— На семь часов! — раздался голос командира их отряда.

— На девять! — вторил справа Аккерман, ведя своих солдат чуть вперёд. — Не теряйте бдительности!

Всё построение дробилось согласно заученной схеме. Рассредоточенной, сохраняющей пространство для манёвров и мгновенной перегруппировки. Ханджи предполагала, что девяносто процентов титанов должны были за эти года через Шиганшину проникнуть на территорию, огороженную стенами. А стало быть, имелся шанс, что снаружи осталось их немного. Однако всё равно следовало продвигаться осторожно. Никакого галопа, максимум резвая рысь. Близился рассвет — время, когда солнце должно пробудить несчастных гигантов. Эрен ждал в ближайшие пять дней лишь одной встречи с таким созданием. Поэтому спокойно смотрел на то, как теплится розовая зарница по правую руку. Парень буквально чувствовал, что по мере удаления стены Мария отрывается от прошлого, в котором ещё могло что-то измениться. Теперь его, их всех, уносило вперёд течением будущего. И к каким берегам их прибьёт этими волнами и потоками в ближайшие лет шесть, знал лишь он один. Ну и тот, кто умел думать головой, а не только верить в лучшее. А таких здесь было меньшинство. Впрочем, сегодня утром Йегер думал об этом без всякой обиды и злобы, которые испытывал ранее на их «бездействие». Может, так оно действительно к лучшему? Они уже едут туда, к границе своих земель. Возведут там свой порт, свой форпост, а он позаботится о том, чтобы никакая большая угроза не обрушилась на них. Таких наивных, но желающих жить не меньше тех, что живут на континенте. Просто одни свои, другие — нет. Солнечные лучи упали на равнину, перемежаемую молодыми подлесками, и окрасили их в другие тона. С каждой секундой красок всё прибавлялось и прибавлялось. Теперь и с их ракурса горизонт неплохо просматривался. И ни одного движения впереди или же по бокам. Лишь ветер трепал ещё лысые кроны, да зелёные макушки елей. Наверняка тут водились и разросшиеся стаи животных, но, вероятно, те, заслышав новый шум, попросту прятались от незваных гостей.

