Ехать так оказалось очень непривычно. Словно в комнате, не хватало для полного сходства только люстры, но они находились в пути. Лошадей пустили лёгкой рысью, за окнами без особой спешки сменялся пейзаж, иногда виднелись всадники. Охрана вся была из Генштаба, верные люди с достаточным опытом для охраны королевы и её соратников из Разведкорпуса. Пускай разведчики могли и сами за себя постоять, но такое сопровождение являлось обязательным по распоряжению Закклая, больно времена неспокойные и ещё далеко не всё пришло в норму. Микаса прошлась по комнате и взглянула в окно, выискивая Эрена. Саша с любопытством рассматривала диван, похожий чем-то на кровать, с причудливо расшитой мягкой обивкой. Её мама увлекалась вышивкой, но так красиво и тонко не получалось. От созерцания её отвлек шорох коробок, он же привлёк и внимание Микасы. Королева доставала из картонной коробки что-то очень похожее на пирожные. Редкая роскошь, которую доселе королева не позволяла ни себе, ни кому другому в своём окружении. Хистория прекрасно знала положение многих людей внутри стен, но сегодня был особый день и хотелось чего-то по-настоящему праздничного.

— Когда успели привезти? — удивилась Саша.

— Сегодня днём, я хотела сделать вам всем сюрприз, — королева бережно вытаскивала сладости, завёрнутые в пергаментную бумагу, — Микаса, достань блюдо и чашки пожалуйста, к тебе они ближе. Саша у тебя за спиной несколько свёртков, размотай один аккуратно.

С робкой улыбкой Аккерман подошла к походному чемоданчику со вложенным сервизом на шесть персон. Саша, одобрительное смотрящая на еду, разматывала свёрток скрывавший бутылку тёмного стекла. На этикетке красовалась эмблема северной пивоварни возле самой Утопии — лиса, сидящая в папоротниках, с веткой голубики в зубах. И название, и рисунок расписаны вручную.

— Яблочная вода с мёдом, — прочла вслух Блаус, — не терпится попробовать.

— Даа, — протянула Хистория, выкладывая вкусности на блюдо, — я просила добавить что-то необычное в заказ, без алкоголя, там несколько бутылей. Раз мальчишки не такие неженки, как мы, то им не достанется, мы и сами справимся.

Микаса неодобрительно поджала губы и бросила очередной взгляд в окно. Молодая Райсс засмеялась, прикрывая рот ладонью, давая понять что она просто шутит.

— Да забудь ты своего Эрена хоть на пару минут, Микаса, — сказала Саша, почти вырывая из рук королевы красивое блюдо.

— Правильно, отдохни, мы все это заслужили. Хотя бы сегодня, пока мы в дороге, давайте не думать ни о чём таком. Давайте, насладимся этим днём.

Хистория протянула подруге чашку, где уже плескалась жидкость тёмно-янтарного цвета. Выдохнув, Аккерман приняла напиток и села на сидение напротив. Очень в скором времени обстановка стала совсем совсем дружеской, располагающей к открытым, девичьим разговорам. Вопреки своей зажатости и скованности, Микасе было даже приятно вот так вот посидеть, у неё никогда не было подруг. Только Эрен и Армин. Спустя часа полтора весёлой и непривычной болтовни, девушки решили поделиться сладостями с парнями. Они же оказались несколько возмущены фактом утаивания, но вскоре, смеясь и на ходу, принимали угощения из окна дилижанса. Вечер был по-настоящему прекрасным.

