– Спасибо вам, Екатерина и… Кирилл, за такие слова и за цветы. Я, признаюсь, радуюсь каждому успеху в своей работе, и то, что вы совсем скоро станете родителями, для меня личная радость, поверьте! Тем более, Катя, вы меня к себе сразу расположили и для меня каждый ваш приём был своего рода долгожданной встречей, – я улыбнулась, глядя ей прямо в глаза.

– А знаете, почему, как мне кажется, вы такой замечательный репродуктолог и гинеколог? – ответила на мой взгляд Екатерина.

Я вопросительно подняла бровь, не ожидая, что наша беседа пойдёт в таком ракурсе.

Она продолжила:

– Потому что вы сами – мама, и, я уверена, о такой маме можно только мечтать. У вас ведь сын, верно?

– Да, – с умилением улыбнулась я, – двенадцать лет.

– Вы хорошо понимаете, что такое материнство и как это важно для женщины. Поэтому вы стремитесь помочь каждой из тех, кто приходит в ваш кабинет, покинуть его счастливой.

Я не стала комментировать её слова и только продолжала улыбаться, начиная улавливать нежный аромат цветов, лежащих за моей спиной.

Катя нетерпеливо оглянулась на супруга и продолжила:

– Но это ещё не всё. Я, конечно, понимаю, я не в том статусе, чтобы просить вас об этом, к тому же, у вас и без меня хватает работы и пациентов, но… Мы с Кириллом хотим пригласить вас на ужин!

Заметив сосредоточенность на моём лице и стремительную готовность вступить в разговор, она не дала мне сказать:

– Не домой. В ресторан.

– Катя, как вы правильно заметили, работа в клинике отнимает у меня много времени и порой я даже домой попадаю ближе к ночи. Но не это главное. Я стараюсь не переходить с пациентами на тесный контакт и неформальное общение. Считаю, это не лучшим образом сказывается на профессиональных обязанностях врача и его долге перед пациентом. Поймите меня правильно… – видя, что Катя не собирается отступать, я в надежде получить хоть малейшую поддержку посмотрела на её мужа.

Кирилл оставался абсолютно невозмутимым и решил поддержать супругу:

– Я, конечно, не могу настаивать, но не вижу ничего страшного в одном ни к чему не обязывающем ужине с клиентами. Извините, с пациентами. Профессиональная оговорка человека бизнеса. К тому же, если наше общество вам не понравится, вы можете потом даже трубки с нас не брать в нерабочее время, – Кирилл улыбнулся собственно шутке.

– Вы меня не так поняли. Дело не в вас конкретно, – я попыталась сгладить возникшее недоразумение.

Тут Екатерина резко положила руку на мой стол (мне показалось, что она хотела взять меня за руку, но вовремя остановилась) и с теплотой в голосе сказала:

– Не отказывайтесь. Мы вам так признательны. Вы даже не представляете, как много для меня значит знакомство с таким человеком, как вы. Как с врачом в первую очередь, конечно! Это будет просто ужин, просто знак внимания, признательности… Не лишайте меня этого. Для меня это, правда, очень важно.

– Давайте как-нибудь потом вернёмся к обсуждению этого вопроса. Сейчас у меня действительно большая загруженность на работе, к тому же я готовлюсь к очень ответственной конференции, даже дома по вечерам, – я постаралась придать своему голосу максимально миролюбивый тон.

Катя, сжав губы, с благодарностью и пониманием смотрела на меня.

Я взяла в руки индивидуальную карту беременной, а Кирилл встал со стула, поцеловав и наконец отпустив руку жены, и сказал:

– Ну что ж, не буду вам мешать заниматься своей работой, тем более на осмотре я абсолютно не нужен.

Катя кивнула ему головой, а он поспешил к двери со словами:

– Ты тут и без меня справишься. Я подожду тебя в машине.

Взявшись за дверную ручку, муж Екатерины обернулся:

– Ещё раз спасибо вам. И всего доброго, Инга… – он замялся.

– Леонидовна, – подсказала я, кивая ему головой на прощание.

– Инга Леонидовна, – завершил своё прощание будущий папа и вышел.

