— Да. В общежитии, — кивнул парень и поднял глаза. Он видел, что Глорию эта новость огорчает.

— Но ты уверен, что можно учиться только там? Неужели в нашей стране ничего нет?

Парень отрицательно помотал головой.

— Нет, я искал. Гостиничное дело есть только в стране Левиафана и еще в стране Люцифера, но там обучение длится дольше, и я не горю желанием учиться и жить там… ну, по понятным причинам.

— И сколько тебе придется там учиться?

— Обучение длится три года. Но можно выбрать ускоренный курс на один год. Тогда нагрузки будет в два раза больше.

— Ты, наверное, обычное выберешь?

Глория села обратно за стол и сделала глоток своего чая. Несмотря на то, что она слегка переборщила с сахаром, вкус показался совсем не сладким.

— Я не уверен, — пожал плечами парень и тоже отпил немного чая, дабы промочить пересохшее от волнения горло. — Хотелось бы быстрее выучиться и вернуться к тебе. Начать работать, жить вместе, отдельно, создать семью, — последнее он произнес довольно тихо, но сделал на этом явный акцент, намекая на серьезность своих намерений касательно их совместного будущего. Девушка два раза глубоко вдохнула и выдохнула, после чего слегка улыбнулась.

— Евронимус, не нужно так напрягаться ради меня. Я готова ждать тебя и три года. К тому же мы ведь сможем приезжать друг к другу?

— Мы сможем, но я хочу быть рядом. Хочу быть уверен, что с тобой все в порядке. Конечно, в Аду стало безопаснее, но никто не знает, что может случиться.

— Пока тебя не будет, я останусь здесь. Помогу Исме с ребенком. Заодно и сама научусь заботиться о детях, — весело улыбнулась Глория, представляя, как качает на руках младенца. Парень понял приятный для него намек и нежно притянул девушку к себе. Она уткнулась в его плечо и тихо сказала:

— Уверена, у тебя получится.

— Спасибо тебе. Я буду стараться.

Чай остыл, перестал напоминать о себе некогда исходящим паром. Влюбленные обнималась, находясь в полной тишине. За окном завывал вечерний ветер — погода явно намеревалась заставить всех жителей бывшей страны Сатаны сидеть дома, в тепле. Но всю идиллию испортило пришедшее на телефон Глории смс. Девушка лениво потянулась за мобильником, думая, что это очередная рассылка какого-нибудь магазина или сайта, но первые строки, высветившиеся на главном экране, вынудили ее поскорее разблокировать телефон и прочитать сообщение целиком. Она вдруг вырвалась из объятий парня, с удивлением смотря в экран.

— Исма рожает, — испуганно сообщила она.

— Уже?! — тут же запаниковал Евронимус. — В смысле… что делать? Нам надо ехать? Нужны какие-то вещи?

— Ничего не надо, но Миктиан просит скорее приехать. Вставай! Собираемся!

Одевшись так быстро, как только можно, они вызвали такси и уже через двадцать минут поднимались в родовое отделение, где в коридоре, как на иголках, сидел Миктиан и мрачно смотрел в пол.

— Миктиан? — Глория подбежала к нему, — Что-то не так?

— Кажется… Исма уже долго не может родить, а в палату забегает все больше врачей и медсестер… — голос Миктиана дрожал. — Мне никто ничего не говорит. Я не знаю, что там происходит, но, кажется, все очень плохо.

Евронимус и Глория пару раз переглянулись, давая друг другу право первого слова, не зная, что сказать в данной ситуации. Они сели рядом, успокаивающе похлопав будущего папу по плечам, и стали ждать.

Еще минут через десять Евронимус не выдержал томительного ожидания и начал ходить туда-сюда по коридору. Глорию с Миктианом это раздражало, но они молчали, хотя лучше бы усадили паникера, ибо еще через несколько минут дверь резко распахнулась, ударив парня по лицу. Испуганный врач медленно глянул за дверь.

— Фух! Живой. А то за последние четыре месяца десять отцов уже насмерть прихлопнули этой дверью…

— Вы оставили десять детей без отцов, потому что не можете сменить эту старую, напоминающую тюремную железную дверь на нормальную?! — возмутилась Глория.

