— И сильно не дергайся, — довольно ворчливо предупредила Мия. — С моим рвотным рефлексом всё в порядке.

Но озвучить это было не лишним, мало ли, вдруг он посчитает, что нужно действовать, как в фантазиях Мальсибера и вколачиваться ей в горло. Конечно, кое-какая практика у неё имелась, но все же на звезду фильмов для взрослых она совсем не тянула. Северус в ответ издал какой-то неопределенный звук, так как её язык уже коснулся головки.

Он действительно был тщательно вымыт, но, естественно, о бритье паха — семидесятые! — и речи не шло, так что ласкать мошонку она могла только руками. Что Мия незамедлительно и сделала, помня, как это подействовало на него в прошлый раз. Но сейчас Северус сдержался, всё же они только начали. Правда, опять тихо застонал да сжал руки в кулаки. Выделилась солоноватая смазка, и она размазала её по стволу, сразу вбирая его в рот почти до своего предела. И опять, и опять, то сося, как леденец, то подключая язык. Довольно однообразно, но почему-то чертовски возбуждающе. Ей так нравилось, что ему нравится. И все эти мелкие реакции, и то, каким твердым был член…

Мия подняла взгляд вверх, предполагая, что увидит ещё и его лицо, но голова была откинута назад. Он медленно, будто стараясь сдерживаться, дышал и теперь хватался за собственные бедра. Она сжала пальцами основание члена и выпустила его изо рта с неприличным хлюпающим звуком.

— Забыла спросить: куда ты хочешь кончить?

И сразу же вобрала его обратно, упирая головку в небо. Северус, несмотря на запрет, все же дернулся ей навстречу.

— Внутрь, — пробормотал он, так и не глядя на неё.

Тут без влияния Мальсибера точно не обошлось.

— Хорошо.

Мия повторила свой маневр при ответе, но теперь взяла его за руку, положив её себе на темечко. Пальцы тут же напряглись, зарываясь в волосы, притягивая, не сильно, но ощутимо. Она увеличила темп, заглатывая его так глубоко, как могла. Он переступил и напрягся, и почти сразу сперма потекла прямо ей в горло. Но, благо, без каких-либо неприятных последствий, хотя Северус ещё насадил её более грубо несколько раз, пребывая в экстазе. И лишь окончательно успокоившись, отпустил. Головка скользнула по языку, и Мия почувствовала характерный горьковатый привкус семени.

Она сглотнула слюну и небрежно вытерла лицо тыльной стороной ладони уже под его внимательным взглядом, сейчас, впрочем, поддернутым дымкой наслаждения.

— И, кстати, — насмешливо продолжила она, прочистив горло, — я нашла ту подставку под ноги, о которой ты говорил.

Северус накинулся на неё, опрокинув их обоих на диван, путаясь в собственных расстегнутых штанах и пытаясь одновременно с этим целовать и трогать её везде. К груди он явно питал особый интерес, но одна его рука все же оказалась между бедер, прикоснувшись чуть смелее. Вряд ли он был готов ко второму раунду прямо сейчас, со всей своей скоростью восстановления, но даже так хотел доставить ей удовольствие.

Пальцы, естественно, очень быстро оказались в ней, но Мия так возбудилась, делая ему минет, что была готова вспыхнуть от любой искры. Ей хотелось бы, конечно, чтобы Северус тоже спустился ниже и ублажил её орально. Но сейчас у него вряд ли получилось бы так же хорошо, как у старшей версии, а растягивать момент, обучая его, она уже не могла себе позволить. Зубы прихватили сосок, Мия изогнулась и ахнула. Почувствовав горячий отклик, Северус ускорил свои движения. И догадался опять обратить внимание на клитор, просто прижав его подушечкой большого пальца. Этого хватило: она кончила, вцепившись в его волосы и сжимая бока бедрами.

В дверь постучали, быстро и решительно. Мия дернулась, Северус и вовсе мгновенно вскочил и, сориентировавшись, подал ей руку, безуспешно пытаясь одновременно натянуть брюки, схватить свои вещи и удержаться на ногах.

— В спальню, — шепнула она ему.

Снейп кивнул, все же сгреб одежду в охапку и шагнул в сторону, но тут же наклонился к ней, целуя, и подцепляя галстук с её шеи. Мия не удержалась от улыбки, чмокнула его в щеку и поплотнее запахнула халат. И только убедившись, что Северус покинул комнату, открыла входную дверь и выглянула наружу.