Тут Эрен заметил кое-что новое. Воздух. Он был иным. Более насыщенным вроде бы. А может, более свободным. Когда потоки ветра оглаживали лицо, буквально чувствовалось, что те прибыли из далёких краёв, не знавших ни стен ни препятствий. Странное ощущение. И парень вполне допускал, что всё это лишь игра воображения. Он был и не против разбавить размышления и вызревающую решимость духа красотами природы. Пока ещё мог ими наслаждаться, ведь потом будет не до этого, да и вообще: у него времени не будет. Так или иначе, либо проклятье Имир, либо пути координаты убьют его раньше, чем хотелось бы. Лишат его всей радости, доступной людям. Полный вкус любви, дети… Ещё в столь многом надо бы разобраться. В мысли просочился образ решительной и отважной Хистории. Девушка была сильной, эта сила проявлялась не в навыках, как например у… Микасы. А в духе. Готовность бросить вызов всему миру вокруг, принять прежде всего своё убеждение главнее прочего и не отступать. Вот, что воодушевляло Йегера, когда он думал о королеве. Райсс не закрывала глаза на неминуемость тяжелого будущего. Она словно готова была сама его стойко встретить и направить других, в отличии от многих с кем приходилось работать парню за последние полгода. В этом он чувствовал свою похожесть, близость с той красивой девушкой, симпатию к ней за то, что она не перекладывает на остальных. Не так как почти все переложили решение на него, полагались на него вслепую даже тогда через пару лет. Даже когда он устроит резню в Марли. Глупцы. Они тоже виноваты в том, что случится, не он один. Но сейчас Эрен думал о том, что будь побольше таких, как Хистория, до этого могло бы и не дойти. Что заставляло его ещё больше скучать по девушке. Могла ли это быть любовь? Ему хотелось разобраться в своих чувствах: к ней, к той же Микасе, которая всегда была рядом, к друзьям, к окружающим, к врагам. И сейчас, когда миля тянулась за милей, когда нельзя было ни остановиться, ни повернуть назад, он хотя бы мог подумать о том, что ещё ему осталось сделать за те несколько лет. Когда он вновь обратил внимание на внешнее окружение, весеннее солнце начало пригревать, даря хоть какое-то тепло. Озноб, который Йегер и не замечал в своих раздумьях, начал отступать. Его командир что-то говорил впереди, и он заставил себя прислушаться, чтобы в уносимом ветре разобрать хоть какие-то слова. Гарнизонские беспокоились насчёт того, что солнце могло разбудить уже и титанов. Эрен лишь хмыкнул, отнял одну руку от повода своего коня и поправил плащ. Мог бы сказать им, что почти всех Разведкорпус убил зимой, что такого же мнения придерживается и Зое с Аккерманом, но не стал. От страха и опасений было никуда не деться. Не им, которые всю военную службу провели на стенах, не зная вылазок. Не зная той самоотверженности, что требовали от людей эти зачистки. Владелец Атакующего, побывавший в нескольких таких, повертел головой и нашёл новенькую девушку, поступившую в Разведку. Двадцать лучших новобранцев раскидали по группам, чтобы те не создавали проблем и в то же время получили важнейший опыт. На её лице эмоции отражали нечто другое. Страх был, да, но было и стремление, настойчивость. Она ещё не знала цену жизни, своей и других, поэтому ставила цель превыше всего. Неопытность, способная на резкий и победный порыв, и горький опыт, способный вести осторожно. И всем им придётся что-то изменить, чтобы выжить в дальнейшем. Остальное Эрен возьмёт на себя, потому что больше ничего не остаётся. Он заметил, что они приближаются к точке, выбранной Ханджи, как опорный пункт. Более или менее расчищенная местность, старая деревушка возле кромки леса гигантских деревьев. Парень уже бывал там, когда вместе с Микасой, Сашей и Леви выезжали обследовать ближайшие районы в поисках лучшего маршрута. И знал, что там они проведут остаток дня до заката. На то имелось несколько причин. Во-первых, они ехали уже часов пять и им предстоит проехать ещё час или около того. Нужен был отдых не только солдатам, но и животным. Во-вторых, такая временная база поможет проверить обстановку вокруг и организованно защититься в случае нападения. А в-третьих, нужно было ждать ночи для тихого и безопасного перемещения. Если ночь годится для того, чтобы обходить потенциальные скопления титанов, то подходит и для того, чтобы очень сильно удивить вражескую базу с людьми. Если такая, конечно, вообще попадётся им на пути.

Однако руководство и командор не хотели исключать и такой возможности. Враг всегда был впереди — им следует поступать осторожно и быстро реагировать, чтобы не допускать потерь. Эрен предпочёл бы гнать лошадь до самой границы земли, но ведь, в конце концов, такая задержка ни на что не повлияет. А увидев своих суетящихся друзей, которые помогали распределять людей для работы, он и вовсе спокойно выдохнул. Они были нерадостными. Знание и реальность отняло всё счастливое из их чувств и их дела. Но они ждали того, что могут увидеть там за неизвестностью. С каким-то интересом, может, облегчением и той же тоской. В целом, они могли разделить с ним эти чувства.

— И не одного титана, да? — невесело хмыкнул Жан вместо приветствия, закончив направлять людей, когда Йегер подошёл к ним.

— Похоже, что расчёты Ханджи оказались правдивыми, — Эрен позволил себе слегка улыбнуться. — Кажется, что мы без особых препятствий пройдём дальше.

Он огляделся, будто бы желая уверить себя в своих же словах, хотя и так лучше всех знал, как оно будет. Наспех развёрнутый лагерь начинал преображаться и обретать черты надёжности. Настилы и дощатые стены нескольких конюшен и бесчисленные палатки, расположенные таким образом, чтобы не создавать фатальной кучности для дальнего удара. Каким, например, пользовался Звероподобный титан. Зик Йегер. Его старший брат. В голове точно наяву прозвучали его слова: «Я спасу тебя». Смелые слова, опрометчивые слова для человека, который не может спасти даже себя от от марлийской армии. Затем этот голос унесло куда-то в прошлое, или же будущее, стоило только прислушаться к шуму лагеря. Где-то рядом мелькнула огненно-рыжая макушка Флока, а вдалеке послышался громкий голос кого-то звавшей Зое. Все обустраивались, чтобы ближайшие часов шесть провести здесь и отдохнуть.