– Мы ведь обнаружили лазерные установки фирмы «Вистлер энд Хардкастл»? – поинтересовался Рэй.
– Еще один кусочек оттуда.
– Отец намерен что-нибудь с этим делать? – спросила Крис.
Мак пожевал нижнюю губу.
– Ты и впрямь хочешь служить во флоте союза девяноста планет, воюющей с объединением восьмидесяти миров?
Крис отпила газировки. Мысль о долгой войне между двумя одинаково сильными и могущественными альянсами заставила ее вздрогнуть.
– Нет, черт побери, но я не хочу ничего не делать. Если мы ничего не сделаем, разве Петервальд не решат повторить попытку?
– Младшая права, – сказал Троубл.
– Еще как, – кивнул Мак.
– Я так понимаю, флот, угрожающий Бойнтону, покинул систему? – спросил король Рэй.
– Причем весьма поспешно, как только Крис прихлопнула наших противников, – кивнул Мак. – Бойнтон подал официальную заявку на вступление в наш Союз, Рэй. Причем очень быстро. Я так понимаю, вместе с ним то же самое собираются сделать еще шесть миров.
– А Крис подготовила к тому же Хикилу, – задумчиво сказал Рэй, тряхнув кружку с пивом и изучая пузырьки. – Еще три мира, ориентирующиеся на них, последуют за ними. Как только станет известно, что Генри Петервальд пытался захватить Вардхейвен и... сел в лужу... наверняка появятся еще несколько планет, желающих присоединиться к нам.
– Так что мы растем, – сказал Троубл. – Причем быстрее, чем Гринфилд. И, может, со временем, переманим к себе несколько их миров.
Сэнди левой рукой подняла кружку в салюте. Остальные ответили тем же.
– Это же, – нахмурилась Крис, – огромная территория, которую нужно защищать.
– Бойнтон, кстати, запросил спецификацию быстрых патрульных катеров, – сказал Мак. – Я намерен отправить их.
Крис, было, открыла рот, но Мак продолжил, подняв руку, заставляя Крис замолчать.
– Но мы меняем дизайн. Сделаем их их умного металла, оснастим модернизированными компьютерами, чтобы они могли сами себя чинить, когда получат вражеский удар.
– Если б только такие были у нас... – тихо произнесла Крис.
– Я только что прочитал отчет об утилизации PF-109, – перебил ее Мак. – Думаешь, я приперся сюда только чтобы потрепаться с этими старыми пердунами? Сударыня, у тебя есть этот новомодный компьютер, сумевший запечатать дыру в катере, чем спас жизнь трех человек на мостике и четырех в машинном отделении, чьи спасательные капсулы были повреждены в бою. Если б протянула секунд пять, анализируя, что произошло, начали бы дышать вакуумом. Ты приняла поспешное, но правильное решение. Что касается трех человек, погибших на мостике, они были мертвы до того, как вырубилось электричество, и раздавлены, когда катер согнуло пополам. Ты ничего не смогла бы сделать, чтобы спасти их. Можешь слышать, что я вам говорю, можешь послать меня подальше, но это ничего не изменит. – Мак покачал головой. – Даже если бы я не позволил уговорить себя проклятым конструкторам создать экспериментальную эскадрилью из этого полуумного металла. Даже если бы твой супер-пупер компьютер самолично, без приказа и сразу закрыл дыру, как только корабль получил удар, мы все равно потеряли бы пятерых отличных мужчин и женщин. – Голос Мака становился все тише и тише. – Вы были чертовски хороши, но этого оказалось мало, а вражеские линкоры – огромными и сильными подонками.
– Подонками с множеством пушек, – сказала Сэнди и положила руку на плечо Крис.
– Я не смогла спасти Томми, – сказала Крис и глаза наполнились слезами.
– Разве ты не заметила ничего? – спросил Мак.
– Что я должна была заметить?
– Капитанское место не пострадало вообще.
– Как так?
– Если бы Томми остался на своем месте, его бы даже не поцарапало.
– Боже, – из глаз Крис, все же, потекли слезы. – Если Пенни узнает…
Ее затрясло.
– Он умер, спасая ее, – прошептал дедушка Троубл, обняв Крис и удерживая ее, пока та плакала, впервые с тех пор, как покинула PF-109. Она отдалась рыданию, что исходило из глубины души и сотрясало до основания.
Сэнди снова положила руку ей на плечо. Джек тоже приобнял. Крис позволила разделить мучительное горе с друзьями, окутать все целиком и медленно смыть прочь.
Когда она немного успокоилась, Джек одолжил ей свой носовой платок. Крис выпрямилась, и заметила, как дедушка Троубл в упор смотрит на Рэя.
Легендарный человек выглядел очень старым, склонив голову, уткнув подбородок в грудь. Когда он заговорил, все замолкли и даже Крис перестала всхлипывать.
– Я сказал Рите, что нужно провести диверсию. Она убедила меня остаться с основными силами, а отвлечет противника она. И хорошо справилась. Очень хорошо, потому что этих ублюдков, Итич, было намного больше, чем мы могли себе представить.
Рэй вздрогнул, взял кружку с пивом и выдул сразу половину.
– А когда мы победили, оказалось, что ее оперативная группа просто исчезла. Исчезла.
– И он бы утонул в бочках с пивом, если бы я не вытащил его, – тихо сказал Троубл. – Рэй, сегодня мне придется вытаскивать тебя?
– Нет, не сегодня. Но кому-то придется провести некоторое время с Пенни, помочь ей осознать, на что она обречена всю оставшуюся жизнь.
– Я помогу ей, – пообещала Крис и, не успев сказать, поняла, почему Лонгнайф и Сантьяго так часто боролись плечом к плечу. Те, кто погибал, заключали договор с теми, кто оставался жив. Она думала о Пенни и в ее взгляде росло понимание. Шкипер эсминца кивнула и подняла кружку в знак приветствия нового знания.
Крис вздохнула. Дедушка Рэй прав. Она может съедать свое сердце по кусочку каждый день или вкладываться в жизнь каждый день, который приходится прожить. Это можно решить позже... или вот прямо сейчас, сэкономив много лишних движений. Потерять все или смириться с тем, что есть. Дать смерти Томми и всех погибших превратиться в черную дыру и затянуть туда ее. Или найти в себе силы, которые так нужны. Нужны Пенни. Нужны многим из них.
Ты Лонгнайф не только потому, что делаешь то, что от тебя требуется в тот или иной день. Нет, Лонгнайф делают то, что нужно делать и на следующий день, и на следующий день. Они продолжают делать шаг за шагом вперед, день за днем, за себя и для тех, кого ведут... пока привычка не превращается в цель.
Так что... если она хочет продолжать идти вперед, вести за собой других, ей нужно какое-то занятие. Что может сейчас делать давешняя мятежница, дезертир, да еще и освобожденный от командования младший офицер. Крис обнаружила, как на ее лице расползается улыбка.