Он вышел на перрон. К толпе с нечеловеческими глазами придётся привыкнуть, вариантов нет. И ещё к тому, что он теперь Кари Ригети, фельдшер, который приехал из маленькой деревни в город в поисках лучшей жизни. Документ был подлинный, фото подправили.</p>
<p>
Райнер снял квартиру на окраине и огляделся. Окна, автоматически закрывающиеся при повышении уровня освещённости. Подземные переходы до магазинов и стоянки. Деньги у него были - пока. Он швырнул сумку на кровать. Ферма по производству человеческой крови. Да что там, какая ферма... большое предприятие. И что же, ему придётся увидеть, как эти подонки содержат людей?!</p>
<p>
Он ещё раз просмотрел свои документы. Главное - чтобы не нашёлся какой-нибудь бывший однокашник по учёбе.</p>
<p>
И надо наконец договариваться о собеседовании. Оттягивание ничему не поможет и ничего не изменит.</p>
<p>
</p>
<p>
***</p>
<p>
Фирм было несколько, в одной ему отказали сразу - мест нет, если понадобятся специалисты, мы будем иметь вас ввиду. В другой сказали, что перезвонят. В третьей... Он быстро записал всех в список. Безработный. Что-то новенькое, никогда ещё не приходилось вот так бегать по работодателям.</p>
<p>
Он согласился на не самую высокооплачиваемую работу в каком-то заштатном филиале, куда надо было каждый день ездить через весь город. Преодолевая отвращение и застрявший в горле крик, он молча рассматривал документы: производительность, количество крови с каждого человека, срок жизни. Из всего этого придётся сооружать хлипкое строение вранья, приписок и видимости прогресса, чтобы начальство поверило и разрешило. Начальство пока что предстало в виде прекрасно одетой дамы с холодным взглядом, но ему была нужна не она. И нужна помощь в составлении плана. В конце концов, он фельдшер, а не менеджер.</p>
<p>
А ещё нужно найти союзников и протащить их в филиал... При одной мысли об этом опускались руки: сам еле-еле устроился.</p>
<p>
Жизнь стала странной. Регулярность, которой раньше не было, однообразные обязанности - приехать, получить данные о состоянии здоровья людей, дежурство, приборы, коллеги... Он присматривался к окружавшим его лондар и чувствовал, что попал в какое-то болото. Филиалу было два года, все были довольны и никуда не стремились, их устраивала эта рутина... а Райнер старался не встречаться взглядом с людьми. Их держали в каких-то боксах, с катетерами в венах, а когда он приходил проверять их состояние, то самым тяжёлым было оставаться внешне невозмутимым, потому что хотелось разгромить здесь всё, угнать машину, рвануть к Переходу... и скрыться за ним навсегда. Когда появилась эта идея, он испугался: такого искушения не было, что сломалось в душе, чтобы он захотел всё бросить?! Придя в себя, он порадовался, что в тот момент его никто не увидел.</p>
<p>
К мысли о том, где искать союзников для освобождения людей, он возвращался снова и снова, эта мысль преследовала его. Как угадать, что выбранный не предаст? Каждый день Райнер мучительно перебирал варианты, чтобы опять и опять упереться в тупик. При одном осознании, что надо открыть кому-то тайну Перехода, вновь всплывали лица подростков в снежной степи, дом в деревне, мерзкие голоса над головой, лживое сочувствие доктора в тюрьме... Он уже никому не верил, день за днём с отвращением ездил на работу, машинально выполнял свои обязанности и понимал, что пока он не соберётся с духом и не начнёт действовать, ничто не сдвинется. Надо переступить барьер, довериться кому-то... довериться лондар. Но - как?!</p>
<p>
Он заставил себя записать цифры. Показатели крови тех, кого держали в боксах. Показатели, выкопанные из медицинских учебников: то, как должно быть, когда человек живёт нормальной... полнокровной жизнью. От разницы ему стало плохо. Сколько живёт человек на ферме? Год? Два? Больше людей, лучше условия... полувольное содержание с охранным периметром, или же с чипами, как в тюрьме, это дешевле, впрочем - не ему вычислять... Больше людей, меньше доза крови от каждого, качество выше, можно продавать дороже... из-за количества людей объёмы поставок те же... закладывать смертность, под одним именем протаскивать нескольких, выводить их за Переход, но об этом не может не узнать кто-то из лондар, которые обязаны наблюдать за людьми. Разумеется, такое в план не запишешь. План... Он не экономист, он фельдшер.</p>
<p>
Райнер полез в сумку и вытащил стопку карточек, которые ему надавали по дороге любители горных лыж. Они богатые, должен же из них кто-то проникнуться идеей... и что-то соображать.</p>
<p>
-Добрый день, Ник, - сказал он в переговорник самым обычным тоном. - Помните, мы встречались в горах, возле перевала Ойколь? Да, да, как же! Я-то вас помню. Мы ещё говорили о здоровом образе жизни и плохой крови... Знаете, я устроился на работу, и мне пришла в голову идея...</p>
<p>
</p>
<p>
***</p>
<p>
Перед разговором с начальницей он безумно волновался, как будто уже совершил что-то против существующего порядка и должен теперь выкручиваться. Спокойствие голоса, пригласившего его войти, даже как-то очень удивило... Райнер одёрнул себя: да что такое, нельзя же так, совсем нервы никуда не годятся, сейчас всё ещё только начинается, а что же тогда дальше будет?..</p>
<p>
Он вошёл в кабинет и присел в чёрное кожаное кресло. Здесь есть окно, а за окном - ночь и звёзды...</p>
<p>
У начальницы был холодный приветливый взгляд. Райнер разложил свои записи на столе и начал рассказывать - сначала сдержанно и по-деловому, потом увлёкся, вспомнил, как легко и свободно дышится весной в степях возле Перехода, сам поверил в то, что будет - хорошо...</p>
<p>
А потом осёкся и замолчал: взгляд начальницы не изменился, как будто она не услышала ничего нового. Мгновения молчания пролетали бешено и мучительно.</p>
<p>
-Что ж, довольно интересно, - проговорила начальница так, что Райнер ей не поверил. - Я думаю, вам стоит обсудить это предложение с дирекцией компании.</p>
<p>
Райнер подумал, что проиграл. Она хочет снять с себя ответственность, чтобы идею угробил кто-то рангом повыше? Неужели действительно все эти расчёты настолько неубедительны? А если он после отказа обратится в другую компанию, его точно уволят?</p>
