– Это тебе. Я для тебя сделала.
Охранник неторопливо поднял руку к лицу и некоторое время рассматривал браслет. Огоньки его глаз моргнули зелёным цветом, он снова опустил руку к Девочке и очень аккуратно, едва касаясь, погладил её по голове. Она печально улыбнулась и смело обняла большого брата, уткнувшись лицом в чёрную кожу плаща. Страж положил руку ей на спину, не возражая.
Они стояли, и время тоже никуда не шло.
Эпизод 6. Плед
– Самый приятный момент в жизни?
Крисс сидела на кровати, скрестив ноги по-турецки и с неподдельным умилением наблюдала за собеседником. Полумрак раннего утра окрашивал его синие волосы в тёмно-фиолетовый оттенок, а кожа светилась золотом и казалась бархатной. Он кутал худые острые плечи в яркий детский плед с изображением какого-то жёлтого улыбчивого подводного персонажа, и казался таким беззащитным и хрупким.
– Да! Ну… на сегодняшний день, разумеется, – живые миндалевидные глаза блестели в ожидании.
– Даже не знаю, Винс… сложно выбрать что-то одно, – тихо проговорила она, стараясь не разбудить спящего рядом человека. – Как понять, какой именно…
– Это будет первое воспоминание, приходящее на ум, – перебил её нетерпеливый эльф, – оно и будет самым ярким, самым хорошим!
– Ну… в таком случае…
Крисс нахмурила брови, стараясь разобраться. В голове вертелась тысяча воспоминаний, но ни одно из них не перекрывало своей яркостью остальные. А эльф так выжидающе смотрел и ёрзал от нетерпения, что ей стало неловко.
– Знаешь… Давай сначала ты… Какое воспоминание самое лучшее у тебя?
– День, когда я встретил Софи, – Винсент широко улыбнулся и поднял мечтательные глаза к потолку.
Крисс вопросительно посмотрела на него.
– Я не рассказывал? Это… это был летний день. В тот день я снова вышел за пределы дворцовых ворот вопреки наказу отца. Мне хотелось видеть что-то отличное от мраморных сводов и золочёных зеркал. Я гулял по тропинкам, ходил вдоль леса, любовался природой, и даже впервые увидел реку вблизи, – Винсент поджал губы. – И вдруг где-то совсем близко заблеяли овцы. Я обернулся и увидел стадо, вышедшее к водопою. И вместе с ними была девушка. Человек. Софи. Она так испугалась сначала, – эльф негромко засмеялся.
– Почему это?
– Из-за отца. Он ненавидит людей. И все вокруг боялись его и королевских подданных. А я был в королевских одеждах. Софи даже упала на колени и начала умолять меня пощадить хотя бы её семью. Так неловко было…
– Ого, неловко…
– Да. Мне потребовалось время, чтобы добиться её доверия. Я начал тайком выбираться из дворца и встречаться с ней, пока она пасла овец. Иногда я видел её с балкона во время официальных речей отца. Мне стоило больших трудов не помахать ей рукой, – он смущённо прикрыл лицо ладонью.
– Как красиво. А что вы делали? – Крисс хитро посмотрела на друга.
– Гуляли. Подолгу разговаривали. Она так много интересного показала в нашем лесу. Рассказала много про ягоды и грибы, полезные травы и всякое такое. Она научила меня готовить и прясть пряжу. Это действительно было интересно, – тонкие брови внезапно задрожали, а улыбка стала печальной. – Да, это было очень хорошее время. Лучше пока ничего не было.
Он замолк. Комната наполнилась невидимой тяжестью. Не будучи уверенной, Крисс всё же спросила.
– Что-то случилось?
– В очередную мою вылазку… я был недостаточно осторожен. Нас увидел караул и немедленно доложил отцу. Тот, конечно, пришёл в бешенство. Софи немедленно казнили. А я был изгнан, как предатель…
Винсент смотрел куда-то в сторону, пребывая в прострации. По его лицу текли идеально ровные струи голубых слёз, но лёгкая улыбка освещала его печальное лицо. Крисс не решалась прерывать это состояние и лишь наблюдала, отмечая про себя, что даже печальный Винсент очень красив.
