– Да-да, я помню – маги-бездари нехорошие люди, – усмехнулся Найрегт. – Лезут в магию, собаки такие. Нарушают волю богов, лишивших их Дара. Тефа, придумай что-нибудь новое.

– Что-нибудь новое? – хмыкнула женщина. – Ну хорошо. Попробую. Вот давай представим себе человека, имеющего все четыре Дара. Одновременно.

– Но ты же сама говорила, что это невозможно! – возмутился Найрегт.

– Мало ли что я говорила. Я не утверждаю, что знаю о Мироздании всё. А он есть, этот человек. Грубая шутка богов… или ошибка, так тоже бывает… да… так вот, все его четыре Дара чрезвычайно мощны. Он может все… и не может ничего.

– Это почему же?

– Потому что несовместимые Дары блокируют друг друга. Вода гасит Огонь, Огонь испаряет Воду… ну и так далее. И этот человек, чувствуя силу своих Даров и понимая, чего он лишен по мимолетной прихоти богов, до дрожи ненавидит все и всяческие Стихии и всех стихийников скопом. И сливает информацию Нуару.

– Это он и есть стукач? – скептически поинтересовался Найрегт. – Ну и как же этот человек умудрился вступить в свой орден, да еще и попасть в его верхушку? Ты же сама сказала, что он ничего не может.

– Ну-у… – Тефегера задумчиво почесала переносицу. – А его колоссальные Дары все-таки не равны в точности, – радостно сообщила она – И разницы между ними для этого дела хватило. Устраивает такая версия?

– Тьфу на тебя! – фыркнул Найрегт, увидев, что собеседница смеется. – Все бы тебе шуточки шутить.

– А серьезно я уже сказала. Протекает у белых.

– Я знаю, что ты не любишь белых. А аргументы по делу у тебя есть?

Тефегера опять почесала переносицу.

– Разумеется, – объявила она. – Сам посуди, чем Нуар может купить людей нашего статуса? У нас есть все, что может нам понадобиться. Другое дело белые. Они фанатики. А как может быть иначе, они же обвешаны обетами так, что еле жизнь теплится. Белые могут получать удовлетворение только в борьбе за идею.

– За идею?! Да какая же может быть идея…

– Например, кто-то в окружении Нона может считать, что Черный орден необходим для создания этого вашего союза орденов и потому не хочет его преждевременной гибели.

– Болтушка! – вздохнул Найрегт.

– Вы так трогательно дружите против Черного ордена и Нуара лично. – продолжала развивать свою мысль Тефегера. – Выставили эдакой вселенской страшилкой. А какой от этого ордена реальный вред? В отличие от кое-кого из своих предшественников, Нуар даже не мечтает о завоевании мира – черные архимаги мельчают… как, впрочем, и некоторые другие.

– Это уже не смешно, Тефа! Многие сотни замученных на алтаре людей тебя не волнуют?

– Среди этих людей не бывает Одаренных за очень редким исключением. Крайне редким. А прочие граждане нашего славного королевства… мы, конечно, должны о них заботится и защищать, но, как бы это сказать… без фанатизма, вот.

– Твои взгляды не изменились за последние четыреста лет назад. Ты консервативна, Тефа. А мир развивается, идет вперед.

– И далеко ушел? И не боится заблудиться?

– Нет, не боится.

– А зря. Он только и делает, что заблуждается. Консервативна, ну надо же! Что в нем такого случилось, что я должна менять взгляды? По-твоему, надо быть флюгером, который подстраивается к любым новомодным веяниям? Многие маги думают как я, особенно среди старшего поколения. Только признаться в этом им… как говорит молодежь, слабо. Да… слабо… противоречит этическому императиву, видишь ли.

Мэтр Нон любовался орденским парком. Как же здесь хорошо. Все упорядоченно, все правильно, все как будто по линеечке. И сколь же разителен контраст с бестолковым и неорганизованным внешним миром.

Даже маги, увы, очень и очень несовершенны. Стихийники… Они заносчивы, безответственны и распущенны. В своих поступках руководствуются чувствами, а не разумом. О собственных орденах еще как-то заботятся, но взглянуть хоть чуть-чуть шире… нет, они просто на это не способны. Общественное благо их совершенно не интересует.

Зачем он вообще существует, этот стихийный Дар?

Нелепая ошибка или грубая шутка богов?

Или великие Стихии стали одаривать людей самовольно, богов даже не спросив? Если так, пора бы богам вмешаться, ибо стихийный Дар есть зло. Если Сила дается просто так, именно что «даром» – это развращает людей. Только строжайшая внутренняя дисциплина, самоограничение, категорический отказ от низменных удовольствий позволяют человеку освободить и очистить свой разум и делают его достойным обладать Силой. Только люди, признавшие безусловный примат общественного над личным способны употребить Силу во благо! Во благо, а не на баловство всякое, как это вечно получается у стихийников…

А светские власти, что б им в Нижний Мир провалиться? Это же совершенно ужасно – миром правят молокососы! Юнцы, не достигшие и сотни лет. Что они вообще могут понимать своим детским умишком, в котором только конфетки да игрушки, пусть это даже конфетки и игрушки «для взрослых»?

Ах, как иногда хочется на всё плюнуть.

На всё. На амбиции стихийников, на претензии светских властей…

Плюнуть, и взять власть в свои руки. И навести, наконец, в этом мире по-ря-док!

Расставшись с архимагом, Роам 134-й сердито мерял кабинет шагами. Настроение было препакостным. А ведь так хорошо все начиналось. Этот Нон… умеет он языком молоть, что да, то да. Так красиво все расписал, так убедительно. Магические ордена на службе у государства… мечта да и только! Более того, не просто ордена, а союз магических орденов. Единый союз, в котором изжиты все извечные межорденские конфликты и противоречия. Такой союз горы своротит к вящей славе и пользе королевства! Поспособствовав его созданию Роам 134-й войдет в историю.

А зачаток этого великого союза уже создан – это Союз трех орденов! И уже сейчас он возьмет на себя наиважнейшую задачу – уничтожение Черного ордена, этого средоточия зла в нашем мире и постоянного источника напряженности на северных границах королевства. И негодяя Нуара лично, самого гнусного из всех черных.

Тьфу!

Некоторые из этих слов сейчас, через пять лет, ему самому кажутся смешными. Но что сделано, то сделано. Он своей королевской властью утвердил Союз трех орденов и придал ему статус государственного. Неслабые преференции дал этим орденам, между прочим.

И что?

Умеет этот зараза Нон языком молоть!

Только это он и умеет.

Правильно отец держал этих самых магов подальше от себя и вообще от власти. И голову себе задурить не позволял. Хотя иногда его, надо признать, заносило. Отец был категорически против всех и всяческих союзов орденов. Говорил, что именно пресловутые терки, противоречия и конфликты между ними позволяют «светской» власти худо-бедно контролировать ситуацию. Допустишь такой союз, и уже через несколько столетий заправлять делами в стране будет совет магов, королевская власть станет практически номинальной и, о ужас, любой маг начнет свысока поплевывать на аристократа.

Бред какой-то! То-то все эти маги, которые родом из простых сословий, спят и видят получить дворянство.

В общем, при Роаме 133-м никакие союзы орденов были невозможны. Он еще и с удовольствием встревал во все ссоры и конфликты… как дестабилизирующая сторона. И ведь успешно встревал. И так радовался, если удавалось перессорить этих зануд.

И ведь ему удавалось. И не раз.

Роам 134-й перестал бегать по кабинету, уселся в кресло, вздохнул. Мысли переключились на отца. Его смерть была такой неожиданной… и такой непонятной. Но расследование так и не нашло следов преступления. Да и классический вопрос «кому выгодно» в качестве ответа однозначно указывал на него самого, Роама 134-го. Но он-то, демоны раздери, знает, что не при чем!

Или какие-то доброхоты подсуетились, рассчитывая на благодарность молодого монарха, но вовремя осознали, что в качестве награды их ждет виселица? Да вроде бы нет в его окружении таких идиотов.

Так что же, действительно нелепый несчастный случай?