Те двинули прямо так, неся шляпы обнимая за тульи, и трепались о своём. Но между делом оглядывали Дайана, которого Джон снова обнял, поприжав, и выспрашивали, как там семейка Джона. На что Сойер скупо заметил, что все в добром здравии. И что мира между ними по-прежнему не предвидится.

— Ты познакомился с миледи Сэндхилл? — вдруг спросила Линда, полуоборачиваясь и заступая перед Бруком. Но идти продолжала.

— Нет, наверное, нет.

— А ты давно в Ливерпуле? — спросил Юрэк, высовываясь из-за Линды.

— Суток нет.

— Тогда понятно. То есть, ещё ничего не видел?

— Почему? Видел постель Джона, — успокоил Дайан.

Оба Балицки прыснули.

Дайан почувствовал, как поддёрнул его рукою к себе Сойер. Посмотрел на него и увидел, что тот прикусил губу, только бы не уподобиться вампирам.

— Пойдём в «Каверну**». Твой долг первым делом сунуться туда, — посоветовала Линда. — Придётся следить за твоей топографической эрудицией.

— Сойеру, похоже, на это наплевать, — снова отозвался Юрэк. И уже обратился к Джону: — Что, не планируешь выпускать его дальше осмотра достопримечательностей в твоей царственной койке?

— Балицки, заткнись, — миролюбиво огрызнулся Джон.

Под зубоскальство вампиров одолели несколько кварталов. Потом Дайан увидел бронзового беспечного Леннона и понял, что они на месте.

В самом пабе было людно, даже с уклоном в тесно, но Юрэк очень быстро отжал столик ближе к сцене, вероятно, пользуясь близким знакомством с барменами, а чуть позже принёс пиво себе и Линде.

— Тебе что? — спросил он.

— Водки, — сказал Дайан.

Оба Балицки задумчиво посмотрели на него, потом на Сойера.

Тот пожал плечами:

— У Дайана аллергия на белое вино.

— Ах, тогда в альтернативе действительно только водка, — быстро согласился Юрэк и ушёл.

Вернулся с прозрачной бутылкой «Трёх оливок» и двумя шотами. Поставил перед Сойером и Дайаном.

— Тебе у нас понравится, — пообещала Линда, откупоривая пивную бутылку и, проигнорировав стакан, хлебнула прямо из горлышка.

Юрэк укоризненно посмотрел и сказал:

— Дорогая, стоит быть такой невоспитанной, пренебрегая тостом за знакомство?

— Прости, Юрэк. Это я зря. Исправлено, — она погладила пальцами бутылочное горлышко. Пробка снова оказалась на месте, а сама бутылка «Гиннесса дро» опять покрылась холодными каплями.

— То-то же, — одобрил Юрэк.

Джон разлил водку себе и Дайану.

Балицки свинтили пробки и вылили пиво в стаканы.

— Добро пожаловать, Дайан, — сказала Линда.

— С возвращением, Сойер, — сказал Юрэк.

После половины стакана Линда прижалась к Дайану и доверительно сообщила:

— Я знаю Ринго Старра***.

— Лин, я тоже знаю Ринго Старра, — сказал Юрэк.

— Все знают Ринго Старра, — напомнил Джон.

— И что? Дайан не знает. Да?

— Не знаю, — согласился Дайан, расслабленный после второй стопки.

— Хочешь, познакомлю?

Джон весело хмыкнул.

— Моя сестра пытается втереться к тебе в доверие, Дайан, и произвести впечатление, — улыбнулся Юрэк.

— Сестра? Я думал, вы вместе. Ну, там, женаты…

— «Вместе». Мы всё вместе «вместе». Ты не ошибся, — успокоила Линда. — Так что с сэром Старром? Знакомиться хочешь?

— Прямо вот сейчас? — уточнил Брук.

— Это нет, — отстранилась Линда, откидывая чёрные волосы с плеча, а потом и вовсе заправляя те за острое ухо. — Не сейчас, но в перспективе.

— Просто согласись, — с безнадёжностью в голосе сказал Джон, склоняясь к уху Дайана.

— Угу, — подтвердил Юрэк, — просто согласись.

— Я подумаю, — ответил Дайан.

Линда округлила глаза.

— Что значит «я подумаю»? Говори мне «да».

— Лин, Дайан сразу «да» никому не говорит, — осадил Сойер волшебницу.

Дайан с возмущением глянул, сжимая губы. Тот улыбнулся. И подмигнул. Брук отвернулся, потянулся к бутылке.