На утро следующего дня Ханджи покинула постоялый двор, в котором остановилась на ночь. Спала она плохо, урывками — внизу в зале шумели подвыпившие постояльцы. По этой причине девушка встала опять до рассвета и, не тратя времени на трапезу, отправилась дальше по дороге на юг. А вот конь, взятый из конюшен Гарнизона в Митре, за ночь очень отдохнул и рвался вперёд. Зое не стала его сдерживать и позволила какое-то время мчаться галопом. Ветер обдувал её лицо, ерошил пряди каштановых волос. Можно сказать такая поездка даже бодрила. Но вот животное замедлило свой бег и ощущение полёта угасло, командор поощрительно погладила коня по шее. Поездка проходила самым умиротворяющим образом. Такой же она и осталась до конца, когда вечером вдалеке показались стены города. Солнечный свет уже начинал меркнуть и Ханджи пришпорила коня, чтобы поскорее оказаться в Тросте. Через полчаса она уже проезжала в ворота южного города стены Роза. Успешно миновав пост охраны и снова отказавшись от сопровождения, командор Разведкорпуса направила коня к главному штабу Гарнизона, где за последний месяц Пиксис почти поселился. Впрочем военные люди к такому привычные, девушка сама забыла, когда навещала дом в последний раз, кажется в 848 году. Так давно, что стоит обернуться на проделанный путь и становится не по себе. Ханджи оглядывала вечерние улицы и то как полицейские зажигают фонари, работающие на светящихся кристаллов. Город казалось вернулся к прежней и почти нормальной жизни, обилие военных никого не смущало.

Зое въехала во двор штаба, когда солнце окончательно скрылось за горизонтом. Почти сразу же к ней подошёл скучающий конюх и взял животное под уздцы, только потом мужчина узнал личность прибывшего.

— Ах, командор Зое! Мы, честное слово, готовились вас встретить завтра.

— Вот такая я, приехала раньше, — улыбнулась девушка, спрыгивая с коня, — Пиксис у себя?

— Да где же ему ещё быть, — конюх указал рукой на одно из окон второго этажа, где мерцал свет, — там он сидит, работает. Да только все знают, что он остатки вина прячет от Анки.

— Всё так скверно? — спросила Зое.

Она представила Дота, который прячет за картой, висящей на стене, плоскую фляжку. Забавно, но потом вспомнилось как Леви без спроса навёл порядок у неё на временном рабочем столе. Веселья поубавилось, появилось некое сочувствие. Мужчина пожал плечами, но охотно ответил.

— Не очень, просто все ждали вашего приезда завтра. И чтобы командор наверняка был в надлежащем виде, Анка следила за ним весь день и грозилась всё вино отдать на кухню.

— Она просто переживает за его здоровье, он не так молод, — резонно заметила девушка, поправляя походную сумку с разобранным оборудованием.

— Да что там будет с нескольких глотков винца, — несколько возмутился конюх, — Дот же не дурак, меру знает. Думаю, Анка вас к нему и проводит, она как раз составляет расписание дозоров на следующую неделю.

Напоследок мужчина указал рукой на ближайшую дверь, одну из многих. Он повёл коня в конюшню, на ходу гладя его морду и что-то шепча.

Всезнающий служащий не ошибся — верная помощница Пиксиса что-то строго обсуждала с подчинёнными. В руках виднелась дощечка с зажимами и листок с расчерченной таблицей. Карандашом девушка указывала то в одну сторону, то в другую, на что утомлённые рядовые важно кивали головами. До Ханджи долетели слова о том, что нужно привести всё в порядок и чистоту перед приездом важного гостя. Рейнбергер стояла к гостье спиной, а подчинённые заметив командора Разведкорпуса мигом выпрямили спины. Анка повернулась и увидела прибывшую Зое. Усталое и сосредоточенное лицо озарила тёплая улыбка облегчения, радости, Ханджи отчего-то захотелось обнять эту честную и ответственную девушку.

— Ханджи, вы уже здесь! Что ж так, без предупреждения, — она обернулась на подопечных, — тогда последние два распоряжение не нужно исполнять. Свободны.

Солдаты с заметным облегчением отдали честь и отправились отдыхать, их рабочая смена была уже закончена. Перед тем, как снова взглянуть на Зое, девушка сделала на своём листе пару пометок.

— Решила чем скорее, тем лучше, — командор поправила сползшие на нос очки, — завтра же я поеду в штаб Разведкорпуса.

— Так скоро?

Анка выглядела удивлённой и смятённой, но, выдохнув, сделала ещё пару прочерков в таблице. Ханджи оставалось только гадать, что же было запланировано на завтра.

— Да, вдобавок я хочу спуститься к захваченным титанам сегодня, когда у них спадёт активность.

— Ох, тогда вам стоит переговорить с Пиксисом, а я пока подготовлю людей для сопровождения. Только провожу вас до кабинета.

И Рейнбергер уверенно направилась вперёд по коридору, ведя прибывшую гостью за собой.