Правда некоторые люди отличаются цветом кожи, но это и всё их различие.

Если вкратце, то дело обстоит так… Начнем с того, что любой организм состоит из клеток. Они настолько малы, что в нашем мире пока нет таких приспособлений что бы их увидеть, но поверьте, так оно и есть. В каждой клетке есть ядро, словно косточка в вишенке. В ядре находятся хромосомы. В каждой хромосоме, словно длинная спираль, накрученная на маленькие катушки, находится наша ДНК. Это трудно представить, но я сейчас тебе нарисую.

Ламерт взял лист бумаги и принялся рисовать, поясняя рисунок.

— И это находится в тех клетках, которые даже не видны глазу?! — охнула Иэнель.

— Именно. Но это дает полное понимание тому, как всё в мире устроено. Соответственно, помогает и в изучении магии.