Эо посмотрел на суровое лицо командира, и ему захотелось сделать Анту что-нибудь приятное. Ант уже двадцать лет водит корабли службы. Эо узнал его недавно и сразу же успел пустить в оборот фразу, которую с улыбкой повторяет вся Служба патрулирования: «Суровый Ант не презирал сонета». Знает ли Ант об этой шутке? Если и знает, то виду не подает. Вот вернется он, Эо, к обязанностям биолога и навсегда расстанется с «суровым Антом»…

– Послушай, Ант… – начал Эо.

Командир корабля посмотрел на него.

– Поедем после полета ко мне, на Ласточкино гнездо? – предложил Эо.

– А что у вас там хорошего?

– В горах побродим, в море поплаваем, позагораем, отдохнем… Обещаю тебе солнце чуть побольше этой звездочки, – сказал Эо.

– Посмотрим.

– Увидишь места, где жила и работала Зарика Борца, – продолжал Эо.

– Зарика? – переспросил Ант. – Разве она работала в тех местах?

– С самого начала, когда вернулась на Землю. Говорят, это она назвала биостанцию близ Чертова пальца Ласточкиным гнездом, – сказал Ант.

– Может, это и выдумки, – скептически заметил Ант. – Знаешь, великие люди еще при жизни обрастают легендами. А давно это было?

– Тысячу лет назад.

– За тысячу лет и камень мохом обрастет, – сказал Ант.

Последние минуты перед входом в пульсацию были самыми томительными. Почему бы не заполнить их мало что значащим разговором?

– Послушай, Ант, – снова начал Эо, – есть у тебя кто-нибудь в космосе?

– Глубинном?

– Да.

– Есть у нас в семье предание, что какой-то предок улетел когда-то на корабле дальнего поиска. Но ни имени его, ни названия корабля никто не знает. Тоже, наверно, легенда, – произнес Ант.

– Как сказать… Может, ты его и встретишь когда-нибудь здесь, на границе Солнечной, когда он будет возвращаться домой.

Ант сделал жест, означающий, что реплика Эо не заслуживает ответа.

– Пора входить в пульсацию, – сказал Эо.

– Погоди, – ответил Ант.

Среди работников Службы патрулирования бытовало выражение: «вслушиваться в приборы». Ант и вслушивался в приборы, стараясь уловить то, чего еще нельзя было прочесть на языке стрелок и шкал. И хотя обзорный экран был девственно чист, интуиция не обманула Анта. Через несколько минут стало ясно, что к границам Солнечной системы приближается корабль. Приготовления к пульсации пришлось отменить.

– Твой предок летит! – ухмыльнулся Эо.

– Прибереги шутки, – оборвал его Ант. – Займись своим делом. Постарайся все сделать на ходу, чтобы мы их не задержали. Люди и так истосковались по Земле.

– Они-то, может, летели совсем недолго по ракетному времени… – произнес Эо.

– В космосе каждый год десятка стоит, – ответил Ант пословицей, популярной среди звездолетчиков.

Вскоре вся Служба патрулирования была оповещена о том, что из пространства возвращается на Землю древний космический корабль.

По форме фотонного отражателя Ант Брага прикинул век, в котором корабль мог стартовать с Земли. «Неужели двадцать второго столетия?» – с волнением подумал он.

Эо, пока дело не дошло до биологической проверки членов экипажа, помогал командиру корабля.

– Инфращуп определил какие-то выпуклости на борту звездолета, – доложил он.

– Ну-ка, покажи, – заинтересовался Ант и, глянув на электронную развертку, расхохотался.

Эо и сам понял свою оплошность.

– Это же буквы! – сказал Ант. – Буквы на борту.

– Странной формы, – оправдывался Эо.

– Мне знакомы такие письмена, – произнес Ант и медленно прочел название старинного корабля: «О-Р-И-О-Н».

Между тем автоматика выдавала данные замеров, собирая их на одной ленте дешифратора.

– Как посудина? Сильно пострадала? – спросил Эо, скрывая волнение: такие старые корабли он видел только в Музее звездоплавания.

– Не очень, – сказал Ант. – Механизмы устарели, но вполне надежны.

– Что ж, посмотрим, что там по моей части, – пробормотал Эо.