Балицки снова заинтересованно пялились на него. Оба были весьма эффектны и милы. Дайан решил, что даже замаячивший на горизонте его нетрезвого сознания тревожный звонок, напоминавший о том, что перед ним пьют пиво трахающиеся друг с другом брат и сестра, которых он по началу принял просто за женатых, увидев золотые кольца на безымянных, не мог испортить благоприятного впечатления, произведённого Балицки. Он выпил ещё шот и поднялся.

— Уборная, — коротко объяснил Дайан вскинувшейся Линде. — Сам разберусь.

Как только Дайан скрылся среди посетителей «Каверны», Юрэк положил локти на стол, облизнулся и сказал:

— Тебе надо закрепить свои права на мальчика, иначе Питер Бауэр отожмёт того. Уж точно попытается.

Сойер ответил медленным взглядом.

— Эй, Джон, он же тебе нравится? — без тени былого благодушия уточнила Линда.

Джон перевёл взгляд на неё.

Секунд пять смотрели друг на друга.

— Ах… — сообразив, отозвалась Линда.

— Джон, ты же знаешь. У Бауэра есть привилегии сюзерена, — сказал Юрэк, тоже сбросивший добродушие.

— Я ему не присягал в вассальной клятве.

— Так ему похуй вообще.

Джон закурил, посмотрел поверх голов Балицки.

Дайан не показывался.

— Просто фразой «это мой человек, я его пью и ебу» тут не отобъёшься. Потому что Бауэр — гандон, — Линда громко опустила пустой стакан на стол.

— Ты мальчика у себя поселил, да?

— Да, Юрэк, — кивнул Сойер.

Балицки сделал глазами «вот и всё».

Но Линда решила заколотить гвоздь покрепче:

— Мог бы просто дать объявление в светскую хронику: «Этот человек мне очень-очень-очень дорог. Я его люблю-люблю-люблю». Было бы не так неприлично и демонстративно.

— Закончили, — холодно оборвал обоих Сойер.

Дайан вернулся. Остановился рядом, прислонился к плечу, а потом прижался губами к уху Джона.

Юрэк и Линда, видя, как потеплело холодное лицо Сойера после прошептанных ему мальчишкой на ухо слов, переглянулись. Линда сделала глазами «святое блядство». Юрэк сделал «да ладно тебе» в ответ.

***

— Ты дойдёшь? Или ловить такси? — спросил Сойер, когда они раскланялись с Балицки и вышли из «Каверны».

— Дойду, тут недалеко, — разрешил Дайан. — Дай сигарету.

Сойер дал сигарету и прикурить. Повторил себе.

Было за полночь. И вот теперь в самом деле пошёл настоящий снег: лёгкий, почти невесомый и едва различимый. Но снежинки мерцали и сияли в волосах Дайана.

— Мне понравились твои цыгане, — сказал он.

— Очаровательные мерзавцы, — согласился Джон.

— Кто такие Сэндхилл? Тоже вампиры?

— Не уверен. Нет, не вампиры. Тебе надо посмотреть самому.

— Люди?

— Нет, — Сойер улыбнулся, одновременно выдыхая дым. — Они держат «Галерею Голубого пальто» и ту самую мастерскую. Сегодня посмотришь.

— Они твои друзья?

— Близкие знакомые. Просто близкие знакомые. Друзей у меня, полагаю, что нет.

— Полагаешь? Это ты так решил? Или тебе об этом говорят?

Сойер докурил и отшвырнул сигарету.

Дайан неодобрительно проводил ту взглядом, но промолчал.

— Друзья — это обязывающее понятие, Дайан. Называя себя чьим-то другом или кого-то называя своим другом, ввязываешься в определённые обязательства. Для меня это слишком серьёзно, чтобы раздавать титулы «мой друг» направо и налево.

— То есть — ты так решил.

— Я так решил.

Дайан выбросил окурок в мусорное ведро.

Сойер тоже проследил за тем взглядом.

— Обязательства не для тебя?

Сойер оглядел Дайана. Тот выглядел беспечно, принимая в расчёт несколько шотов «Трёх оливок», но Джон чувствовал, как его донимают беспокойство и неопределённость.

— Не все, — сказал Джон.

— Именно?

Они уже пришли к дому, но Джон не спешил доставать ключи. Он вплотную подошёл к Дайану, положил ладонь ему на шею, заскользнул под затылок, задерживая. Поцеловал.

Дайан отозвался тут же, прижимаясь теснее.

Джон снова почувствовал, что странным образом на уровне физического отзвука загорается, стоит ему ощутить тепло горячего рта Дайана. Не говоря о тепле прочих его прелестей. Тот словно освещал его. Солнце. Это было почти что похоже.