Танец начался. Церемонно кланялись кавалеры, развевались пышные зеленые, красные и синие юбки дам. Лиания, так и не дождавшись возлюбленного, поднялась с возвышения, и через потайную дверцу покинула зал. В уютном кабинете, куда звуки музыки почти не проникали, она смогла, наконец, погасить дежурную улыбку и посидеть в тишине. Своды, задрапированные темной тканью, неяркий магический светильник, плетистые розы, изображенные на стенах. Любимое место для размышлений и печали. А печалиться королеве было о чем. Его Величество, погибший при не очень ясных обстоятельствах на зимней охоте, не был для нее светом в окошке. Грубый, подчас склонный к избыточной выпивке, он мало интересовался государственными делами, оставив все на первого министра. Еще свежи были постыдные воспоминания о том, как этот могучий мужчина, приняв лишнего, укладывался на пол в одном из дворцовых коридоров и щипал придворных дам за разные места. Дамы совсем не сердились, они притворно взвизгивали, и каждая надеялась на продолжение. Еще бы, при таком короле можно было рассчитывать на влияние для родни. Но надежды их были напрасны. Пошутив и побаловавшись, король возвращался в женину спальню, но не в политику.

   Лиания вздохнула, отгоняя рой воспоминаний. Теперь было не до них. Знать полагала, что со смертью короля ничего не изменится. Можно будет по-прежнему играть на вражде партий Земли и Воздуха, запускать руку в казну, добывать налоговые послабления и все новые и новые должности.

   - Не будет вам по-прежнему! Вы думаете, что я - всего лишь влюбленная женщина? И буду делать то, что мне нашепчет ночью Сандарак? Я давно знаю ему цену. Знаю, кто ему платит и сколько. Но удалить его - не время. Он полезен, умен и хитер. И у меня больше нет никого, ведь первый министр играет свою скрипку. Что делать? Где взять верных людей? Дочь... Единственная наследница. Романтическая дурочка. И никого, кому бы я могла довериться, - думала королева, не признаваясь даже самой себе, что решение уже созревает. Опасное, но, в случае успеха, способное принести ей власть, равную той, которой владели короли Тиндора в далекие времена, когда ни о каких партиях Земли и Воздуха и ни о каком государственном совете и слыхом не слыхивали.

   Шорох у двери заставил Лианию обернуться. Мало кто знал вход в этот потаенный кабинет. Мало кого сюда приводила королева. Пока был жив супруг, никто особенно не стремился снискать ее милостей. Только партия Воздуха сделала на нее ставку. Ясное дело, почему. Его Величество отличался редкостным миролюбием, война совсем не привлекала его. "Зачем воевать, если Тиндор так богат и могуч, что может купить все, что захочет?" - повторял государь вслед за первым министром. И боевые маги, первооснова партии Воздуха, стали терять опору под ногами. А между тем в столичном университете изобрели диковинные вещи, которые без всякой магии смогли бы принести Тиндору победу в случае войны с менее продвинутыми в технике соседями. Эти изобретения тут же поддержала партия Земли.

   - Нет, это не мышь, - поняла Лиания, услышав, что шорох перешел в царапанье, - Это кто-то хочет попасть в кабинет.

   Королева резко поднялась с жесткого стула, который держала тут специально, чтобы не разнежиться в одиночестве, и приоткрыла дверцу. В полутьме узенького коридорчика обнаружилась принцесса Милана.

   - Ш-ш-ш... - королева совершенно простонародным жестом приложила палец к губам и втащила девушку в кабинет.

   В минуты растерянности у королевы появлялись вполне плебейские привычки, она могла часами грызть в одиночестве сухари, если ее что-то беспокоило, или площадно выругаться, когда ее постигало неожиданное потрясение. Ее родители, также как и родня Сандарака были небогаты. Стать королевой ей позволил случай. Партии Воздуха и Земли никак не могли договориться, какую принцессу из сопредельного государства следует просить в жены молодому королю, а тем временем Великий Маг, покопавшись в древних книгах, указал на нее. Так впервые за многие годы король женился на подданной. В этом находили и политический просчет, и демонстрацию мощи Тиндора, которому уже не особенно нужен династический брак.

   Милана выглядела испуганной и возмущенной одновременно.

   - О, Великая Богиня, - думала королева, глядя на дочь, - ты послала мне ее, должно быть, за грехи молодости. Жалкое и нелепое создание. Любой, кто позарится на нее, опасен. Где бы взять порядочного человека, который бы согласился ради блага Тиндора дать государству наследника и не претендовать на большее.

   Лиания не собиралась спешить расспрашивать девушку. Пусть перестанет трястись и расскажет все сама. В конце концов, принцесса она или нет? Сколько сил вложено в то, чтобы девчонка, наконец, научилась достойной сдержанности и не мчалась к матери по всякому мелкому поводу. Вот, еще вчера, прилетела как на крыльях, лицо красное, вся прямо кипит. И что? Подумаешь, кто-то сломал ее любимый подснежник в саду. А может, вовсе и не кто-то, а ветер или дождь?

   Не дождавшись, королева приказала самым что ни на есть властным голосом:

   - Принцесса! Присядьте, наконец, и расскажите, что случилось! Хватит трястись!

   - Мама... Пожалуйста, не надо сердиться. Я, право, совсем не виновата ни в чем. Я ничего такого... Я даже и не думала...

   - Да что такое, в конце концов?!

   - Дайн Сандарак... он... прямо только что в розовой комнате... Сначала разговаривал со мной ласково, обещал подарить новые семена цветов из Катахеи. А потом... потом стал меня обнимать и говорить такие слова... Я вырвалась и прибежала сюда.

   - Великая Богиня... Я всегда знала, что с тобой каши не сваришь. Как это тебя угораздило. Нет, надо скорее выдать тебя замуж. Демоны с ними, с принцами. Нужен достойный отпрыск знатного тиндорского рода. Завтра же обращусь к Великому Магу. А теперь сходи в буфетную да выпей чего-нибудь, а то на тебе лица нет.

   - Мама... А Сандарак? Я боюсь его.

   - Дурочка. Чего его бояться. Он никогда не сделает ничего, что пошло бы во вред Тиндору. А не выдать ли мне тебя за него замуж? Ну ладно, ладно, я пошутила, - усмехнулась королева, увидев искренний ужас в лице дочери.

   Дверь в кабинет распахнулась, и в полумрак ворвался дайн Сандарак собственной персоной.

   - Лиания! Я вижу, твоя дочь уже здесь и, конечно же, с жалобой! У нее никудышные наставники! Она совершенно не умеет себя вести. Я бы на твоем месте нанял ей других учителей, пока еще не поздно.