Себастьян громко сопел в своей постельке, а я тихо прокрался к ней и встал над ним, как полуночник. К моему удивлению, он сразу же открыл глаза и замахнулся, но поняв, что это я, опустил руку.

— Эдвард? Чё… — хриплым сонным голосом проговорил он.

— Эм, — я замялся. — прости. Просто… — я развернулся, демонстрируя связанные руки.

Моран посмотрел на них, а затем почесал затылок.

— Джим? — киллер указал на мою помятую одежду.

Я отвёл взгляд и напряг челюсть. Полковник вздохнул и подполз ко мне.

— Давай. — голос был уставшим, но понимающим.

Я развернулся к нему спиной и стал ждать, пока путы падут. Кисти горели, я поморщился. Горел и зад. Ремень рухнул на пол. Я поднял его и сжал в руке, представляя, как… Чёрт.

— Спасибо. — мы были в темноте, поэтому всё, что происходило казалось ещё комичнее.

— Пожалуйста. — сказал Моран и зевнул. — Он придурок.

— Знаю. — грустно согласился я, и направился к выходу. — Ещё раз спасибо и спокойной ночи, Себастьян.

Моран усмехнулся каким-то своим мыслям.

Я направился в свою комнату. Пока шёл, ударял ремнём по всем поверхностям, выпуская пар. Пройти мимо двери Джима оказалось труднее всего. Хотелось зайти и…

Я лежал в кровати и чувствовал неожиданную пустоту внутри. Я смотрел в потолок и думал о том, что мне чего-то не хватает. Я так хотел этого, но пока даже не понимал чего именно.

========== Глава 27. ==========

Обида к утру не растворилась. Я не собирался сидеть в комнате и дуться, я ж не ребёнок в самом деле. Моим решением был смелый ход: делать вид, будто всё нормально, но в то же время быть… сукой.

Я натянул на себя прекрасный костюм, причесался и отправился на первый этаж. Вошёл в столовую я, шагая уверенно, с чуть вздёрнутым к потолку подбородком, не отвечая на одну конкретную пару карих глаз.

— Доброе утро, Себастьян. — отвесил я нелепый поклон киллеру.

Моран кинул быстрый взгляд на меня, а затем поприветствовал меня махом ложки с джемом. Я уселся за стол, старательно изображая из себя какого-то лорда из девятнадцатого века. Тишина была таки невыносимой, поэтому я, помешивая чай чертовски элегантными движениями, обратился снова к полковнику:

— Как спалось?

Моран снова непонимающе уставился на меня, но следом провёл пальцами по носу и ответил:

— Да нормасно. Уснул сразу после того как, ну, помнишь, освободил тебя от ремня этого ебучего.

Твою налево… Я вдохнул воздух довольно громко, устремляя свой уязвлённый взгляд вдаль. Себастьян! Вот за что?! Я только собрал всё своё достоинство и решил играть роль короля.

И тут Джим заржал. Я старался держаться. Моран непонимающе переводил взгляд с меня, на дядю и обратно. Мои челюсти начали скрипеть, ибо Джим не унимался. Я всё-таки посмотрел на него. Мориарти сидел, держась за сердце. Вот-вот инфаркт хватит от смеха! Я покраснел, понимая, что весь мой план полетел к чёрту, а ещё я вспомнил вчерашние позорные попытки освободиться.

Меня прорвало таки.

Я резко встал. Стул так проскрипел, что этот звук был слышен во всём доме. Ну, это хотя бы заткнуло Джима. Он смотрел на меня, тяжело дыша. Моран понял, что я на взводе, поэтому приготовился к чему-то, судя по напрягшимся мышцам. Как в такой ситуации поступают взрослые разумные люди? Как поступают Мориарти? Вообще плевать. Всё разделилось надвое: на секунду до того, как я опрокидываю стол, выхватываю пистолет из волшебной шляпы, расстреливаю всех, и после. Адреналин плескался во мне волнами, а именно в эту секунду был готов обрушиться в форме цунами, вновь топя острова.

Но в последнюю миллисекунду что-то изменилось. Я вдруг сел обратно за стол и аккуратно стал размешивать чай, словно ничего и не было. Всё пропало. Цунами гнева просто рассеялось со скоростью света, а внутри образовалось какое-то новое ощущение.

Моран уткнулся в свою тарелку. Я же смотрел в свою чашку. Джим тоже сидел тихо. Его лица я не видел.

