— О, Мерлина ради, Поттер, гнев вызываете у меня только вы.

Губы Гарри дернулись в намеке на улыбку, и Снейп буквально на дюйм подался вперед.

— Где вы были в пятницу, девятнадцатого марта, с пяти до семи вечера, когда неизвестный убил миссис Мэрдок?

— Планировал ваше убийство, — буркнул зельевар, и Гарри пришлось приложить усилие, чтобы подавить смешок.

— Мне стоит расценивать это как признание? — непоколебимо продолжил он, и Снейп тяжело вздохнул.

— Сколько раз я должен сказать, что не убивал старую кошелку, чтобы вы меня отсюда отпустили? Или отрицательный ответ вы просто не принимаете?

— Мне нужно узнать, где вы были, чтобы установить, есть ли у вас алиби или нет. На данный момент вы — главный подозреваемый, как я и сказал вначале.

Снейп закатил глаза и скептически хмыкнул. Пробежался взглядом по белым стенам и принялся сверлить разлетевшиеся по полу страницы, исписанные мелким, убористым почерком аврора, расследовавшего дело. Гарри принял это как знак того, что допрашиваемый решил полностью его игнорировать, мысленно себе поаплодировал, забрался на стол так, что ноги свисали, не доставая до пола, и устроил левую на бедре Снейпа. Тот вздрогнул, но головы не повернул. Гарри начал мягко покачивать ступней в туфле вверх-вниз, привлекая внимание, но не доставляя неприятных ощущений. А судя по тому, как зельевар почти незаметно и, скорее всего, неосознанно сместил ногу к Гарри, то ему это даже было приятно.

— Вам станет легче, если вы признаетесь. Снимите камень с души, — предложил он, почти ухмыляясь от того, как абсурдно звучат эти слова, когда они предназначены Северусу Снейпу.

— Где вы понабрались этой пошлости? — недовольно спросил Снейп и попытался стряхнуть ступню Гарри со своей ноги. Но от резкого движения она лишь скользнула ниже, по внутренней стороне бедра, опасно близко к паху зельевара.

— Стандартный протокол, — признался Гарри, чуть отступив: добавляя в тон немного эмоций и возвращая ногу обратно. Чуть грязная подошва туфли оставила серый след на черных брюках мужчины. — Вы хотите что-то сказать в свое оправдание?

— Я начинаю думать, что из вашей и без того стерильной головы удалили все, кроме этих вопросов, Поттер. Идеальная машина для допросов.

— Все закончится, если вы скажете, где были в пятницу, девятнадцатого марта, с пяти до семи вечера, — пропуская мимо ушей слова Снейпа, продолжил Гарри, невесомо лаская его бедро. На скулах зельевара заиграли желваки, и он закинул левую ногу на правую. Гарри мягко провел носком линию до колена и легко толкнул его, заставляя Снейпа вернуться в прежнюю позу. С этого ракурса было прекрасно видно, как тот отзывался на нехитрую ласку. Гарри посмотрел на увеличивающийся бугорок в паху зельевара и выдохнул чуть резче, чуть жарче, чем следовало бы. Подавлять собственную реакцию становилось сложнее.

— Это вы убили миссис Мэрдок? — скучающим тоном спросил он, убирая ногу из личного пространства Снейпа, и, помогая себе другой, скинул туфлю на пол. В тишине комнаты звук получился неожиданно громкий, заставивший их обоих вздрогнуть.

— Нет, — коротко ответил тот, удивив Гарри — он думал, что его визави сейчас больше сосредоточен на ощущениях, чем на разговоре. Или тот был не заинтересован, или пытался казаться таковым.

— У вас есть предположения, кто это мог быть? — Гарри принялся ласкать бедро зельевара с удвоенным энтузиазмом, то чуть надавливая пальцами, то почти невесомо приближаясь к паху. Его усилия были вознаграждены: ответ прозвучал с такой паузой, что сам Гарри едва ли помнил, что спросил. В комнате слышалось лишь немного шумное, контролируемое дыхание Снейпа, прерываемое редкими рваными вздохами.

— Нет.

Гарри удовлетворенно кивнул и спрыгнул со стола, решив, что уже пора. Он сделал пару шагов, обходя Снейпа со спины, заставляя его напрячь все свои чувства, и, не касаясь, провел рукой поверх лопаток, обтянутых черной, грубой тканью мантии. Плечи Снейпа дрогнули, едва опустились, скорее, намекая на движение, чем совершая его, словно тело зельевара желало дать больший доступ Гарри, выпрашивая прикосновение.