Нажатие кнопки – и перед ним возникла на экране капитанская рубка «Ориона». Несколько человек сидело перед огромным примитивным экраном, всматриваясь в нечеткие изображения, проплывающие в глубине его. Человек, сидевший ближе всех к пульту, – видимо, капитан – обе руки держал на рычагах. Время от времени он трогал свою рыжую бороду, в то время как глубоко запавшие глаза перебегали с прибора на прибор. Эо обратил внимание на его сильные, жилистые руки. Даже когда к нему обращались орионцы, капитан, отвечая, не отрывал взгляда от командного пульта.

«Орион» шел на средней тяге, и сила гравитации на борту корабля была близка к земной, так что позы, которые принимали орионцы, выглядели вполне естественно; только вот одежда их казалась Анту и Эо диковинной и неуклюжей.

– Приличная все-таки скорость для такой посудины, – заметил Ант.

– А что! Наши предки были, как видно, тоже не промах, – сказал Эо.

Ему пришлось пустить в ход все свое умение, всю сноровку, приобретенную в Ласточкином гнезде. Глаза его пробегали все новые и новые данные биологического анализа, доставляемые автоматическими приборами. А когда выдавалась свободная секунда, он жадно приникал к экрану, наблюдая чужую диковинную жизнь.

Рядом с рыжебородым капитаном стоял, облокотившись на пульт, штурман. Тонкое, узкое лицо его подергивалось от волнения. Он что-то быстро говорил капитану, время от времени показывая на какой-то прибор, расположенный на пульте. Капитан изредка кивал, соглашаясь. В ответ на его реплику штурман вдруг весело оскалился, отчего его лицо помолодело.

Люк отворился, и в капитанский отсек, чуть пригнувшись, вошел еще один человек.

– Погляди, Ант! – крикнул Эо, указывая на вошедшего. – Он похож на тебя, честное слово!

Оба внимательно рассматривали высокого, чуть сутуловатого, широкоскулого человека. Не подозревая, что за ним наблюдают, он о чем-то доложил капитану. Орионцы, находившиеся в отсеке, смотрели на вошедшего с почтением. Сам капитан оторвался от пульта и выжидающе смотрел на него. Должность, исполняемая этим человеком на «Орионе», была не очень понятна. Во всяком случае, ни Эо, ни даже Ант не смогли определить ее с первого взгляда.

Вошедший умолк, капитан покачал головой. Вошедший протянул ему листок, который держал в руке. Зоркие глаза Анта различили на нем знаки, напоминающие математические.

– Это корабельный математик! – воскликнул Ант. – Была когда-то на звездолетах дальнего поиска такая должность.

– Сомневаюсь, – бросил Эо. – Видишь, за его спиной находится калькулятор.

Ант несколько секунд молча разглядывал громоздкий компьютер, на который орионец положил листок с формулами.

– Эта почтенная старушка годится только для спокойных ситуаций, – поставил Ант диагноз. – А если корабль попадет в переделку, она может здорово напутать. В таких случаях живой математик необходим.

– Человек может состязаться со счетной машиной? – недоверчиво переспросил Эо.

– И даже победить, если он хороший математик, – ответил Ант.

Теперь все орионцы, находившиеся в рубке, оживленно обсуждали предложение, внесенное математиком.

Между тем Эо заканчивал снятие биологических характеристик для членов экипажа «Ориона».

– Ничего у нас предки, подходящие, – сказал он, складывая перфоленту. – Пополнение для Гостиницы «Сигма».

– Да она и так, слава космосу, не пустует, – ответил Ант.

Капитан «Ориона» ударил в гонг – сигнал, понятный каждому. В рубке стал собираться экипаж. Последней стремительно вошла девушка. Глаза ее были неправдоподобно огромны, движения порывисты, словно ветер у Чертова пальца.

– Вот это да! – присвистнул Эо.

– В такую звездную красавицу можно влюбиться с первого взгляда, – сказал Ант.

– А почему бы и нет? – отозвался Эо. – Говорят, именно так познакомился Борца с Зарикой.

– А потом тебя от «Сигмы» клещами не оторвешь, – сказал Ант. – Каждую свободную минутку будешь включать биосвязь.

– Ты-то откуда знаешь все это? – спросил Эо.

– Сам прошел. У меня жена со звезд, – пояснил Ант.