Вдруг я улыбнулся. Кажется, я обломал Джиму шоу, в котором я, теряющий контроль, главный герой. О, оказалось, что это то ещё удовольствие! Чёрт возьми, что же со мной происходит? То я готов на всё ради дяди, даже в ногах его валяться, чтобы ему было приятно, то мне доставляет наслаждение его злить, обламывать и обыгрывать.

Я улыбался сначала чаю в кружке, а затем поднял глаза на Джима. Вот! Я поймал! Поймал! Это удивление! Всего секунду Джим был выбит из колеи. Но после… Он мне ответил. Он тоже улыбнулся. Между нами снова образовалась связь. Словно когда наши эмоциональные фоны совпадают, происходит некий симбиоз. И это созерцание друг друга может длиться вечно…

Моран начал кашлять, призывая нас обратить на него внимание.

— Я конечно понимаю, семейные штучки, но можно за завтраком не обмениваться взглядами способными разрушить полмира?

Я разорвал контакт, обращаясь к Себастьяну:

— Почему же только пол?

Джим снова рассмеялся, но на этот раз смех не резал уши, а ублажал слух. Он провёл пальцами по блестящей ручке ложки, кусая губу изнутри.

После завтрака я стал прогуливаться по дому, раздумывая о своих ближайших планах. Пришла мысль связаться с Ланцем. Может я смогу надоумить его, как ускорить процесс объединения, ведь у меня была парочка вариантиков. Так же мне улыбалась перспектива в тайне от Джима (какой смогу обзавестись) продолжить охотиться за жемчужиной. С Америкой я ничего пока не могу сделать, так что она покидает мой список.

Свернув в коридор, ведущий в небольшое помещение, из которого можно попасть в сад, я услышал очень интересный разговор. Интересным он мне показался потому, что до моих ушей долетело моё собственное имя, а ещё болтающими оказались охранники. Точнее те самые личности, которые бродят по дому и по наказу Мориарти не попадаются ему на глаза, а лишь являются подстраховкой на случай форс-мажоров.

Итак, я не вышел из тени коридора, а остался таиться у границы света и мрака.

— Тебе не заплатят больше, чем здесь. — сказал первый охранник, стоящий ближе к выходу в сад.

Второй нагло расселся на небольшом диванчике у окна. Выглядел он довольно привлекательно, но следующие его слова заставили меня тут же преисполниться ненавистью к нему.

— Пусть платят меньше, зато там никто не трахается с родственниками.

Первый охранник покачал головой и расстегнул свой пиджак. Несмотря на то, что все двери и окна были распахнуты, в комнате стояла жара. Солнце нещадно жгло пол земного шара.

— Твои принципы выгоды тебе не принесут. — мужчина поддался к открытой двери, чтобы вдохнуть свежего воздуха. — Тут все тронутые. Зато при немалых деньгах. Я вообще удивлён, как смог пробиться к нему. Ты ж помнишь, я рассказывал, что подумал, что этот Мориарти просто предприниматель.

Сидящий пожал плечами.

— Мы до сих пор не знаем, чем он конкретно занимается. Но тут точно нет ни следа чистого бизнеса.

— Тут вообще нет бизнеса! — хотелось мне закричать. — Вы даже не представляете на кого работаете.

— Моя сестра вообще думает, что я охраняю чиновника. — первый посмеялся.

Второй тоже. Но его смех звучал издевательски.

— Я бы посмотрел на её лицо, если б она увидела, что ты сторожишь двери, за которыми этот самый «чиновник», — охранник изобразил кавычки. — трахает своего племянника. Такого же психопата и извращенца. Яблочко от…

Охранник не закончил, потому что я сделал шаг вперёд, чем сразу привлёк к себе внимание обоих. Тот, что стоял у двери, сразу встал смирно, косясь на второго. Сидящая сволочь, так искусно обливающая дерьмом меня и Джима, вскочила с дивана, поправляя костюм. Оба мялись. Я не был Джимом, не я их нанял и не я им платил, но я был вхож в ближайший круг их босса. Они просто не знали, как себя вести со мной. Я же уже знал, как поступлю со вторым пингвином.

Я медленно, очень медленно растягивал губы, переводя взгляд с одного на другого. Затем я, не спеша, обошёл первого охранника, а когда подошёл ко второму, то резко вырвал из его кобуры пистолет. Тот отшатнулся, второй замер всё в той же нерешительности. Они не имели понятия как я себя поведу, и что им делать.