Контрастируя с прошлыми неспешными движениями, он внезапно для Снейпа отогнул трусы, влажно облизал правую руку и принялся быстро водить вверх-вниз по стволу, старательно избегая касаться головки. Тело мужчины выгнулось тетивой, так яростно и ярко поддаваясь движениям Гарри, что он невольно затаил дыхание, почти нарушая свой запрет не смотреть. Подними он глаза наверх, наверняка бы встретился взглядом с пронзительными черными глазами, а этого было нельзя допускать.

Гарри прекратил дрочить Снейпу так же неожиданно, как и начал. Сел, уходя из личного пространства зельевара, давая возможность тому перевести дух. Член рефлекторно дергался вверх от сокращающихся мышц, вновь придавленный резинкой трусов, отпущенных Гарри.

— Это вы убили миссис Мэрдок?

— Я бы лучше тебя убил, Поттер! — прорычал сквозь зубы Снейп, пытаясь выровнять дыхание и вернуть себе контроль. И, к сожалению и тайному восторгу Гарри, ему это удавалось. Перед аврором открывалась гротескная картина: как на лице допрашиваемого отражается холодный гнев, в то время как на вершине головки выступает капелька смазки и медленно стекает вниз.

— Это не относится к делу, — спокойно произнес Гарри и, не удержавшись, провел пальцем по вене на красивом, длинном члене Снейпа. Тот мгновенно откликнулся, дернулся в ответ на ласку, а на покрасневшей головке появилась новая капля. — Вам стоит рассказать, как вы провели вечер пятницы, если не хотите оказаться в тюрьме. Разумеется, если вы не убивали миссис Мэрдок.

— Я не убивал эту старую дуру, даже если мне и хотелось, — выплюнул Снейп, который явно ослабил контроль над словами, концентрируясь на том, чтобы не показать Гарри свое удовольствие.

Гарри провел языком по губам, позволяя в своем взгляде отразиться тем голоду и желанию, что испытывал, зная, что зельевар неотрывно за ним наблюдает, и, наклонившись, коротко лизнул багровую от крови головку, пощекотал уздечку и с сожалением поднялся. Бедра Снейпа напряглись под его руками, и он почти застонал — Гарри мог поклясться, что в шумном выдохе он услышал тень стона.

— Значит, вам хотелось ее убить? — равнодушно поинтересовался Гарри, принимаясь медленно и монотонно надрачивать Снейпу. Мышцы его ног слабо дрожали от сдерживаемого напряжения, и когда Гарри кинул быстрый взгляд куда-то поверх его плеча, он боковым зрением увидел сосредоточенное и почти злое лицо своего оппонента.

Это возбуждало — то, как Снейп тек в его руках от самых простых ласк, оставаясь в это же время полностью подконтрольным своему разуму.

— Снейп, я задал вам вопрос. Вы сказали, что хотели ее убить? — Гарри чуть сдавил член в кулаке, заставляя на мгновение бедра зельевара подкинуться к нему навстречу, и отпустил, кладя обе руки на колени.

Снейп выдохнул.

— Нет, я… — его голос внезапно подвел, и ему пришлось начинать заново. — Я не хотел ее убивать.

Гарри кивнул и вернул свою руку на твердый, чуть изогнутый ствол. Его хотелось облизать, но вести допрос с полным ртом было бы совершенно невозможно.

— Тогда почему вы так сказали?

— Я не знаю, — Снейп понял правила игры и следовал им, явно не желая, чтобы Гарри прерывался. — Я… дьявол, Поттер!

Гарри повторно облизал свою ладонь и, сделав пару пробных движений, вдруг сорвался в неистовый ритм, сжимая член, чуть заходя на головку, изредка лаская ее большим пальцем, преднамеренно подводя к грани оргазма. Ноги Снейпа задрожали от сдерживаемого напряжения, Гарри скользнул второй рукой под поднявшиеся яички, пощекотал нежную кожу за ними, добираясь до сжатой дырки, и, проникнув меньше чем на фалангу пальца, вернулся обратно, всем существом чувствуя невольный отклик Снейпа. Тот не поддавался, не потворствовал, не позволял, а в какой-то момент даже сопротивлялся удовольствию, которое дарил ему Гарри, но он его получал, и в стократно большем размере, чем можно было даже представить.

Снейп издал какой-то странный звук, больше похожий на гортанное рычание, откинул голову назад, не в силах оставаться неподвижным, резко наклонил ее вперед, пока подбородок не уперся в грудь, шумно выдыхая сквозь плотно сжатые зубы, напрягаясь всем телом.

Гарри убрал руку в тот момент, когда до оргазма оставались секунды — он знал это, видел по поджавшимся яичкам, сокращающимся мышцам живота, чувствовал по пульсирующему члену в его ладони и напряженным ногам, поднятым на носочки.

Снейп, не владея собой, подкинул бедра вверх, ища так необходимое ему сейчас трение, зарычал, напрягая руки, стремясь разорвать веревку, сковывающую их.

— Так, значит, вы отрицаете свою причастность…

— Да, черт возьми! — яростно прошипел тот, напрягая живот, его тяжелый член чуть подрагивал, с головки стекала смазка. — И если вы не можете это понять, не можете ничего довести до конца, то идите вон, Поттер!

Гарри приподнял бровь.

— Хорошо, — равнодушно пожал плечами он и медленно встал. Ноги будто укололи тысячи иголок разом, и он, поморщившись, сделал пару неуверенных шагов в сторону разбросанных листков старого дела. Неторопливо собрал их все, слушая шумное, хриплое дыхание за спиной, подошел к своей мантии, перекинул ее через руку, прошелся по допросной, собирая разбросанные туфли, обуваясь, и направился к двери. Когда до нее оставалось всего пара шагов, он услышал насмешливый, низкий, сорванный голос.

— Черт с вами, Поттер, сколько там сейчас дают за убийство в состоянии аффекта?

Гарри замер на пару мгновений, не в силах справиться с широкой улыбкой, растянувшей его губы, и повернулся, только взяв себя в руки.

— Вам есть, что мне рассказать? — спокойно спросил он, не подавая виду, как отзывается его собственный член на картинку, открывающуюся отсюда. Связанный, возбужденный, жаждущий его Снейп — это было лучше самых смелых фантазий.

Снейп пожал плечами.

— Пожалуй, есть, Поттер. Идите сюда, посмотрим, что можно придумать.

Гарри неторопливо закинул на стол папку с делом, бросил сверху свою мантию и, подойдя к зельевару, грациозно опустился на колени между его ног.

— Я бы хотел услышать правду, а не выдумки, — ответил он, проводя ногтями от колена до бедра и обратно.

— Вы хотели услышать, что я убил ее, верно? Ударил головой об угол стола? — Снейп рвано дышал, и Гарри чувствовал, что не сломал его — тот сознательно пошел на сделку. Он был готов заплатить годами в Азкабане за оргазм в его руках. Гарри легко подул на головку, вызывая почти неслышимый хнык, поощряя дальнейшее признание. — Я напился в ту пятницу, аппарировал к ней домой и у…

Гарри резко, рывком накрыл член Снейпа своим ртом, заставляя задохнуться и прервать поток слов. Он втягивал щеки, создавая нужное давление, брал глубоко, в самое горло, сжимая головку, отчего Снейп шипел, то сдавливая его ногами, то невольно раскрываясь широко, жаждая большего. Гарри с силой водил правой рукой по нижней части ствола, которую не мог захватить ртом, левой — перебирая яички.

Снейп с рыком выдыхал, подрагивая всем телом, и, будь у него возможность, впился бы в непослушные черные волосы пальцами, трахая жаркий рот. Ему не надо было много — он был на грани даже не последние минуты, когда Гарри истязал его умелой рукой, а весь допрос, начиная с того момента, как Гарри уселся на край стола и начал мягко касаться его ноги.

Гарри чуть застонал, поднимая глаза вверх и впервые за вечер встречаясь взглядами со Снейпом. Тот несдержанно вскрикнул, его лицо исказила гримаса удовольствия, и в горло Гарри ударила терпкая, горячая струя спермы, за ней другая и третья. Ее было так много, что в какой-то момент Гарри испугался, что не справится, усердно сглатывая и мягко посасывая пульсирующую головку.

Снейп растекся по неудобному стулу, по его телу проходили затухающие судороги удовольствия, и он почти неслышно постанывал, когда Гарри вылизывал его член.

Гарри нежно поцеловал низ живота Снейпа и снова поднялся. Теперь уже он двигался не так медленно, как раньше, но без излишней торопливости. Взял свои вещи со стола, пошел к выходу, и у двери его повторно настиг голос Снейпа: