- Смотри, не лопни! – посоветовал худой мужичок, поддерживающий за локоть принаряженную по случаю праздника жену. Оба засмеялись, когда девушка, оставив попытки, вздохнула и решила перекусить пастилой. Она вертела кусочек так и этак, выбирая, откуда бы откусить.
- Что это за пирожное? – заинтересовались две только что подошедшие барышни. Они остановились неподалёку от простоватой парочки из народа, азартно споря:
- Лимонный ломтик!
- Нет же, лимонный ломтик сверху украшен желе! Это фарьорн с кофейным кремом! Видишь, какое тёмное тесто?
- Где ты видишь крем? Крема между слоями вовсе нет!
Рекламная девушка откусила от пастилы, её окутали мерцающие искры, и тут же на глазах благодарных зрителей пышка превратилась в стройную красавицу.
- Ооо! – изумлённо воскликнула одна из девушек. – Как неожиданно!
- Иллюзия прекрасно сделана! – поддержала её подруга. – А смотри, как изменилась модель! Она что, так похудела от этого пирожного?
- Ерунда! – возразила другая дама, которая только что подошла с кудрявым мальчиком лет семи. – От пирожных толстеют, а не худеют!
- Хо-чешь по-ху-деть? – прочитал мальчик – Ешь пас…? Мама! – споткнулся малыш на незнакомом слове.
- Пастилу, - громко прочитала мать. – Пастила – лакомство без грамма жира!
- Я тебе говорила, что там нет масляного крема! – подтолкнула подругу барышня, подошедшая раньше.
- Погоди! – воскликнула женщина в ответ. – Смотри, какая прелесть!
Это наши золотистые яблочки, подпрыгнув, раскатились в разные стороны и позвали за собой. Мы находились слишком близко, потому им и не пришлось катиться далеко. Яблочки, сияя, зависли над коробами, которые мы держали.
- Мама! Я хочу пас-ти-лу! – потребовал мальчик.
Мать придирчиво рассмотрела нас, и невольно улыбнулась, увидев Беана, который выглядел даже моложе её сына.
- Смотри, какой славный мальчик. Давай, купим пастилу у него, - предложила она.
Я ободряюще улыбнулась брату. Он гордо принял первые четыре тума – по два за кусочек.
Мальчик-покупатель с завистью посмотрел на яркую бандану Беана, но тут же переключился на пастилу, которую вручила ему мать. Женщина удовлетворённо хмыкнула, увидев индивидуальную упаковку товара.
- Не откусывай много! – предупредила она мальчика, но тот, распробовав лакомство, проглотил его в один миг.
- Ярни, ты подавишься, если будешь глотать такими кусками! – возмутилась женщина.
- Нет, мама! – смущённо признался малыш. – Я просто не заметил, как пастила растаяла во рту!
- Такая нежная? – немного недоверчиво спросила женщина и осторожно откусила от своего ломтика. Лицо её стало изумлённым. – Ооо! Какая прелесть! Теперь я понимаю тебя, малыш!
- Бевон! – толкнула локтем в бок простоватого мужичка его жена. – А ну-ка купи кусочек нашей Верде! Глядишь и станет как эта, на облачке!
- Деньги тебе тратить некуда! – проворчал мужичок, но всё же подошёл ко мне, и я с радостью продала ему кусочек побольше.
Барышни, так горячо обсуждавшие товар, подошли к Флаю. Он по привычке покраснел, но очень учтиво продал девушкам первые кусочки со своего лотка.
- Ну что ж, с почином! – улыбнулась я. – Теперь мы убедились, что реклама работает. Можно отойти подальше, яблочки всё равно приведут покупателей к нам.
Я немного волновалась за Беана, но привязка работала. Несколько раз брат подбегал ко мне, чтобы отдать вырученные деньги. Не прошло и часа, как мы распродали всю пастилу с первых лотков и пришлось идти пополнять товар к сестре Морее. Она порадовалась за нас, и приняла на хранение первые заработанные тумы.
Казалось бы, надолго ли мы отошли, но когда вернулись, ярмарка буквально бурлила, так много подошло народу. Продвигаться в толпе с коробами стало трудновато, и я уже не отпускала от себя Беана, а чуть позже поставила его в начало ряда, ведущего к кондитерским прилавкам, настрого приказав никуда не отходить. Мне или Флаю в том закутке, в который я втолкнула брата, было не развернуться, а маленький Беан вполне поместился. И даже прекрасно защитил свои карманы от рыночных воришек, потому что теперь к ним было не подобраться.
Реклама работала, торговля шла неплохо, к нам то и дело подходили, спрашивая: «Это от ваших пирожных худеют?» Меня много раз подбивали на то, чтобы сбить цену, но я мужественно держалась, напоминая себе, ради кого я это делаю.
Один из таких любителей бесплатного настолько достал меня, что я в сердцах воскликнула:
- Да поймите, не могут рецепты из Золотой книги стоить один биз!
И тут же поняла, в чём была наша главная ошибка: покупатель, принимая кусочек, стоящий в крохотной коробочке, вовсе не видел оттиска золотистого яблочка товарного знака, ведь он находился в самом низу и полностью скрывался за упаковкой. Нашу пастилу съедали, не поняв уникальности рецептуры, и, хотя торговля шла неплохо, ажиотажа возле лотков не наблюдалось.
Зато наша реклама, как оказалось, привлекла внимание сведущих людей.
Я как раз подошла к Беану, чтобы проверить, как у него дела, когда сквозь толпу к нам протиснулся сердитый фрам средних лет.
- Так-так! – сурово процедил он, направив на меня крючковатый палец. – Это ваше рекламное облачко, уважаемая фра, висит напротив входа на рынок? Не вздумайте отказываться! Меня привёл к вам магический проводник! Собственно, о нём я и хочу с вами поговорить! По какому праву вы использовали для ваших маячков-водилок символику товара из Золотой книги?
- Разве это запрещено правилами? – удивилась я и немного испугалась, когда мужчина начал наливаться праведным негодованием.
- Уважаемая фра, - процедил он. – Я контролёр всех книг Шен Дэтим. Я буду вынужден конфисковать товар и удалить вас с рынка! О назначенном судебном разбирательстве вы узнаете дополнительно.
- Постойте, фрам Шен! – я примирительно улыбнулась. – Должно быть, я неправильно поняла ваш вопрос. Попробую ответить по-другому: я использовала символику товара из Золотой книги потому, что мой товар действительно произведён по рецепту, вписанному в Золотую книгу рецептов, и я являюсь единственной его владелицей.
Мужчина недоверчиво уставился на меня, поедая глазами. Видно было, что после того, как он хотел столько высказать мне, а его лишили этой возможности, фрам Шен несколько потерял почву под ногами.
Он опустил свой взгляд на короб с остатками пастилы, потом посмотрел на испуганного Беана и хмыкнул:
- И…как же называется ваш товар?
- Пастила, - несколько недоумённо ответила я, ожидавшая скорее, что у меня потребуют документы.
Он и потребовал, только немного позже. А сначала мужчина достал из кармана небольшой золотистый предмет, напомнивший мне флешку, поднёс его к губам и недовольно произнёс: «Пастила». Золотистый футлярчик вспыхнул и засиял.
Мужчина хмыкнул ещё раз и взглянул на меня уже с некоторым сомнением.
- Такой рецепт действительно существует, и принадлежит Николь Саган. Это вы?
- Да, это я.
- Тогда дело за малым, дорогая фра, - незнакомец неожиданно стал любезным. – Прошу вас предъявить документы, подтверждающие вашу регистрацию в Книге.
- Документы в полном порядке, - улыбнулась я. – Но в такой толчее я оставила их в надёжном месте. Если вас не затруднит немного подождать, я их сейчас принесу.
Фрам Шен снова посуровел:
- Сожалею, но на это я пойти не могу. И даже сопроводить вас в этой, как вы выразились, толчее, тоже – в толпе легко затеряться, а дело слишком серьёзное.
Я нахмурилась.
- Тогда за бумагами сходит мой брат. Это позволяется? Но если ребёнок потеряется, я сама подам на вас в суд!
Мужчина замялся. Беан на вид был совсем маленьким, и рисковать ребёнком фрам Шен не захотел.
Тем временем к нашим лоткам уже выстроилась маленькая очередь, и я рассердилась всерьёз. Ещё не хватало, чтобы меня обвинили в самозванстве в присутствии покупателей!
- Уважаемый фрам Шен! – ледяным тоном сказала я. – Быть может, вас убедит вот это? – и я достала из-за ворота платья крохотную печать-яблочко.