– Взорви его.
Пенни достала баллончик, быстро нанесла густую белую пену на петли и замок. Добавила крохотные электрические взрыватели, достала из кармана маленькую коробку с кнопками.
– Взрываю на счет три. Раз, два...
Дверь открылась.
В коридор выглянул Томми. Несколько раз моргнув, он осмотрел всех четверых, прежде чем встретился взглядом с Крис.
– О, дерьмо, теперь у меня настоящие проблемы. Лонгнайф, – моргнул замутненным взглядом. – Крис, что ты делаешь в этом наряде? – и захлопнул дверь.
– Отойдите подальше, взрываю, – объявила Пенни.
– Томми, – Крис постучала в дверь, – открой, это Крис.
– О нет, только не Лонгнайф. Никогда.
– Это я, Томми, – крикнула Пенни. – Открывай.
Дверь приоткрылась на несколько сантиметров.
– Что ты здесь делаешь, Пенни? И как ты умудрилась спутаться с Лонгнайф?
– Длинная история, – сказала Крис, наваливаясь на дверь. Томми рухнул на пол, как сбитая мишень. Через секунду в комнату ворвался Джек. Он подхватил Томми и отволок в гостиную. Пенни и Крис отправились вслед за ним. Эбби вошла последней, убедившись, что в коридоре все еще пусто. Дверь плотно закрылась.
Пока Крис с Пенни заботились, чтобы Томми продолжал дышать и другие жизненно важные органы тоже были, в некотором роде, невредимы, Джек с Эбби обыскали комнату.
– Любитель китайской еды убежал отсюда достаточно быстро, почти не прикоснулся ни к чему, – сказал Джек. – Крыс и тараканов в поле зрения тоже не видно.
Эбби обследовала спальню. Вернулась с веревкой.
– Он вырвался на свободу сам, – сказала она, – после того, как кто-то немного подпилил веревку.
Джек быстро оказался рядом с ней. Осмотрев улики, кивнул.
– Они хотели, чтобы он вырвался на свободу.
– В нем все еще полно наркотиков, – задумчиво произнесла Эбби.
Крис поднялась. Человек, из-за которого она пересекла несколько световых лет, успел не только сам освободиться, но и оскорбить ее. Не обычный финал для дерзкого, героического поступка.
– Наверное, они получили от него, что хотели, – сказала она. – Или от меня. Поэтому и освободили, чтобы он самостоятельно нашел дорогу в посольство.
– Или чтобы его ограбили, перерезали горло и бросили в сточной канаве, – с веселой улыбкой добавила Эбби.
– Тут достаточно плохой район, – согласилась Пенни, все еще сидя на коленях рядом с Томми. Молодой человек вяло шевелился, что-то тихо и невнятно бормотал. Пенни обшарила его карманы, нашла пару монет и пятьдесят земных долларов. – В Кэтивилле и за меньшее убивают.
– А еще это цена звонка в посольство и стоимость проезда на такси, – добавил Джек.
– Данные подтверждают обе теории, – сказала Эбби. – Предлагаю закончить спор за попкорном в теплом, удобном номере «Хилтон» и уже начинаю удивляться, почему мы до сих пор здесь.
– Уходим, – приказала Крис. – Выйдем через черный ход. Нелли, тревогу никто не поднимал?
– Нет, охранники продолжают играть в шахматы и ни на что не обращают внимание.
Эбби и Пенни поддерживали Томми, пока спускались вниз. Крис с Джеком охраняли тыл, все еще обнимаясь друг с другом, изображая страстное желание.
Команда не отошла от выхода и десяти футов, как мимо медленно проехало такси. Водитель опустил стекло.
– Похоже, ему не мешает прокатиться. А мне не помешала бы плата за проезд.
Джек помахал рукой, а Эбби сказала:
– Просто немного перебрал. Нам недалеко.
Такси умчалось прочь.
Даже под проливным дождем улицы Кэтивилла никогда не пустовали. Небольшие группы людей пробирались туда-сюда по улицам, надвинув шапки на лоб и подняв воротники. Многие прятались от дождя, прижимаясь к стенам домов. Если Крис не показалось, сейчас на улицах оказалось больше народа. Четверо мужчин, до того стоявших под навесом, вдруг направились прямиком к Крис. Сзади спотыкающегося Томми догоняли трое с кусками труб и палками в руках.
– У нас компания, – сказала Крис.
– Бежим или деремся? – спросил Джек.
– Деремся. Единственное, что остается, – сказала Крис и развернулась, встречая тех троих. В четыре больших шага Крис сократила расстояние. У сержанта, преподававшего рукопашный бой, не было предрассудков на счет «честного боя» и он преподавал так, чтобы и кадеты тоже пересмотрели свои правила. Когда риходилось драться, ей никогда не говорили, что есть вещи, выходящие за рамки дозволенного. Она привыкла к грязным дракам, как младенец к молоку.
Троица со спины не ожидала, что их добыча ринется в драку. Заблокировав слабый удар дубинкой, Крис ударила прямо в пах первого мужчины. Тот свернулся калачиком, а Крис отобрала у него дубинку и ударила его же по почкам. Развернувшись, чтобы атаковать оставшихся двоих и помочь Джеку, она обнаружила, что эта парочка уже барахтается в разных лужах.
Крики и издевки неподалеку заставили их вернуться к Томми. Джек схватил Крис за руку и быстрой трусцой отправился на выручку. Они врезались в бандитов прежде, чем те их увидели. Двое упали, но противника стало больше. Семеро мужиков нападали на Эбби, Пенни и Томми. Крис взмахнула дубинкой, врезала по чьей-то голове, крутанувшись вслед, заехала ногой в еще одного парня, вовремя обернувшегося и попытавшегося напасть на нее. Она продолжала двигаться, спасать свою жизнь и жизнь друзей.
Женщина была вся в красном. Красные блестящие сапоги с шипастыми каблуками, красные леггинсы и красный, облегающий лиф с длинными рукавами. Красная шапка спускалась вниз, образуя полумаску. Только нижняя часть лица была открыта, губы скривились в нехорошей усмешке. В руке, затянутой в красную перчатку, она держала нож, лезвие которого мерцало в тусклом свете неисправного уличного фонаря. Лезвие ножа нацелено на Томми, но круговые движения приблизило Крис достаточно близко, чтобы заблокировать удар. Или принять его вместо Томми.
Женщина полоснула ножом по Крис, схватила ее за правую руку и усмешка превратилась в ликующий возглас.
Крис почувствовала удар, но паучий шелк не дал лезвию проникнуть глубже. Завершая вращение, Крис со всего маху ударила женщину дубинкой в живот. Тяжелый удар выбил из женщины дух и отбросил ее назад. Эбби, в этот момент освободившаяся от противников, схватила ее локтем за горло и прижала к себе.
Крис осмотрелась в поисках очередной цели. Несколько мужчин, все еще стоящих на ногах, испуганно развернулись и умчались прочь. Большинство напавших были грязными оборванцами. Только женщина выбивалась из этого ряда.