– Отец ошибался. Ни семья Софи, ни её друзья меня не возненавидели. Я ходил на встречи с Софи чуть больше месяца. По всему городу пошли слухи об эльфе из дворца, дружащем с людьми. А когда все узнали, что этот эльф – это не кто иной, как сам принц нашего королевства… и что король отрёкся от него из-за этой дружбы… Народ меня принял. Моя жизнь стала гораздо лучше! Я только… Не могу простить себе смерть Софи…
– Её убил твой шизанутый отец, а не ты, тряпка-плакальщица, – скрипучий голос пронзил пространство. В потолке появился золотистый круг, откуда спрыгнул зеленоглазый гоблин. Винс вновь весело заулыбался.
– Привет, Зелёный, что…
– Всем. Спать, – перебил эльфа гоблин. – Вы совсем ку-ку? Пять утра, скоро вставать уже. Спать, спать, спать… Завтра поделитесь секретиками, девочки.
И гоблин бесцеремонно подхватил лёгкого эльфа и запрыгнул в портал. На кровати остался лишь детский плед Винса. Крисс громко рассмеялась, чем разбудила спящего рядом молодого человека.
– М? Ты чего не спишь, Крисёнок?
– Да, сон… Разбудил. Уснуть не получается.
Она легла, закрыла глаза и очень быстро уснула с улыбкой на губах.
Камин
Между дверьми №7 и №4 стоял Камин. Красивый двухметровый Камин с высотой топки в полтора метра. Он был сложен из серого камня и имел широкую полку из красного дерева. Полка на себе несла классический набор декоративных предметов. Тут стояли и старинные настольные часы с римскими цифрами, и сувенирные шары со снегом, и фоторамки с весёлыми семейными и романтическими фотографиями. В уголочке ютилась шкатулка на замочке, предположительно с ювелирными украшениями. Рядом красовалась высокая узкая ваза с цветами. Ромашками. Красиво, пусть и немного тривиально. Но так хотел Хозяин. И за состояние Камина он отвечал лично.
В топке постоянно горел Огонь. Пламя. Под Пламенем, конечно, лежали поленья, искрились и мерцали, как им и было положено. Но это была бутафория, исключительно часть дизайна. Пламя в топливе не нуждалось. Точнее, его топливом было нечто иное, нежели простые дрова. Оно полыхало в моменты гнева, утихало в моменты грусти, весело искрило в моменты радости. Но больше всего оно реагировало на усталость своего Хозяина. Чем больше уставал Хозяин, чем менее выраженным было Пламя. И как только Хозяину удавалось хорошо и, главное, духовно отдохнуть, так восстанавливалась и интенсивность Пламени. И как бы тихо оно ни горело, все знали, что оно не затухнет никогда.
Камин был очень важным предметом в Квартире. Он служил и как по своей прямой функции (у него действительно можно было погреться), так и как система утилизации ненужного. В него летел весь мусор из «комнат», все потерявшие актуальность предметы интерьера, некоторые личные вещи жильцов, когда они того хотели. Камин согревал и чистил это место. И его единственным недостатком был вопрос его починки. Пламя было вечным, а вот Камин – нет. Он трескался. И хоть он и выглядел очень прочным, но квартиранты прекрасно понимали, что всему приходит конец. И больше всех это беспокоило Хозяина. Потому что однажды создав этот Камин, он не знал наверняка, насколько же его хватит. И совершенно не имел представления, что же делать, когда Камин совсем развалится.
Эпизод 7. Сделка
– Что-что вы сказали?
Пышногрудая молодая женщина уверенно возвышалась перед сжавшимся на диване молодым эльфом. Она стояла, упираясь руками в тугой корсет, и томно заглядывала ему в глаза. Закусывая пухлую губу, женщина выжидающе подёргивала коленом, выдавая свою напряжённость. Эльф хлопал ресницами и искал в голове ответ на крайне непристойное предложение Пирата.
– Ты услышал, милаш, не притворяйся…
– Вы же знаете… Я… не практикую… подобные вещи…
– Ты что, девственник? – громко спросила она.
Гоблин, расслаблено сидящий поодаль с игровой приставкой в руках, зашёлся противным резким смехом. Женщина, не скрывая презрения, смерила зелёного прихвостня уничтожающим взглядом, и быстро вернулась к своей жертве. Лилиан сладко улыбнулась и склонилась над Винсентом, демонстрируя декольте.