В теологиях различных религий спасение также рассматривается как уход от глупости, зла и страданий в счастье, добро и мудрость. Но политические и экономические меры считаются всего лишь дополнением к обретению индивидуумом святости, добродетели и веры в некий божественный принцип или некую божественную личность, обладающую способностью так или иначе, но прощать и освящать индивидуальную душу. Более того, считается, что желанная цель находится не в каком-то утопическом будущем, которое начнется, скажем, в двадцать втором веке или даже раньше, если только наши любимые политики останутся у власти и издадут правильные законы, а на "небесах". Вот это последнее слово имеет два очень разных значения. Для большинства людей, исповедующих великие исторические религии, это слово, вероятно, означает и всегда означало счастливую вечную жизнь после смерти, награду за хорошее поведение, искреннюю веру и компенсацию за неизбежные в земной жизни страдания. Но для тех, кто независимо от принадлежности к какой-либо религиозной традиции, принял Вечную Философию в качестве теории и сделал все возможное для воплощения ее на практике, "небеса" имеют другое значение. Такие люди стремятся уйти от отдельного существующего во времени "я" в вечность, понимаемую как знание, единящее индивидуума с божественной Основой. Поскольку это единящее знание может и должно быть обретено в этой жизни (обретение этого знания является ее единственной главной задачей), то "небеса" не означают исключительно посмертное состояние. Только тот полностью "спасен", кто уходит от бренности здесь сейчас. Что касается средств спасения, то они являются одновременно нравственными, интеллектуальными и духовными, и удивительно четко и сжато сформулированы в "Восьми правилах следования Путем Будды". Для полного ухода от бренности требуется соблюдение следующих условий: первое, Правильная Вера в ту абсолютно очевидную истину, что источником страданий и зла является жажда обособленного эгоцентрического существования, из чего следует, что от зла, как индивидуального, так и коллективного, можно уйти только освободившись от этой жажды и зацикленноеTM на "я", "меня", "мое"; второе, Правильная Воля, воля к освобождению себя и других; третье, Правильная Речь, обращенная с состраданием и любовью ко всем разумным существам; четвертое, Правильные Действия, целью которых является достижение и поддержание мира и доброй воли; пятое, Праведные Способы Зарабатывания На Жизнь, то есть выбор только таких профессий, которые не направлены на причинение вреда другим человеческим существам или, по возможности, любым живым существам; шестое, Правильные Усилия по укреплению Самоконтроля; седьмое, Правильное Внимание или Собранность, которая не должна покидать индивидуума ни при каких обстоятельствах, чтобы он никому не причинил вреда просто по неведению, ибо "мы не ведаем, что творим"; и восьмое, Правильное Созерцание, знание, единящее индивидуума с божественной Основой, знание, доступ к которому открывают упомянутые в шести первых условиях следования Путем Будды нравственное смирение и собранность. Таковы вполне доступные человеку средства достижения своей главной цели - "спасения". А вот о средствах, которые божественная Основа использует для того, чтобы помочь человеку в достижении его цели, Будда из священных свитков Пали (учитель, чья неприязнь к "глупым вопросам" не менее сильна, чем неприязнь к ним современных физиков-экспериментаторов) отказывается говорить. Он готов говорить только о "печали и конце печали" - о жестоком факте существования страдания и боли и другом, не менее эмпирическом факте существования метода, с помощью которого индивидуум может освободиться от зла и уменьшить сумму зла в окружающем его мире. Только в буддизме махаяны тайны благодати обсуждаются так же подробно, как в индуистской и, особенно, в христианской теологии. В более примитивном буддизме хинаяны теория ухода - это просто развитие последних записанных слов Будды: "Разложение изначально присуще сложным вещам. Прилежно ищи свой собственный путь к спасению". Как и в приводимом ниже общеизвестном отрывке, весь упор делается на усилия самого индивидуума.

Итак, Ананда, будь факелом самому себе, будь самому себе спасением. Не ищи спасения во внешнем мире. Крепко держи Истину, как факел; крепко держись за Истину, как за спасение. Не ищи спасения ни у кого, кроме как у себя самого. И те, Ананда, кто уже сейчас является или после моей смерти будут являться факелами самим себе, не будут искать спасения во внешнем мире, а будут крепко держать истину, как факел, и будут крепко держаться за Истину, как за спасение, и не будут искать спасения ни у кого, кроме себя самих - те взойдут на самую высокую Вершину. Но у них должно быть сильное желание учиться.

Ниже мы приведем отрывок из вольного перевода Чхандогья упанишады. Этот небольшой миф призван проиллюстрировать ту истину, что концепций спасения существует столько же, сколько существует уровней духовного знания и что достигнутый любым индивидуумом уровень свободы (или уровень рабства, в котором индивидуум пребывает), в сущности, зависит от того, до какой степени душа решила рассеять свое изначально добровольное невежество.

"Я", свободное от всего нечистого, от старости и смерти, от печали, жажды и голода, искренне жаждущее истины - вот "Я", о котором надо спрашивать, которое надо искать, вот "Я", которое нужно постичь.

И дэвы (боги или ангелы), и асуры (демоны или титаны) услышали об этой Истине. Они подумали: "Давайте опишем и осознаем это "Я", чтобы покорить все миры и исполнить все наши желания".

После чего дэв Индра и асур Вирочана отправились к Праджапати, известному учителю. Они были его учениками в течение тридцати двух лет. Затем Праджапати спросил: - Зачем вы жили со мной все это время? Они ответили:

- Мы услышали, что то, кто познает "Я", покорит все миры и исполнит все свои желания. Мы жили здесь потому, что хотели научиться познавать "Я".

Праджапати сказал им:

- Тот, кто отражается в глазах, - тот и есть "Я". Оно бессмертно, оно бесстрашно и оно есть Брахман. Ученики вопросили:

- Господин, а кто отражается в воде или в зеркале?

- Атман, - был ответ. - Да, это его отражение. Затем Праджапати добавил:

- Поглядите на свое отражение в воде и о том, что вам будет непонятно, спросите у меня.

Индра и Вирочана долго разглядывали свое отражение в воде и когда учитель спросил их, видели ли они "Я", они ответили:

- Господин, мы видели "Я"; мы даже разглядели волосы и ногти.

Тогда Праджапати приказал им надеть их лучшие одежцы и снова поискать "Я", в воде. Они так и сделали, и когда он вновь спросил их о том, что они видели, они ответили:

- Мы видели "Я", оно точно такое же, как мы, ухоженное и одетое в наши лучшие одежды. Затем сказал Праджапати:

- Да, то,действительно было "Я". Это "Я" - бессмертно и бесстрашно, и оно есть Брахман.

И ученики удалились страшно довольные.

Но, глядя им вслед, Праджапати с горечью воскликнул: - Оба они ушли не разобравшись в "Я" и не поняв его. Любой, кто примет эту фальшивую доктрину "Я", должен погибнуть. Довольный тем, что он открыл "Я", Вирочана вернулся к асурам и начал учить их, что поклоняться следует только плотскому "я", что служить следует только телу, и что тот, кто поклоняется это и служит телу, обретет оба мира - этот и потусторонний. В результате родилась доктрина асуров. Но Индра на обратном пути к дэвам понял бесполезность этого знания. Он задумался: "Если это "Я'' выглядит ухоженным, когда ухожено тело, хорошо одетым, когда хорошо одето тело, то тогда "Я" слепца будет слепым, "Я" хромого будет хромым, "Я" урода - уродливым. Более того, если тело умрет, то умрет и "Я". Я не вижу никакой пользы в таком знании". И Индра вернулся к Праджапати за дальнейшими разъяснениями. Праджапати заставил Индру прожить с ним еще тридцать два года; после этого он начал его обучение. Праджапати сказал: