========== 06. ==========
Комментарий к 06.
Приятного прочтения!
Во время первого поднолуния в Хогвартсе Кассиопея не могла уснуть. Она слышала, как храпят Роза и Майра, когда она сидела на подоконнике, а Бадди лежал у нее на коленях.
Ее пронзительные голубые глаза были прикованы к яркой луне. Было странно, как что-то настолько прекрасное могло заставить кого-то чувствовать себя монстром. Как нечто столь завораживающее может разрушить чью-то жизнь.
Она печально вздохнула, ее усталые, налитые кровью глаза не отрывались от луны. Ее кончики пальцев мягко касались длинной черной шерсти Бадди, когда он одобрительно мурлыкал. Ее плечи были напряжены, так как беспокойство висело над ней весь день. Особенно после того, как она увидела, каким бледным и усталым выглядел Ремус ранее за обедом, она просто надеялась, что мальчик с песочно-каштановыми волосами принял сегодня свое зелье и, надеюсь, он мирно спит в Визжащей Хижине.
Она надеялась, что он не чувствует боли от полнолуния.
Нога Касс сильно подпрыгнула. Она почти не замечала этого, пока не почувствовала, что Бадди наконец отстранился от нее, устало пробираясь к ее пустой кровати. Наконец оторвав взгляд от луны, черноволосая девушка твердо положила руку на колено, стараясь держать ее неподвижной, когда оглянулась на улицу. На этот раз ее взгляд прилип к Гремучей Иве.
Все, что Кассиопея хотела сделать, это спуститься туда, но она знала, что не сможет. Она не могла нарушить обещание, данное Ремусу. Она глубоко заботилась о мальчике и определенно не нужелала - или даже не хотела - расстраивать его.
Ее нижняя губа застряла между жемчужно-белыми зубами. Несмотря на руку на колене, ее нога все еще сильно дергалась, ее пронзительные голубые глаза наполнились беспокойством, когда она позволила им переключаться между Гремучей Ивой и луной; так что она могла сказать, когда ей наконец пришло время спуститься туда.
Обычно, когда луна была уже на полпути по небу, Касс собиралась уходить. Тем не менее, казалось, что луна была супер приклеена к самой вершине ночного неба, не сдвинувшись ни на дюйм, когда она погрузилась в облака. Это было все равно, что смотреть, как сохнет краска, но дело не в том, что она не хотела этого делать - она бы не спала годами, если бы понадобилось, - но это был просто факт, что она ненавидела мысль о том, что Ремусу больно, и чем дольше луна оставалась, тем дольше это будет.
Еще через пару часов луна, наконец, опустилась достаточно низко, что указывало на то, что Касс наконец-то смогла улизнуть туда. Надев туфли, она схватила сумку, запихнула в нее две полные плитки шоколада, несколько запасных одеял и даже несколько книг. Затем Кассиопея схватила куртку, накинула ее, сунула палочку в карман и выбежала из спальни.
Она изо всех сил старалась вести себя тихо - не для того, чтобы не разбудить остальных из-за чистоты своего сердца, а из-за того, что не хотела, чтобы они проснулись и последовали за ней. К счастью для нее, в гостиной Слизерина никого не было, когда она тихо вышла, наслаждаясь тишиной и спокойствием заброшенных коридоров.
***
Когда девушка, наконец, вошла в Визжащую Хижину, она позволила своим глазам блуждать по грязной комнате. Единственным источником света в ней был камин, который приносил успокаивающее тепло в холодную комнату. Стены были поцарапаны, как и половицы. В углу стояла одна кровать, матрас был разорван, но, похоже, Ремусу было все равно.
Напротив Ремуса было одно маленькое окошко. Прямо под ним спали три мальчика, все они лежали друг на дружке, их глаза были закрыты, колени подтянуты к груди, и тихое похрапывание исходило из их слегка приоткрытых губ.
К счастью, никто из мальчиков не выглядел слишком раненым, по крайней мере она ничего не смогла заметить на них, но увидела свежий порез на руке Римуса, он не выглядел глубоким. Как можно тише она открыла сумку и достала два одеяла.
Подойдя к сбившейся в кучу троице, она тихо выругалась, когда одна из половиц заскрипела. Остановившись как вкопанная, она широко раскрытыми глазами перевела взгляд с одного мальчика на другого и вздохнула с облегчением, когда не увидела, что кто-то из них проснулся. Сделав еще несколько шагов к ним, она осторожно накрыла троицу обоими одеялами, прежде чем тихо уйти.
