Длины лезвия идеально хватило, чтобы достать до мозга, и человек упал, забился от боли в конвульсиях, умирая. Алонзо прошёл мимо него, небрежно выдернув своё верное оружие. Теперь нужно забрать ружьё или чей-нибудь револьвер, а лучше всё сразу, и возвращаться к девушкам. Парень, которого он ранил в шею, был ещё жив и пытался что-то сделать со своей винтовкой. Убийца спокойно ударил ногой по дрожащей ладони, уничтожая всякую попытку сопротивления. А чтобы не допустить просчётов, для верности, ногой наступил тому на голову и перенёс весь свой вес, дробя её. Тело ещё дёргалось, когда Алонзо, обшарив карманы трупа, взял патроны, а затем поднял винтовку и направился обратно к забору. Он не стал его перелазить, а прислушался, одновременно заряжая новое оружие, приглушив рукой затвор. Никакого топота или беготни. И уж тем более никаких разговоров, если кто-то и шёл в эту сторону, то явно делал это тихо и осторожно. А значит — расслабляться рано. Парень, стараясь быть бесшумным, потрусил от забора к другому концу переулка, чтобы обойти проблемное место кругом. Уже выйдя на улицу и пробежав вверх по ней несколько метров, он столкнулся с препятствием: проулок, куда завернули девушки по его наущению оказался не сквозным. Там, где обычно располагался проход между домами, возвышалась стена здания. Ругаясь вслух на чём свет стоит, он рванул к следующему, надеясь, что ничего за эти секунды не случится. Во всяком случае, криков не слышно, что уже неплохо, ровно как и череды выстрелов вдалеке. Чтобы не происходило в соседнем квартале — оно уже закончилось. Да и здесь дело близится к развязке, осталось всего четверо или пятеро. Но и его спутницы больше не могут продолжать спасительное бегство. Надежда только на его не особо большой опыт открытых столкновений и меткость. Перед тем, как вернуться на улицу, где примерно должны находиться девушки, если они конечно не догадались залезть кому-то в дом, парень остановился за углом и перевёл дыхание. Собравшись с силами, нацеливаясь на чёткость движений и реакции, он вышел из-за препятствия. Увиденное не порадовало его. Четверо людей, соблюдая дистанцию и прикрывая друг друга, медленно шли по следу из крови, оставленным Траут. До укрытия оставалось метра два. Ещё несколько шагов и неизвестные найдут тех, кого ищут. Алонзо не думал за эти доли секунды, не анализировал положение, а просто начал действовать раньше, чем был замечен. Выстрелил в ближайшего мужчину, целясь тому в грудь. Попал неудачно, враг был только ранен. Все тут же рассредоточились на ещё большем расстоянии, ища заградительные препятствия. Раненый, вполне разумно отпрыгнул за ближайший угол, возле которого и стоял. Куда вёл кровавый след, и Алонзо, не думая, метнулся к нему, опасаясь за своих попутчиц. На пролетавшие рядом пули и грохот выстрелов он не обращал внимания, но один звук заставил его чуть ли не замереть, настолько он отличался от всех прочих. Чей-то вскрик. Парень уже не сомневался, что увидит нелицеприятную картину заложников или чью-то простреленную голову. Однако в тупиковом проулке его встретил мужчина, лежащий на спине, хватающийся за горло, и две дрожащие девушки, осевшие на землю. Вероника, завидев чужака, выстрелила. И попала скорее по воле случая, нежели прицела, потому что в серо-голубых глазах отражалось такое неверие, непонимание, что любой бы засомневался в том, что именно девушка спустила курок. Ужас и осознание только медленно зарождались, когда Алонзо забежал к ним, схватил выроненное врагом оружие и бросил на ходу.
— Неплохо, не расслабляйтесь, — он осмотрел стены на предмет лазеек, в виде спасительных окон или хотя бы препятствий, не увидел. — Заряжай по новой.
Сам парень развернулся к проходу, приподнял тело и прислонил его полусидя к стенке, сел за такой «щит», устраивая на плече прежнюю винтовку поудобнее. Лучше чем совсем никакого, от части пуль сбережёт так точно.
