— Как проходит Золотой турнир? — спросил Гарри, пытаясь проткнуть кукурузинку. Он уже знал от Кая, что Кабаны лидируют и дышат в спину Воронам, а вот Слизеринцы пока на третьем месте.

Сет закинул в рот горошинку.

— Пока хорошо, но скоро матч с Кабанами.

— Волнуешься?

Гарри помнил их неудачный разговор, когда Сет отказался откровенничать. Кажется, Сет стал ему больше доверять.

— Мы с Каем дружили, но я до сих пор не могу признать то, что мы в разных командах. Не могу играть против него, но не потому, что боюсь проиграть. Я знаю, что он зол на меня, но не знаю способа это исправить.

— Вам нужно поговорить.

— Как говорить с человеком, который слушать не хочет?

Если бы Гарри знал, то сказал бы. Они замолчали, когда прозвенел звонок на урок. Сет поднялся и улыбнулся Поттеру на прощание, а Гарри остался с кукурузой в тарелке. Разговор с капитаном старшегодок заставил задуматься о происходящем в его собственной жизни, об их дружбе с Роном. Гарри радовался, что они оба смогли переступить через свою гордость и поговорили, иначе не общались бы, как Кай с Сетом.

На занятие Гарри опоздал, но когда вошел в кабинет, понял, что никого это не волнует. Он услышал гневные крики еще в коридоре. На удивление, на историю пришел Томас, хотя они учились в разных классах.

— Я так и знал, что ты подведешь нас в самый ответственный момент, — возмущался Томас.

Джозеф сидел за своей партой и не выглядел рассерженным или виноватым. Однокурсники поглядывали на спорящих парней.

— Я уже говорил, что футбол для меня важнее. Матчи проходят в один день, и я ничего не могу поделать.

— Парни, давайте… — Кевин попытался их успокоить, но Томас слушать не стал.

— Если мы проиграем, это твоя вина, Кёртис.

Заявление Томаса не произвело должного впечатления.

— Томми, успокойся, — встрял Драко, сложив руки на груди. На лице сияло безразличие. — У нас история.

— А ты, — Томас гневно посмотрел на Драко. — Ты… Из-за тебя меня бросила Моника.

— Так вот, из-за чего ты злишься, — усмехнулся Джозеф.

Томас не успел придумать ответ, разрываясь между злостью на Драко и Джозефа, поэтому преподаватель истории, до этого нервно теребящий галстук, сумел вмешаться. Историк натянул неуверенную улыбку и попросил всех занять свои места: не все студенты следили за конфликтом, предпочитая болтать о своем. Профессор вывел Томаса из кабинета, мягко подталкивая его в спину.

— Я не закончил, — крикнул Томас напоследок, пока дверь не закрылась.

Гарри сел за парту, стараясь разгадать эмоции Драко. Малфой заметил его внимание и убрал нервно подрагивающие пальцы под стол. Возможно, Драко ощущал вину за то, что вмешался в чужие отношения. К Гарри пришло запоздалое осознание, что Джозеф не поедет на третий тур. У них оставалось достаточно способных игроков, поэтому Гарри не волновался, но надеялся, что в финале будут играть все.

В перерыве Гарри рассказал про подобранного им щенка и спросил, кто хочет забрать его к себе через неделю. Точного ответа пока никто не дал. После школы Гарри собрал сумку для поездки в Лестер и завел будильник. Он думал, что придется гулять с Коржиком — так Дадли назвал щенка, но кузен пока проводил с песиком все свободное время и не жаловался.

Поездка в Лестер снова приходилась на раннее утро. Днем должен состояться матч с Авгуреями, поэтому нужно было успеть размяться. В этот раз Гарри подселили к Карлу и Драко. Столь необычное соседство напрягало, но спорить Поттер не стал: всего одна ночь. После обеда Слизеринцы потренировались, собрались с духом и снова одержали победу за три партии. Они справились без Джозефа, с новичком в команде — Рупертом, и с вернувшимся после лечения Карлом. Мистер Кох остался доволен.

— Знаете, это уже не смешно, — сказал Томас, вытирая мокрые губы после нескольких крупных глотков воды. — Когда мы сможем нормально сыграть?

— Не зазнавайся, — осадил его Кевин. — Впереди Кабаны, Лисы и Совы: никого из них мы ни разу не победили.

