– Да-да, конечно, – покивал дядя, закидывая в рот виноградинку из фруктовой корзинки. – Но я не об этом хочу поговорить. Тебе необходима помощь, Аня.
Рука с чашкой кофе дрогнула, и я едва не пролила её драгоценное содержимое на светло-сиреневую скатерть.
– Помощь? – с трудом сохраняя спокойствие, спросила я. – Какая помощь, Берни?
Дядя протянул руку вперёд, и я поняла, что он желает забрать у меня кофейную чашку. Встретившись с моим тяжёлым взглядом, он вздохнул, смилостивился и всё же не стал её отбирать. Я поспешила сделать глоток, пока он снова не передумал.
– Ты плохо спишь, птенчик, – глубоко вздохнув, сказал Бернард. – Страдаешь от кошмаров, кофейной зависимости, постоянно злишься или переживаешь. На твоём обучении магии в Королевской Академии это может плохо сказаться.
– К чему ты клонишь, Берни? – залпом допив содержимое чашки, я отставила её на стол и положила на тарелку несколько бутербродов из жареного хлеба и плавленного сыра, чтобы чем-то занять руки.
– Я подумал, что тебе следует поучиться в Академии Безумцев, – прямо сказал дядя. Бутерброд в моей руке хрустнул.
Академия Безумцев была странным, если не сказать, ненормальным местом, полностью оправдывающим своё наименование. Она находилась в прослойке между мирами и обучала в своих стенах магов всех империй и королевств, как нашего мира, так и соседствующих. Единственным, что объединяло студентов Академии, было поголовное отсутствие здравого ума. А ещё сие учебное заведение славилось тем, что выпускавшиеся оттуда маги нередко грабили банки, захватывали власть или путешествовали между мирами, соглашаясь на самые безумные задания. В общем, если магии поступивших туда обучали неплохо, то мозги на место ставили паршиво.
– Берни, ты не в себе? – осторожно спросила я, помня о королевской выдержке. Стараясь сохранить спокойствие, взяла салфетку из серебряной салфетницы и вытерла ею руку, перепачканную в хлебных крошках и жидком сыре. – Это учебное заведение для чокнутых! Отправив меня туда, ты дашь понять всем и каждому в Арайдене, что кронпринцесса больна и недостойна трона. Тогда тебя, вероятно, обяжут жениться и произвести на свет наследника.
Несмотря на старания, сдержаться у меня, всё же, не получилось.
– Во-первых, не повышай голос, Аня, – лицо дяди осталось спокойным, как будто мы с ним обсуждали прогнозируемую погоду, а не моё будущее. – Во-вторых, ты преувеличиваешь последствия своего обучения. Студенты Академии выпускаются официально здоровыми и полностью обученными. Трона твоих родителей ты не лишишься, ты напротив заслужишь его, показав, что признаёшь существование проблем и исправляешься.
– Берни, но я здорова, – я чуть подалась вперёд для пущей убедительности.
– Мы оба знаем, что нет, Аня, – строго сказал дядя. – Как твой король, я имею право тебе приказать.
Я поджала губы, не сводя с него недовольного взгляда. Прежде он не использовал власть, полученную благодаря родству со мной и моей матерью, подобным образом.
– Ты считаешь, что со мной всё настолько плохо, что меня следует отправить учиться к психам? – пробормотала я.
Бернард меня услышал:
– Я считаю, что ты достаточно разумна, чтобы позволить магам из Академии помочь тебе справиться с твоими подозрениями и страхами, – мягче, чем прежде, сказал дядя. – Там собрались опытные путешественники между мирами, представители других рас. Наверняка ты встретишь кого-то похожего на тебя, и вы вместе справитесь с трудностями. Тебе там будет лучше, чем в Королевской Академии.
– Ты считаешь, что всему виной их гибель, да? Что я зря думаю, что что-то не так?
– Да, птенчик мой. Уже давно известно, что заклинание пришло из Тамирской империи. Драконы казнили за то нападение своих императора и императрицу. Не лучшее ли это доказательство их вины?
Мы обсуждали случившееся девять лет назад не в первый раз. Мои родители устроили приём в летней резиденции, в то время как я гостила у дяди Бернарда в семейном имении Сейромонов. Это и спасло мне жизнь: Тамирская империя, в народе называемая драконьей, напала на Арайден, стерев летний дворец с лица земли. А вместе с ним и людей, что в нём были. В трагедии оказались повинны обезумевшие император и императрица Тамирские. Жители империи казнили сумасшедших правителей, посадив на трон младшего брата императора, Уильяма Тамирского. Арайден удовлетворился их смертью.
Но не я. Мне казалось, что что-то в этой истории не так, что убийцы живы и бродят где-то рядом. Возможно, я действительно сошла с ума?
– Хорошо, Берни. Я поеду учиться в Академию безумцев.
ГЛАВА ВТОРАЯ, В КОТОРОЙ Я ЗНАКОМЛЮСЬ С БОГАМИ
– Последняя убогая? – спросила незнакомая черноволосая девица, равнодушно скользнув по мне взглядом.
Она сидела на перилах крыльца заставы, на вид довольно хлипких, и держала в руке что-то вроде стакана из плотной бумаги, закрытого крышечкой с дырочкой. Ветер доносил до меня изумительный запах кофе и, кажется, арахиса. Одета незнакомка была неприлично: синие брюки из неизвестной мне ткани постыдно обтягивали её ноги, у белой маечки имелся очень глубокий вырез, подчёркивающий красивую грудь. Хорошо хоть на ней была куртка из чёрной кожи; плохо то, что не застёгнутая.
Девушка сделала один большой глоток из стакана, не отрывая от меня своих холодных болотисто-зелёных глаз. Поскольку я стояла чуть в отдалении от ступеней крыльца, неизвестная смотрела на меня сверху вниз, что было непривычно и неприятно. Когда она убрала стакан ото рта и слизала оставшуюся на нижней губе светлую капельку, я убедилась в своём предположении, что там у неё разбавленный молоком и чем-то ещё страстно желаемый мною напиток.
– Слушай, если я назвала тебя убогой, не значит, что нужно вести себя, как убогая, – заявила незнакомка, спрыгивая с перил и приближаясь ко мне. Помимо кофе, от неё пахло табаком и землёй после дождя. Второе неудивительно: я вынужденно задержалась в городе как раз потому, что дождь начался тогда, когда стражи меня уже покинули. – Кофе тебе, что ли, дать, чтобы соображала скорее?
Я часто закивала быстрее, чем сообразила, что такое поведение недостойно кронпринцессы Арайдена. Однако я провела неделю в пути, чтобы добраться до заставы, переправляющей из нашего мира в миры иные, и всю эту неделю во рту не было ни капли кофе. Сопровождавшим меня стражам дядя Бернард строго наказал следить, чтобы во время стоянок на постоялых дворах на моём обеденном столе не оказывалось ничего крепче чая.
– Серьёзно? – иронично поинтересовалась странная девица, с каждой минутой не нравившаяся мне всё больше. Она была… неправильная, на мой взгляд. – Ну, на. Держи.
Что не помешало мне перехватить из её рук стакан, убрать крышечку из странного материала и стремительно выпить остававшуюся внутри половину содержимого. Кофе, сладкий, бодрящий, с привкусом орехов наполнил мой рот. Глотая, я чувствовала, как согреваюсь изнутри и как мне становится немного легче переносить головную боль, мучившую с раннего утра, проведённого в дороге.
– Ты что, его весь вылакала?! – возмущённо спросила незнакомка, уставившись на пустой стакан. Потом глянула на моё блаженное лицо, махнула рукой с цветными ногтями и выхватила стаканчик с крышечкой из моих обнимавших его ладоней, чтобы сразу же выбросить в каменную урну на земле рядом с крыльцом заставы.
– Ладно, проехали, – сказала она и указала рукой в сторону дверей небольшого здания, являвшегося пропускным пунктом в большие миры. – Ты Аня Сейромон-Арайден?
Я спокойно кивнула, хотя ранее не слышала, чтобы имя королевской особы произносили так просто, с каким-то даже лёгким пренебрежением.
– Ваши иномирные фамилии и титулы меня несколько напрягают, потому звать буду просто Аней, – невозмутимо сказала девица, взбираясь на крыльцо и предполагая, видимо, что я последую за ней. Я с места не сдвинулась. – Ты чего стоишь?
– Ты не представилась, – пояснила я, неприятно поражённая не только внешним видом незнакомки, но и её манерами, и жалевшая, что стражи, сопровождавшие меня до приграничного города Таль, от которого несколько шагов до стоящей посреди невысокой травы заставы, давно уехали вместе с экипажем. Сумка с вещами оттягивала моё правое плечо, синий подол платья немного промок внизу, но идти прежде, чем узнаю имя и личность незнакомки, я не собиралась. Хотя, выбора особого-то и не было: дядя ясно дал понять, как сильно хочет, чтобы я выучилась в академии для психов.