— Вы можете сказать, где были в пятницу, девятнадцатого марта, с пяти до семи вечера?

— Я… — чуть хрипло начал он, но тут же сам себя перебил: — Нет.

Гарри наклонился к голове мужчины и фыркнул, легким порывом дыхания заставляя пряди волос защекотать его шею. Тот сглотнул.

— Что вы делаете, Поттер?

— Веду допрос подозреваемого по делу об убийстве, — спокойно ответил он, делая еще пару шагов и оказываясь перед Снейпом лицом к лицу. Он наступил на пятку оставшейся туфли и откинул ее в сторону. Мягко опустился на колени, смотря прямо перед собой на собравшийся складками на животе сюртук и на вздыбленные в области паха брюки.

— В аврорате за последние годы сменилась мода на пытки? Помнится, раньше здесь больше почитали боль, — ехидно, с отголосками страха, произнес тот в ответ.

— Я не собираюсь вас пытать. Всего лишь хочу выяснить, убивали ли вы миссис Мэрдок или нет.

— Я вам ответил на этот вопрос уже трижды.

Гарри положил теплые ладони на колени зельевара.

— Тогда скажите, где вы были в пятницу, девятнадцатого марта, с пяти до семи вечера?

— Прекратите, Поттер. Неужели вы готовы на все ради раскрываемости? Вы всех так допрашиваете?

Руки Гарри скользнули на сантиметр выше.

— У меня индивидуальный подход к каждому, — ровно ответил он. — Вы так и не сказали, какое у вас алиби.

— Чертовски наблюдательно, Поттер! — вновь разъярился Снейп, слегка приподнимаясь на стуле, заставляя ладони Гарри вернуться обратно на колени.

— Вы легко выходите из себя. Вы вспылили и в тот вечер, верно?

— О, Мерлин! Да даже станцуй она голой канкан на моем обеденном столе, я бы и глазом не моргнул.

Гарри продвинул ладони вперед, вернул назад, слабо надавливая, чувствуя, как колени Снейпа раздвигаются, бессловно намекая, где тому хочется ощутить прикосновение сильнее всего.

— Полагаю, соверши она что-то столь глупое, вы бы все же не остались равнодушны. Что она сделала, что вы ее убили?

— Я не убивал ее, Поттер! — руки Гарри уже поглаживали внутренние стороны бедер, и Снейп отвечал с жаром на каждый вопрос. Не факт, что правду, к сожалению. — Вы не станете это делать, прекратите.

— Я не могу прекратить допрос.

— Я не про ваши идиотские вопросы говорю! Я не собираюсь игнорировать то, что вы сейчас совершаете акт сексуального насилия.

— Вам неприятно?

— Да, Поттер, именно, мне… — Гарри неожиданно провел ногтем указательного пальца по всей длине члена, обхваченного натянутой тканью брюк. Снейп сжал челюсти так, что клацнули зубы, и замолк, тяжело дыша.

— Вы не договорили: «вам…» что? Может, желаете признаться?

Снейп закрыл глаза, пытаясь успокоиться.

— Вы пользуетесь моей беспомощностью.

— Разве? — Гарри слегка пощекотал кончиком пальца то место, где должна была находиться головка члена. Снейп вздрогнул. — Я всего лишь пытаюсь узнать, как вы провели вечер пятницы, девятнадцатого марта.

— Это все еще не ваше дело, — выговорил тот, не открывая глаз.

В тишине комнаты громко взвизгнула молния. Теперь от члена зельевара Гарри отделяли только серые боксеры. Он вернул руки на колени и принялся совсем невесомо вырисовывать пальцами узоры.

— От этого зависит ваша свобода. Миссис Мэрдок была довольно скандальным человеком, уверен, многие рады, что она больше не потревожит их покой. Вы тоже?

— Да. Нет. Черт возьми, Поттер… — Снейп открыл глаза и, кажется, блуждал взглядом по лицу Гарри. — Вы избегаете на меня смотреть. Почему?

— Почему вы не отвечаете на мои вопросы?

Гарри протянул руку и погладил член зельевара через тонкую серую ткань.

— Вы не смотрите, потому что вам стыдно? Вы не можете встретить мой взгляд, потому что вы противны сами себе из-за того, что вы делаете, — убежденно произнес он, и Гарри сжал член в кулаке, чувствуя, как сумасшедше напряглись бедра Снейпа. Он бы, наверное, и застонал, если б не выдержка военных дней. Это был невольный вызов, и Гарри собирался его принять.