В ходе планового приёма Екатерины мы больше не обсуждали вопрос с походом в ресторан, однако уходя, она всё же выразила ожидание скорой встречи вне стен клиники. Позже меня ждало ещё несколько пациенток и, закончив с осмотрами и консультациями уже после обеда, я принялась за документацию и отчётность. Когда я открыла дверцу шкафа, чтобы найти нужный журнал, в дверь заглянула медицинская сестра из приёмной:

– Инга Леонидовна, к вам посетитель.

– А разве запись на сегодня ещё есть? – я наклонилась к столу и стала перебирать бумаги в поисках ежедневного списка пациентов.

– Он без записи. По личному, – медсестра повернула голову в коридор, словно пыталась убедиться, что всё правильно поняла.

«Кто бы это мог быть?» – пронеслось у меня в голове. Жестом я дала ей понять, чтобы она пригласила посетителя, хотя и не была настроена на дополнительный приём, когда уже сосредоточилась на другой работе.

Я нашла то, что искала, и, стоя у шкафа с журналом в руке, устремила свой взгляд на дверь. В неё как раз вошёл мужчина, в котором я без труда узнала посещавшего меня сегодня супруга Екатерины Кирилла.

Невозмутимо толкнув стеклянную дверцу шкафа, я поинтересовалась:

– Вы что-то забыли?

Он оглянулся на дверь и, убедившись, что она плотно закрыта, уверенным шагом прошел по кабинету, сел на стул, стоявший у стола прямо напротив моего кресла, деловито закинул ногу на ногу, блеснув начищенным лаком чёрных туфель, и, окинув меня быстрым взглядом, ответил:

– Забыл. Взять у тебя номер телефона перед тем, как пошёл в душ в гостинице.

***

Самое время объяснить, как в моей жизни появился Кирилл. Это случилось примерно за месяц до того дня, когда он случайно возник в моём кабинете. Наше знакомство изначально не предполагало своего продолжения. А случилось всё очень банально и даже примитивно.

За годы проживания вдвоём с сыном Стёпой (Степашей, как я его называю) я привыкла скрашивать свой чисто женский досуг редкими знакомствами с представителями противоположного пола, ещё реже – походами на свидания. Если честно, свиданий за те десять лет, что прошли после нашего с отцом Степана развода, было совсем немного. Серьёзных отношений было ещё меньше, а точнее – они не складывались совсем. Я часто ловила на себе заинтересованные взгляды коллег и случайных знакомых, да просто прохожих, но дальше дело практически не заходило. Возможно, тех, кто всё-таки осмеливался заговорить или пригласить выпить чашечку кофе, останавливало моё семейное положение (а точнее – состав семьи ввиду наличия ребёнка-подростка). Может быть, я не оправдывала чьих-то ожиданий. Спустя несколько лет безрезультатных попыток наладить свою личную жизнь я смирилась с тем, что единственным мужчиной рядом со мной, видимо, останется мой любимый сын. Скажу честно: я не огорчалась по этому поводу, поскольку могла полностью сосредоточиться на его воспитании и развитии, чтобы из него вырос уверенный в себе человек, которого не будут отпугивать самодостаточные эффектные женщины, способные скрасить жизнь любого мужчины. Преодолев стеснительность и зажатость в компании новых людей, я научилась легко заводить знакомства, даже освоила некоторые приёмы флирта и позволяла себе время от времени, отбросив страхи и стереотипы, провести несколько часов с понравившимся мне мужчиной, пусть это и не сулило нам обоим продолжительного романа. Встречи с некоторыми из них повторялись два-три раза, но потом так и оставались просто воспоминаниями в копилке моих похождений. К таким «приключениям» со временем я научилась относиться абсолютно прозаично: во-первых, я была здоровой во всех отношениях представительницей прекрасного пола, нуждающейся в регулярной подпитке своей энергетики и самооценки, а, во-вторых, я как гинеколог лучше, чем кто-либо, понимала необходимость регулярной половой жизни для женского организма.

Иногда мы ходили с подругами, как и я – разведёнными, или же до тридцати с хвостиком так и не познавшими всех прелестей и подводных камней семейной жизни, в ресторанчики, на дискотеки, в ночные клубы, чтобы если не найти достойных поклонников нашего обаяния, то хотя бы выплеснуть всю нерастраченную энергию и накопившуюся эмоциональную напряжённость в танцах и беспрерывной болтовне. Кстати, после развода число моих семейных подруг резко сократилось, зато стремительно возрос показатель одиноких. Наверное, это было естественно, учитывая расхожесть интересов, уклада жизни и смену приоритетов.