– Я его спрашиваю, вы мне поможете? А он мне: «Если верите, помогу». Причём здесь верю я или нет? Раз лечишь, то лечи.
Кто-то с ним соглашался, кто-то помалкивал. Тут из дома вышел мужчина, и направился к ожидающим. На вид немного за сорок, высокий, брюнет, глаза большие, выразительные, и даже не карие, чёрные. Колдун, в общем. Мужчина, видимо, хотел разобраться с объемом работы на сегодня. Кого-то лекарь знал, подходил, здоровался, спрашивал о чём-то. Некоторые после разговора с ним сразу уходили. Говорливый мужчина не утерпел, и стал теперь приставать к нему, всё хотел выяснить: причём здесь вера? Анатолий Иванович, так звали колдуна и чародея, что-то объяснял ему. Стоял он спиной к Кире, метрах в пяти, она старалась прислушиваться, подойти, почему-то не решилась. В какой-то момент, Анатолий Иванович вдруг повернулся, посмотрел на неё и говорит.
– Вот она тоже не верит, но в прошлой жизни была ведьмой, поэтому скоро вспомнит.
Всё произошло так внезапно, что Кира растерялась, к тому же все взгляды устремились на неё, и она не нашла ничего лучшего, как сказать.
– А почему вы меня оскорбляете?
– Что ж в этом оскорбительного, ведать, значит знать, – пояснил Анатолий Иванович.
Затем сам распределил очередь, Кира оказалась третьей, но решила уточнить.
– Мы вдвоём.
Посмотрев внимательно на Галю, Анатолий Иванович сказал.
– А вы четвёртая.
От такого поворота, Галя просто засияла. Недаром, значит, пришли, к такому мужику попадут на приём!
Когда подошла очередь, Кира пошла в дом. На веранде стояла женщина.
– Дальше проходите, – указала она рукой на дверь.
Кира открыла дверь в дом и увидела Анатолия Ивановича.
– Заходите, – пригласил он.
В доме видимо больше никого не было, даже голосов с улицы не слышно. Кира стала рассказывать о своих проблемах, потом замолчала.
– Ну? – видимо чего-то не понял Анатолий Иванович.
Кира стала уточнять.
– Я понял, дальше.
– А что дальше? – удивилась Кира.
– Я здесь причём?
– Как это?
– Болезни ваши, не мои, вы их себе заработали.
– Заработала?
– Конечно, вы ведь здоровой родились?
– Вполне.
– Значит, в течении жизни болезни заработали.
– Так что же делать? – расстроилась Кира.
– Не знаю, – бесстрастно отвечал Анатолий Иванович.
– Вы же лекарь, помогите, – попросила она.
– Вот с этого и надо начинать. Я не имею права вмешиваться, пока меня об этом не попросили. Ведь это ваша жизнь, ваше тело, и решение принимаете вы, а я уже делаю, что могу.
Больше не разговаривали, начался сеанс. Ничего особого Кира не ощущала, наблюдала за всем происходящим будто бы со стороны. Когда Анатолий Иванович закончил, спросила.
– Ещё приходить?
– По мере необходимости.
Соседку ждать Кира не стала, надо было за Егоркой в школу. Зато домой шла, будто летела, казалось, ноги земли не касаются вовсе. И, действительно, стало легче. Кира радовалась, ведь уже не один год промучилась. Только до конца болезнь не проходила, пришлось к Анатолию Ивановичу снова идти. Со временем поняла, он ей энергетику подправлял, а Кира своим неправильным отношением к жизни опять её нарушала. Надо было в голове что-то менять, только знаний не хватало. Стала необычные книги покупать, в них о жизни, о человеке совершенно иначе говорилось, не только, как о биологическом существе, были здесь и душа, и энергетика, и законы кармы. Вот тогда Кира увлеклась познанием, поверила в существование не проявленных миров, хотя всегда была атеисткой. Однако, последние события и новые книги, заставили её задуматься. Раз лечение Анатолия Ивановича действует, значит, есть, то, чего мы не видим, но с чем постоянно взаимодействуем? Когда Кира приходила на приём, то в перерывах Анатолий Иванович часто звал её, и они беседовали. Говорил в основном он, а она слушала, иногда вопросы задавала, или высказывала своё сомнение, правда, случалось это редко. Рассказывал Анатолий Иванович о том, что понял, к чему пришёл в последнее время, и Бога вспоминал, как нечто само собой разумеющееся.
Однажды на приём пришёл мужчина, он посмотрел на него и говорит.
– Ты из церкви?
– А вы откуда знаете?
– Так светишься весь.
Кира была удивлена и решила в церковь сходить. Зашла, полумрак, свечи, иконы, всё так не привычно, и чувствовала себя неудобно, рука не поднималась перекреститься. Не было в её душе веры, ей надо было знать! Вместе с тем наблюдая, как люди молятся, Кира понимала, что их молитва идёт от души. Почему же она не может?
Кира крещённой не была, отец коммунист, как можно. У Павла отец русский, православный, да ещё военный, офицер, а мать татарка, мусульманка значит, сына они тоже не крестили. Вот так и получилось, что они с мужем к этому таинству причастны не были, да ещё оба атеисты, поэтому и своих детей так воспитывали, без бога, но с пониманием чувства ответственности за свои поступки, и стремлением помогать другим.
Теперь Кира задумалась, как ходить в церковь некрещённой? Решила сама креститься, да и детей заодно. К её удивлению Павел захотел к ним присоединиться. Так в один день они всей семьёй и крестились. Мать мужа потом всё выговорила Павлу.
– Да как же ты крестился? Ты же мусульманин!
– У меня отец православный, – отвечал тот.
После крещения в жизни Киры перемен не произошло, а вот у Павла дела пошли в гору, он начал свой бизнес. У них даже появилась возможность повести детей к морю. Там нежась на солнышке, Кира смотрела на небо и думала: «А что, если действительно есть душа, и однажды, я оставлю это бренное тело с его болезнями, и полечу прямо в эту синеву?». Здоровье у Киры так до конца и не наладилось. Она связывала это с тем, что, несмотря на обряд крещения, глубокой веры в её душе так и не возникло. Как любой здравомыслящий человек она хотела знаний и понимания. В церкви получить их она не могла, там только обряды правили и службы служили. Попробовала читать Библию, не получилось. Вернулась опять к своим книгам, они были эзотерического плана, или ближе к восточной философии. Вот они увлекали гораздо больше.
С Анатолием Ивановичем они периодически встречались. Однажды он ей посоветовал.
– Помолись, почитай «Отче Наш» три раза утром и три раза вечером, – и задумчиво добавил, будто размышляя – месяцев пять…
– И я выздоровею? – спросила Кира, ибо в этот момент хотела только этого.
– Увидишь, – ответил он, как-то загадочно.
Вечером Кира взяла Библию, нашла молитву и переписала её на листочек. Ложась спать, прочитала, как велено, и уснула.
Вдруг она услышала Голос.
– Сейчас мы покажем, как можно летать.
Не успев опомниться, Кира полетела над городом, легко, свободно. Потом Голос сказал.
– Можно быстрее.
Скорость многократно увеличилась, внизу Кира теперь ничего не видела, всё слилось в сплошную массу, оставалось только чувство полёта.
– А можно вверх, – вновь услышала она Голос.
С такой же скоростью, Кира взлетела вверх и остановилась. Всё произошло так стремительно, что она ничего не успела понять. Теперь зависнув неизвестно где, поскольку Земля виднелась где-то далеко, больше похожая на глобус, Кира пыталась понять, что же с ней произошло, и где она находится? Но больше всего её волновало, есть ли на ней ночная рубашка, или она отправилась в путешествие, как Маргарита на метле? Только тело отсутствовало, как, впрочем, и метла, или другое средство передвижения. Сразу это удивило, но тут же пришло понимание, тело по-прежнему в кровати. От этих мыслей она совсем растерялась. Голос молчал, движение прекратилось. Тогда Кира пролепетала, что она, наверное, не готова, только вот к чему, сформулировать не получалось. Однако, движение возобновилось, но уже гораздо медленней, и траектория была иная. На обратном пути, она увидела свою бабушку. В то время ей было за восемьдесят, и она болела, но здесь бабушка выглядела значительно моложе, а Голос пояснил.
– Она пока не умрёт, душа не готова.