— Ну, понимаете, больнице нужны деньги, кафетерий там обновлять, зарплату пла… да и вообще, что вы хотите?! Здесь раньше действительно тюрьма была! — развел вдруг руки врач. — Вы лучше скажите, кто здесь отец ребенка?

— Я! — резко, как в армии, подскочил Миктиан.

— Вас жена зовет, можете зайти, — кивнул в сторону палаты мужчина, позволяя пройти.

Миктиан ушел, а вот друзьям пришлось подождать снаружи. И раз уж молодому отцу разрешили зайти посмотреть на ребенка, значит с ним все в порядке. Так думали Глория и Евронимус, пока мужчина не вышел. Он улыбался, но казался озадаченным.

— Мы можем ехать домой, — сказал он, посмотрев на ребят, развернулся и пошел по коридору.

По пути домой он рассказал о том, что недавний удар повлиял на осложнение родов, что также отразилось на ребенке, и у него возможно будут проблемы с передвижением в дальнейшем — пострадала правая нога. Пока неизвестно все наверняка: будут ли проблемы или нет, придется ли прибегнуть к лечению или нет. Но в целом здоровью ребенка и Исмы ничего не угрожает. Пару дней им придется еще полежать в больнице, а там уже их выпишут, если все будет в порядке.

Через два дня Исму и ребенка, которого решили назвать Вестар, выписали из больницы. Поврежденной ногой ребенок двигает нормально, хоть и слабовато. Врачи порекомендовали водить малыша на специальную терапию, развивающую работу суставов новорожденных.

Глория, Евронимус и счастливый Миктиан с огромным букетом цветов встретили новоиспеченную мать возле больницы и забрали домой, где ее и ребенка ждал сюрприз: уютно обустроенная детская комната с воздушными шариками, а над детской кроваткой висело имя малыша: «Вестар».

Также был приготовлен грандиозный обед и испечен скромный шоколадный торт, поэтому, натискавшись с ребенком и уложив его спать, все отправились на кухню. За обедом Евронимус рассказал Миктиану и Исме о своих намерениях пойти учиться, и что он уже подал заявление на поступление. Молодые родители поддержали выбор друга и сказали, что постараются помочь всем, чем смогут, лишь бы у него все получилось.

Через две недели Евронимусу пришел ответ из университета. Как и ожидалось, его легко приняли, так как есть небольшой опыт работы, а также репутация бывшего работника АЦП. Теперь за лето парню предстоит подготовиться к отъезду, настроиться на учебу и провести три теплых месяца с любимой девушкой.

====== Глава 19. История Баст и Иштар ======

Июнь. На улице хорошая, теплая погода. Все выходят погулять и насладиться первым воистину летним деньком, и всюду влюбленные парочки ходят за ручку, смеются, балуются, наслаждаются друг другом. И только у Баст было все совсем иначе с мужем.

— Как же ты меня достал! Постоянный контроль, контроль, контроль! «А где же Баст? Опять бухает со всякими мужиками?». И плевать, что я работаю в таверне до ночи! — ругалась Баст, агрессивно хватая аккуратно сложенные на полках шкафа вещи и запихивая их в большую, вместительную сумку.

— Конечно! А что мне еще думать, когда после слов «я выпью немного с друзьями» тебя находят спящую где-то на улице?! — Брайан раздраженно мерил шагами комнату, даже не думая мешать женщине собирать свои вещи. — Кто угодно может подойти и воспользоваться твоим состоянием, а ты потом еще и не можешь вспомнить, что ночью было. С кем ты пила? Где ты была? Как ты себя вела?

— Да когда я пьяная, ко мне подойти никто не может, все боятся! А если ты так переживаешь, что я в пьяном состоянии тебе изменяю, так я тебе говорила: «забирай меня с работы» или «пойдем со мной, с друзьями моими познакомишься хоть». Но не-ет же! Видите ли, кто-то не хочет узнать, с кем общается его «любимая» жена, а потом сидит и ревностью давится. Проще же думать, что я сплю с каждым клиентом, чем лучше узнать мое общество и может даже влиться в него.

— А я сто раз тебе говорил, что мне просто нечего делать в твоем обществе! Вы же там только бухаете, а у меня непереносимость алкоголя, ты это прекрасно знаешь.