— Мия! — воскликнул Слизнорт, уже успевший убежать почти в конец коридора. — У нас чрезвычайное происшествие! Помфри требуется наша помощь с ранеными в лазарете.

— Буду через минуту, — крикнула она ему вслед и скрылась обратно в покоях.

— Что случилось? — Снейп уже застегивал мантию, каким-то образом успев полностью одеться.

Она схватилась за дверцы шкафа с той же целью.

— Не знаю. Кто-то ранен.

Трусы, свитер на голое тело, джинсы и ботинки хоть и более чем классические, но из её времени. Да и к черту, маги так плохо разбирались в маггловской моде, что того же Грюма они, к примеру, совершенно не смутили. Мия набросила на плечи мантию и только тогда снова обратила внимание на Северуса.

— Я в больничное крыло, а ты иди в свою спальню. Не жди меня, я не знаю, когда освобожусь.

— Хорошо, — он разглядывал её, нахмурившись, но ответил на короткий поцелуй и последовал за ней на выход.

Но, прежде чем выйти в коридор, наложил на себя маскировочные. Хуже, чем в будущем, но весьма недурно.

С мадам Помфри в этом времени она фактически не контактировала. Пару раз та заговаривала с ней о лечебных зельях за столом в Большом зале, если нужна была помощь, но и только. Однако, дорогу к Больничному крылу, где она провела в своем детстве столько времени, Мия, конечно, не забыла, так что примчалась туда действительно через каких-то пару минут. Внутри суетились люди: Слизнорт и сама мадам Помфри. Было занято несколько коек, кто-то высоко стонал. У места, отгороженного ширмой, стоял Дамблдор. Она, не особо задумываясь, бросилась к нему.

— Почти десяток великанов напал на маггловское поселение неподалеку от Кросс-Фелла. Аврорат направил людей, но они оказались не готовы к такому количеству противников. Ордену пришлось вмешаться, — пояснил директор, даже не обернувшись к ней, будто мог видеть спиной.

Вот и ожидаемая реакция Воландеморта.

— Пострадавшие?

— Двадцать восемь магглов убиты на месте, более пятидесяти — ранены. Трое волшебников погибло, двенадцать нуждаются в лекарской помощи.

И это не считая последствий нарушения статута — у стирателей сейчас было целое море работы. Хорошо хоть великаны были, без лишней толерантности, в значительной степени тупы и неповоротливы, чтобы от них можно было сбежать при возможности, с чем, вероятно, большинство магглов и справилось.

— Кто из магов умер? — уточнила она, чтобы сделать поправки «на будущее».

И, наконец, заглянула за ширму. Аластор лежал на постели без сознания, одна его рука свешивалась с краю, а одежда была грязной и сбившейся. Застывшее восковой маской лицо ничего не выражало, и было покрыто мелкими ссадинами и как будто припорошено пылью. Никто не озаботился его комфортом, так как все внимание очевидно было уделено ноге. Голень оказалась сломана, правильнее даже сказать, раздавлена настолько сильно, что, кажется, начиная от колена и до лодыжки кости были раздроблены на мелкие кусочки. Оставшуюся мешанину, державшуюся только на чудом не порванных мышцах и связках, зафиксировали и стабилизировали. Даже восстановили сосуды, так как хоть вся простынь была в крови, та уже подсыхала, не получая свежей подпитки. Но в целом было очевидно, что Грюм едва избежал смерти от болевого шока или той же кровопотери, а конечность не выглядела как что-то, что можно привести в порядок в принципе.

Травмы были частью жизни любого мага. Каждый неудачно варил зелье, трансгрессировал или невнятно произносил заклинание хотя бы раз в жизни и уж точно неоднократно был свидетелем происшествий. Как минимум, со студентами в Хогвартсе что-нибудь случалось регулярно, несмотря на меры безопасности, принимаемые учителями: то кто-нибудь подерется, то полезет к волшебному существу без защиты, то решит стать великим изобретателем. Её опыт был дополнительно расширен знакомством с василиском, дементорами, оборотнем и враждебно настроенными магами даже в то время, когда не шла война, что уж говорить про более тяжелые годы. В общем, ни кровь, ни сам вид ран Мию не то чтобы шокировали, но в желудке неприятно потяжелело, и она сглотнула вязкую слюну, прослушав все имена, что назвал ей Дамблдор.