После расставания с Моникой Томас стал нетерпимым и легко ввязывался в конфликты. Карл с интересом наблюдал за другом, наверняка придумывая новые подколки. Гарри не понимал, почему Карлу так нравится бесить Томаса.

Гарри собрался на вечернюю пробежку после ужина, и Драко к нему присоединился. Когда они разминались перед отелем, вышел Маттиас и улыбнулся. Он даже не стал скрывать, что следит за парнями.

— Вы же не против вместе побегать? — спросил Маттиас, потягивая мышцы спины. — Не хочу лишний раз нервничать.

— Ты думаешь, мы собираемся найти в парке укромные кусты и в них целоваться? — Драко не скрывал раздражения.

— Кто вас знает.

В их перебранке Гарри не участвовал. Он не приглашал партнеров по бегу, поэтому побежал вперед без лишних слов. Драко и Маттиас последовали за ним. Желание успокоиться после удачного матча и привести мысли в порядок ускользнуло. Присутствие посторонних нервировало, и Гарри делал пару попыток оторваться, меняя привычный маршрут, но неизменно пути трех сокомандников сталкивались.

Он вернулся в отель уставший и слегка на взводе, поэтому вошел в номер и сразу скрылся в душе, игнорируя вопросы Карла. Уже вытираясь, Гарри подошел к зеркалу и увидел проступившую надпись на запотевшем стекле: «обернись». Стало жутко, ведь в отражении он никого не видел, и Гарри обернулся. Как и ожидалось, в душе он был один. Гарри повязал полотенце на бедрах и вышел. Карл лежал с телефоном в руках и что-то смотрел, но тут же поднял глаза, когда дверь душевой открылась. Драко тоже взглянул на Гарри.

— Джон заходил? — спросил Поттер, когда Малфой скрылся в душе.

— Как догадался?

Карл поставил видео на паузу.

— Зеркало.

Прозвучал короткий смешок, и Карл снова уткнулся в телефон. Спокойный вечер вновь сорвался, когда в номер кто-то постучался. Не дожидаясь разрешения, в комнату ворвался Джон.

— Вспомнишь лучик, вот и солнце, — усмехнулся Карл. Гарри знал поговорки пожестче.

Джон оглядел трех парней, бездумно смотрящих в смартфоны.

— Вы чем занимаетесь? Руперт зовет всех к себе в комнату.

— Первогодка? — усмехнулся Драко. — Зовет собирать слова из кубиков?

Карл же с радостью поднялся.

— Надоело сидеть с этими стариками. Уж лучше детское пюре и кубики, чем срать в утку и питаться от капельницы.

Гарри тоже согласился спустя заминку: не хотелось оставаться наедине с Драко. Они двинулись втроем в номер Руперта. Оказывается, собралась не вся команда, но в глаза сразу бросились Кевин и Руперт. Первогодка лез к капитану с молящим выражением на лице, что-то выспрашивал, а в ответ не получал даже дежурную улыбку — только холодное равнодушие. Неразлучные Макс и Эмос ели вишню из пиалы и о чем-то болтали с Томасом. Недаром парни получили роли Пятерки и Семерки в спектакле.

Дверь отворилась, и Гарри отошел в сторону, пропуская Маттиаса и Людо. Людо тут же смутился, когда заметил Руперта, но хулиган не обращал внимания на бывшую жертву. Гарри не заметил, чтобы первогодки ссорились хоть раз за все время пребывания Руперта в команде. Стоило ли благодарить Кевина за примерное поведение Руперта?

Карл сел к Кевину, а Джон увязался следом. Гарри присоединился к ним, замечая интерес Карла — он наблюдал за навязчивым Рупертом. Судя по загадочной ухмылке, Карл видел больше, чем остальные. Он повернулся к Гарри и подмигнул. В этот момент Поттера пронзила мысль, что он невыразимо скучал по Карлу, поэтому улыбнулся в ответ.

— Слушайте, я пока лежал в дурке, узнал новую игру, — вдруг сказал Карл громким голосом. Присутствующие в комнате обернулись на шум.

— Надеюсь, это не прыжки из окна, — пошутил Томас, но тон выражал только злость.

— О. Ты лежал в той же дурке, Томми? — усмехнулся Карл. — Что-то я тебя не заметил. Наверное, каждый вечер прыгал.

— Хватит, — оборвал Кевин. — Что за игра?

Томас молча закинул в рот очередную вишню, губами обрывая черенок, а Карл поумерил пыл и продолжил: