В Лондоне, оказавшись вне дома, она окунулась в новую для неё атмосферу. Они с Катюшей много где успели побывать, и Кира получала огромное удовольствие от города, музеев, выставок, театров, парков. Она, оказывается, забыла, как это здорово, чувствовать свободу от бытовых, обыденных дел, и просто получать удовольствие от жизни. Такое было возможно лишь в юности, до появления детей. Теперь ей будто снова двадцать, Кира ощущала постоянное желание куда-то идти, узнавать новое, любоваться произведениями искусства. Душевное состояния, отразилось и на её внешности. Ещё до поездки захотелось изменений, решила начать с причёски. В салоне красоты, вместе с мастером подобрали стильную стрижку, оказалось удачно. Уже в Лондоне, они с Катюшей решили немного изменить цвет, волосы стали значительно светлее, хотя выглядели очень естественно. Новый цвет подчеркнул синеву её глаз, а может они просто стали более счастливыми, только Кира смотрела на себя в зеркало и не узнавала. Сказался и активный образ жизни, за этот месяц она сбросила несколько килограмм, стала стройнее. Гардероб пополнился новыми вещами. Самой приятной покупкой было чёрное пальто, оно так шло преобразившейся Кире, подчёркивая стройную фигуру, и оттеняя цвет её волос.
Когда она вернулась из Лондона, муж в аэропорту сразу даже не узнал, скользнул по ней взглядом и хотел уже отвести глаза, но в этот момент Кира помахала рукой. Взгляд Павел задержал, и лишь тогда узнал её, улыбнулся и пошёл навстречу. Уже в машине, возвращаясь домой, Кира спросила.
– Павлуш, а ты что меня не узнал?
– Было дело.
– Почему вдруг?
– Ты как-то изменилась, и помолодела лет на пятнадцать. Неужели так хорошо было в Лондоне?
– Да, очень, жизнь какая-то иная. Столько лет жила интересами семьи, и вдруг свобода, – радостно говорила Кира.
– Ну, ну подробнее, пожалуйста, о свободе, чем же она так хороша, моим отсутствием? – шутливо-обиженным тоном спросил Павел.
– Не придумывай, сам понимаешь, о чём я.
– Если честно не совсем, мне казалось, ты счастлива в семье.
– Конечно счастлива, Павлуша, важнее семьи у меня ничего нет. Только я столько лет оставалась только женой и мамой. У тебя работа, своя жизнь, а я всё в домашних делах, в заботе о близких.
– Только не ты, Кира, у тебя всегда была личная жизнь и свои увлечения, – заметил муж.
– Были, – улыбнулась Кира, – а как без них? Только всегда приходилось для этого время выкраивать. А тут мы с Катюшей, где только не были!
– Лондон действительно красив?
– Своеобразен, – задумчиво сказала Кира, – у него есть своё лицо, история, архитектура. Я когда приехала после наших просторов, даже недоумение появилось, это столица? Мы же к мегаполису привыкли, к широким улицам. Там иначе, сам понимаешь, город строился десять веков назад, для того времени это было грандиозно. Хотя, конечно впечатляет, и чем дольше там живёшь, тем больше очарование. Старинные здания, парки, скверы, не широкие улицы делают Лондон уютным, наполненным особой атмосферой.
– Интересно рассказываешь, теперь видимо моя очередь уехать и оставить тебя одну на месяцок.
– Павлуш, ну ты же не один был, а Егор с Наташей?
– Это дети, а как без женской ласки?
– Будет, не переживай, это мы наверстаем, – нежно сказала Кира и прижалась к Павлу.
Дома холодильник оказался полон, на столе в вазе стояли цветы. Кира обняла мужа.
– Спасибо, хорошо встречаешь, думала, надо будет сразу в супермаркет отправляться. Ты спешишь или успеем пообедать?
– Успеем.
– Хорошо, тогда я в душ, переоденусь, а ты пока отдохни.
Когда Кира вышла из ванной, накинув новенький халатик, Павел посмотрел на неё долгим взглядом, затем подошёл, обнял и начал целовать.
– Иногда уезжать полезно, – прошептала Кира, отдаваясь ласкам мужа.
До спальни они не дошли, воспользовались диваном в гостиной, после того, как ласки утихли, Павел сказал.
– Оказывается, я за тобой соскучился сильнее, чем думал.
– Это хорошо, может, не поедешь на работу?
– Может, и не поеду, пусть Егор сам справляется.
Не успел он договорить, зазвонил телефон.
– А вот и он. Всё в порядке, сын?
– Да, папа, можешь не возвращаться. Маме привет, пусть сегодня отдыхает, а завтра мы заглянем на огонёк.
– Хорошо, нас это вполне устраивает, – согласился Павел.
– Тогда до завтра.
– До завтра.
Кира уже что-то разогревала на кухне, вскоре стол был накрыт. Они выпили вина, расслабились, вечер получился замечательный.
Прошло несколько дней, Павел оставался таким же заботливым и нежным, как в день возвращения Киры, а она наслаждалась тем, что он рядом, а ещё домом, который очень любила, поскольку вложила в обустройство квартиры много сил и заботы. Теперь для неё это самое лучшее место на земле.
Приближалось восьмое марта. Как и для многих женщин у Киры к этому дню было особое чувство. Она любила незатейливые весенние цветы, ожидание сюрприза, поздравления от её самых любимых мужчин, мужа и сына.
В преддверии праздника, Павел задержался на работе, вернулся поздно, но Кире не хотелось ложиться без него, и она ждала.
– Не спишь? – весело спросил муж.
– А ты уже празднуешь? – в тон ему говорила Кира.
– Пришлось, был небольшой корпоративчик в честь праздника.
– Я знаю, Егор звонил.
– Звонил? Это хорошо, значит, ты не волновалась, – констатировал муж.
– Только по-моему, он уже давно закончился, – заметила Кира.
– Да мы со старшим поколением решили немного продолжить.
– Понятно.
Кира подошла к мужу, хотела помочь раздеться. Павел вдруг обнял её и хотел поцеловать. И тут Кира почувствовала запах, он был тяжёлый, насыщенный, она не любила такие духи, от них голова становилась тяжёлой. Тут же перед глазами возникло женское лицо, видимо обладательница духов. Женщина обнимала и целовала Павла. Всё произошло в одно мгновение, объятия мужа, запах духов, лицо женщины. Кира отшатнулась.
– Что случилось? – удивился Павел.
– Духи, очень не приятные, запах такой тяжёлый, ты же знаешь, я не люблю, – ещё не придя в себя, говорила Кира.
– Какие духи? – не понял муж.
– Женские.
– Я не пользуюсь женскими духами, – попытался пошутить Павел.
– Я и не говорю, что твои, они той женщины, которая тебя обнимала.
На секунду Павел замер, потом улыбнулся.
– Кирочка, я сегодня многих женщин поздравлял и обнимал, подолгу службы, ты же понимаешь такой праздник.
– Хорошо, Павлуша, давай раздевайся и в душ, смывать чужие запахи, – решила не усугублять ситуацию Кира. – Может тебе помочь?
– Нет, спасибо, я сам, – каким-то уже совсем другим голосом, более трезвым, или напряжённым, сказал муж и направился в ванну.
Кира прислушивалась к себе, на душе появился неприятный осадок. Подобные видения у неё случались и, как правило, это что-то значило. Павел знал об этом, видимо, поэтому и напрягся. «Нет, не буду думать, а то ещё что-нибудь выплывет. Сама виновата, не стоило надолго оставлять мужа. Лондон ей подавай, а здесь столько молодых хищниц», – подумала Кира. Ключевым словом было «молодых», ибо женщине в её видении было лет тридцать, или чуть больше.
На следующий день пришли дети поздравили с праздником. Да и Павел удивил, подарил серьги с большими рубинами. Кира любила рубины, это её камень, и давно такие хотела, муж знал об этом, вот и расстарался. Вечером ходили с друзьями в ресторан. Кира надела новые серьги, они ей очень шли, подобрала платье, выглядела очень хорошо, все делали комплименты. Друзья были давние, ещё со студенческих лет, посидели хорошо весело, и всё будто успокоилось. Только сейчас посмотрев на семейную фотографию, и увидев себя тридцатилетнюю, Кира опять почувствовала этот холодок в душе. Ну, ничего, пойдёт на йогу, встретит подруг, отвлечётся и всё забудется, ведь думать об этом ей совершенно не хочется.
На йогу Кира ходила последние четыре года. За время посещения занятий, Кира близко познакомилась с тремя девушками, которые были значительно моложе её, но их общению это совершенно не мешало. Старшей, Галине, было тридцать восемь, Олесе – тридцать пять, а самой младшей Танюше, всего двадцать семь, почти как Егор. Кире иногда было скучновато в их компании, но других подруг за время семейной жизни она растеряла, поэтому радовалась и такому общению.