Лукас тянет меня за руку:
– Мы должны вернуться на место встречи, пока родители не поняли, что мы за ними следили.
Мы как можно быстрее возвращаемся назад.
– Жаль, что нам не удалось зайти вслед за ними в магазин, Лукас. Я знаю, мы оба хотели узнать, о чём они говорили.
– И увидеть, с кем они встречались, – пробурчал Лукас. – Нечестно столько от нас скрывать. Мы победили людей леди Эшлинг. Родители должны это учитывать.
Я не могу не согласиться. Разве мы недостаточно сделали, чтобы доказать, что имеем право участвовать в этой войне? Но попробуй объяснить это Миранде и Альфреду – у них будет такой вид, будто мы просим билет до другой планеты.
– Лукас, так получилось, что я кое-что подслушала вчера вечером. О комете.
В его глазах вспыхивает любопытство:
– Мои родители что-то говорили об этом?
– Они упомянули сотрясателя неба. Кажется, они боятся, что новая орбита кометы может грозить нам опасностью. – У меня потеют руки, и я вытираю их о юбку.
Лукас широко распахивает глаза:
– Опасностью? Ты о чём?
– Я не знаю. Они ничего конкретного не говорили. Но сказали, что важно оповестить всю Сеть.
Лукас продолжает размышлять, пока мы осторожно обходим группу хихикающих школьников. Я благодарна ему за то, что он не спрашивает меня, каким образом я всё это узнала, хотя, уверена: он догадывается. Мы огибаем последний угол – и вот мы на месте у входа, даже раньше назначенного времени. Мы прячемся за пустым прилавком, и я неохотно отпускаю свои тени.
Мы как раз вовремя выбираемся из-за прилавка – скоро приходят родители Лукаса. Лица у них осунувшиеся и печальные, и у меня болезненно сжимается сердце. Что бы они ни узнали, это их ни капли не обрадовало.
Миранда обнимает нас обоих:
– Пора идти домой.
– Ну? – говорит Лукас. – Что вы узнали?
– Лучше не спрашивай, – отрезает Альфред, и надежду с лица Лукаса как ветром сдувает.
Всю дорогу до дома мы идём молча.
Глава четвёртая
Ужин проходит тихо, после чего нас с Лукасом раньше обычного отправляют спать. Миранда и Альфред явно хотят спокойно поговорить наедине. Дара тоже надулась. Когда я принесла ей еду, она сказала мне от силы два слова. Вопреки обыкновению она уселась в углу клетки и смотрела на меня.
Её молчание действует мне на нервы ещё сильнее, чем её истеричные предсказания.
Забравшись в кровать, я не могу стряхнуть с себя чувство, что здесь кто-то есть, нависает за спиной и только ждёт нужного момента, чтобы наброситься.
Сон приходит не сразу. Я слышу, как за дверью Миранда и Альфред что-то обсуждают на кухне. Я отчаянно хочу подслушать, но сегодня это кажется ещё более неправильным, чем вчера. Как будто это будет прямым неповиновением их указаниям.
В конце концов я впадаю в полудрёму, полную цветов, леди и утерянных сил, и вдруг от чего-то просыпаюсь.
Вопли наверху. Снова Дара.
Я раздражённо откидываю одеяло и влезаю в тапочки. У меня никогда не было домашнего животного, но я подозреваю, что знаю, каково это – заботиться о ком-то. Тени обычно ведут себя хорошо, и только Дара – значимое исключение. Думаю, это мне за то, что вернула ей тело.
Я иду к двери спальни, но проходя мимо окна, замираю на месте. Что-то не так. Я вглядываюсь в ночь. Всего несколько редко стоящих деревьев колышутся на ветру. С другой стороны от утёса до кромки леса вдалеке тянется высокая трава. Но честное слово, я только что видела скользящую по двору тень – и я её не звала.
Из окна мне открыт вид на весь пляж за скалой. У меня перехватывает дыхание. Там собирается много теней – теней, отбрасываемых людьми. Та, которую я заметила в поле, должно быть, разведчик.
Дара, наверное, тоже их видела.
Сердце стучит у меня в висках, и я выбегаю из комнаты, набросив на себя тень, чтобы укрыться. Я влетаю в комнату Лукаса и в одну секунду бужу его.
– Лукас! – шиплю я. – Нам надо бежать. Леди Эшлинг нашла нас!
Несмотря на сонливость, он широко распахивает глаза:
– Забери Дару. Я скажу родителям.
Я не медлю. Через две ступеньки я взлетаю по лестнице на чердак, пока не оказываюсь на верхней площадке, и нащупываю на шее ключ. Вопли Дары стали громче и настойчивее. Трясущимися руками я наконец отпираю дверь.
Дара в своей клетке сжалась до размеров мыши. Она сидит на полу, обхватив руками колени. Дара поднимает на меня взгляд – она так и оставила себе моё лицо – заплаканных, покрасневших глаз.
– Эммелина, пожалуйста, не оставляй меня здесь, чтобы они нашли меня. Если не хочешь выпускать, то уменьши клетку и возьми меня с собой. – Она всхлипывает. – Пожалуйста.
Нельзя терять ни минуты. Я не меньше Дары не хочу, чтобы она попала в лапы леди Эшлинг. Я делаю клетку совсем узкой, маленькой и тесной, пока она не сжимается вокруг её крохотного тела. Теперь Дара вместе с клеткой поместится у меня в сумке, и никто ничего не заметит.
До тех пор, пока она молчит, разумеется.
Я поднимаю клетку и шепчу Даре:
– Я положу тебя в сумку. Никаких слёз, никакого хныканья, никаких разговоров до тех пор, пока мы не будем в безопасности, понятно?
В ответ Дара только кивает. Я сбегаю вниз по лестнице, окутанная тенями. Миранда уже на кухне, распахивает шкафы и швыряет в сумку бумаги. Какие-то падают на пол, и она ругается вполголоса, не заметив, что я здесь. Один свиток цепляет мой взгляд. Это тот самый, над которым она и Альфред спорили вчера вечером.
Лукас и Альфред приходят на кухню, и я отпускаю тени.
– Я окружу нас всех темнотой. Они никого не увидят, и мы сможем убежать, – говорю я, но Миранда качает головой:
– Нет, мы окружены со всех сторон. Так легко между гвардейцами нам не проскользнуть. Мы с Альфредом отвлечём их, чтобы вы могли проскочить. Вы слишком важны и не должны попасть к леди Эшлинг. – Она бросает Лукасу стопку бумаг. – Возьми. Это материалы для Сети. Храните их. Если нас поймают, она хотя бы не доберётся до всех. Идите и ждите нас в деревне, в аптеке Альзы. Ей можно доверять, и она спрячет вас до тех пор, пока мы не сможем к вам присоединиться.
У Лукаса на лице написан ужас:
– Хочешь сказать, вы с нами не идёте?
Альфред кладёт руку сыну на плечо:
– Разумеется, идём. Но мы должны быть уверены, что вы сбежите. Вы пойдёте первыми. С тенями Эммелины вы будете в безопасности.
– А кто позаботится о вашей безопасности? – спрашивает Лукас.
Миранда качает головой:
– Даже если леди Эшлинг нас поймает – что она с нами сделает? У нас нет магии, которую можно украсть. Ради вашей безопасности стоит рискнуть.
– Но вы нужны нам, – говорит Лукас. – Как мы без вас доберёмся до Сети? Мы даже не знаем, где их искать, вы же нам почти ничего не рассказывали!
– Найдите Альзу. Она вам поможет, – говорит Альфред.
– Теперь идите. Они приближаются с каждой секундой, не медлите, – торопит Миранда.
Достаточно взглянуть в окно, чтобы убедиться, что она права. Теперь тёмные фигуры окружают нас со всех сторон, и с каждой секундой к ним присоединяются всё новые. Я собираю остальные бумаги – включая свиток, который я узнала, – и кладу их поверх клетки Дары, потом хватаю Лукаса за руку, готовая тащить его из дома, если потребуется. Я совсем не хочу уходить без его родителей, но понимаю, что они поступают разумно: от нас с Лукасом зависит слишком многое, чтобы рисковать нашей свободой. Это значит обречь нас на полужизнь в виде цветка в Саду леди Эшлинг в лучшем случае, а в худшем – стать живой марионеткой, как Симона.
Миранда и Альфред быстро по очереди обнимают нас, а потом открывают заднюю дверь и бегут в разных направлениях, но не в сторону леса. Я отправляю с ними две маленькие тени: одной приказываю прилепиться к Миранде, а другой – следовать за Альфредом. Если повезёт, это обманет солдат и те подумают, будто они взяли нас с собой.
Гвардейцы бросаются в погоню, и мы с Лукасом под прикрытием теней выскальзываем из входной двери и бежим по тропинке к скалам и лесу. На бегу я плету из теней с десяток людей нашего роста и отправляю их во всех направлениях с приказом бежать и не останавливаться до самого рассвета.