У девушек, расположившихся за ним, явно начиналась истерика — нервы сдавали. Слишком уж много насыщенных, красочных и непривычных для них событий за последние сорок восемь часов. Алонзо не оборачивался взглянуть на них — но обе они уже плакали, задыхаясь новыми, тяжёлыми эмоциями. И на дополнительную помощь в виде единичного выстрела револьвера рассчитывать более не приходилось. Сидеть и тщательно всматриваться в проход, ожидая того самого момента, когда кто-нибудь рискнёт туда сунуться, под этот плач и ещё какое-то тихое бормотание было сомнительным удовольствием. Но он не отвлекался, его задача не успокоить их, а вытащить из этой заварушки. Через минуту ожидания их попытались обстрелять, чтобы во время заминки или перезарядки попытаться забежать внутрь тупика. Однако Алонзо предвидел такую попытку, у него было две заряженных винтовки, следовательно больше заряд боезапаса, в то время как патроны нападающих кончились быстрее. Это заставило их отступить и переосмыслить тактику. Впрочем, за ближний бой парень не боялся. Если кто-то и сумеет подойти, то контратаковать из своего положения он сумеет. Дальше будет прикрываться телами. Не помешала бы помощь в виде пассивной перезарядки со стороны девушек, но от них было не больше толку, чем от дорожной пыли. Впрочем, свою «квоту» они уже отработали с лихвой, поэтому он даже не призывал их что-то делать. Спустя ещё пять нервных минут и одной отбитой атаки, Алонзо пришёл к выводу, что пока всё не так скверно, однако патроны скоро закончатся. Вопрос только у кого раньше: у него или нападающих? Если у него, то придётся рано или поздно самому переходить в атаку, их осталось трое. «Надо только подпустить поближе, на расстояние рывка», думал он про себя, когда вдруг с улицы, уже пропахшей порохом, донеслись голоса. Не те, которыми переговариваются, а громкие и требовательные. Парень мигом насторожился. Что произошло? Пришёл кто-то новый? А если подкрепление? «Тогда лучше бежать, иначе просто зазря тут лягу», он повернул голову на бок и прислушался. Там спорили, во всяком случае довольства не было слышно, уже хорошо. Последовала краткая пауза, во время которой кто-то что-то втолковывал — разобрать не удалось. Прикусив губу, парень решил подобраться поближе к углу. Тут говорящий внезапно сорвался на крик, явно теряя своё терпение.
— Вам никто не заплатит, так что уматывайте, пока можно!
Голос был знаком. Хорошо знаком. И Алонзо, из предусмотрительности проверив винтовку, осторожно выглянул. Им на выручку пришла Кива. Вид своего работодателя и наставника почти что шокировал. В разодранной рубашке без рукава, вся крови, одно плечо обвязано какой-то тряпкой, на перепачканном вдобавок ещё и пылью лице читалась ярость, подтачивающая терпение и самообладание. Он это видел, девушка напоминала разъярённого подранка, который теперь преследовал неудачливых охотников. Всё это вкупе с её дурной репутацией, словам, озвученными ранее, сделало своё дело. Оставшиеся трое нападавших зло посмотрели на неё, переговорили друг с другом и устремились прочь, под тяжёлый и недовольный взгляд Кивы. Всё было кончено. Алонзо впервые за последние несколько часов облегчённо выдохнул.
Комментарий к Мастерить.
Завершаем эту арку, которая растянулась на много глав по разным причинам. У неё осталось две главы. У меня создалось ощущение, что раньше экшена не было - и вот он вылился в три главы беспросветной стрельбы, бега. Ой всё короче XD Скоро пойдём к разведчикам)
Зато я всех вывел из этого “мешка”. Даже не увидел смысла излишне жестить и убивать кого-то из девушек. Наумираться там все ещё успеют, если вспомнить докуда дошла манга. Думаю послеровлюционный таймскип мы добьём по полной, а вот четырёхгодинчый будет более кратким.
Как всегда, охотничий бонус для вас:
Мастерить - пересекать путь зверю, заскакивать зверя.
ПОДРА́НОК, подранка, муж. (охот.). Зверь или птица, подраненные охотником.
Дорогие читатели, товарищи ждущие, друзья молчуны и немолчуны, это последняя глава, выходящая в этом году. А посему поздравляю вас с Новым Годом сейчас. Всего вам самого наилучшего, каждому своё лучшее^^ Следующая глава выйдет первого января, буду вас ждать!Bibāmus!