Когда она повернулась, готовая направиться в сторону Ремуса, она заметила, что его усталые глаза смотрят на нее. Усталая улыбка украсила его лицо, когда их глаза наконец встретились.
— Ты уж проснулся? — нервно спросила черноволосая девушка, она схватила последнее одеяло из своей сумки и начала пробираться к мальчику со шрамами.
Ремус слегка покачал головой.
— Нет, я не мог уснуть, — сказал он ей, — Спасибо, — добавил он, когда она накрыла его самым пушистым одеялом, — Я сказал тебе прийти послезавтра, — сказал мальчик со шрамом, на его губах появилась легкая улыбка, когда его остекленевшие глаза наблюдали за ней.
Кассиопея пожала плечами.
— Уже почти следующий день, — сказала она ему, прикусив губу, чтобы не усмехнуться, — Я также принесла шоколад, — добавила она, полезла в сумку, чтобы показать ему две плитки.
Глаза Ремуса загорелись, когда он издал тихий смешок, этот звук вызвал теплое чувство в животе Кэсс.
— Что бы я делал без тебя, а? — спросил он, когда наконец сел, слегка застонав от боли.
Кассиопея внезапно встревожилась. Не раздумывая ни секунды, она упала на колени рядом с ним.
— Ты в порядке? Ты ранен?
Ремус покачал головой. Его сердце затрепетало от отразившегося на лице девушки, беспокойства. Его щеки вспыхнули.
— Нет, нет, я в порядке — честно сказал он ей покачав головой.
— Ты уверен?
— На все сто.
— Если я узнаю, что ты лжешь, пиняй на себя, — сказала Кассиопея с веселой усмешкой, — Вот, — она передала ему шоколад и села рядом с кроватью.
— Что ты делаешь? — спросил он, отрывая взгляд от еды.
— О, ты хочешь, чтобы я ушла? — спросила она, ее сердце разрывалось, когда она произносила эти слова — Мне жаль.
— Нет, нет, нет, — перебил ее Ремус, яростно качая головой; игнорируя пульсирующее ощущение, которое охватило его, — Не извиняйся, и я действительно не хочу, чтобы ты уходила, — он внезапно слегка подвинулся влево и похлопал по пустому месту рядом с ним, — Иди, сядь здесь со мной.
Кассиопея сначала выглядела нерешительной, но выражение лица Ремуса сказало ей, что он не примет отказа в качестве ответа. Итак, поставив сумку на пол и сбросив туфли, девушка забралась на кровать, тогда Ремус открыл шоколад и предложил ей немного.
Когда она отказалась, он просто смотрел на нее несколько мгновений, пока она, наконец, не взяла немного.
Кассиопея была чрезвычайно благодарна за то, что в комнате было так темно, это означало, что Ремус не мог заметить её легкий румянец, покрывавший ее щеки, когда их руки время от времени соприкасались. А их ноги почти переплелись друг с другом.
Прошло совсем немного времени, прежде чем они оба заснули, ее голова упала прямо ему на плечо, в то время как его голова легла на ее. Их тихое дыхание смешалось в воздухе, когда Кассиопея подсознательно придвинулась ближе к парню со шрамами.
***
Единственная причина, по которой Кассиопея проснулась, стала тихое хихиканье, которое разносилось со всем рядом. Она вытянула ноги, ощущая чьи то руки, крепко обхватившие ее талию.
Ее пронзительные голубые глаза оглянулись и увидели Ремуса Люпина. Легкая улыбка украсила лицо Кэсс и не задумываясь, она позволила своей руке нежно коснуться одной стороны лица парня.
Именно тогда она почувствовала на себе взгляды. Отпрыгнув от Ремуса, глаза Кассиопеи расширились, когда она заметила Сириуса, Джеймса и Питера, стоящих посреди комнаты, их лица были полны веселья. Чувствуя, как горит все ее лицо, черноволосая девушка вскочила на ноги, случайно разбудив при этом Ремуса.
— Доброе утро, — сказал Сириус, растягивая слово.
— П-привет, — заикаясь, пробормотала Касс, она чувствовала, как все ее тело горит, когда все взгляды были прикованы к ней.